Хотите совершить путешествие по старинному Динабургскому тракту, познакомиться с бытом почтовой станции XIX века, увидеть подорожную коллежского секретаря Александра Пушкина, погладить музейного кота Василия, заглянуть в гости к Самсону Вырину и Ивану Петровичу Белкину? Добро пожаловать в «Дом станционного смотрителя» в Выре!
Выра ― деревня в Гатчинском районе Ленинградской области. По одной из версий, которую приводит литературовед Н. И. Грановская, топоним произошел от старославянских слов «выр» ― пучина, омут и «Вырей» ― сказочная запредельная страна у древних славян.
Из Петербурга в Выру можно добраться по Киевскому шоссе, которое на большинстве участков повторяет изгибы старинного почтового тракта. Тракт не раз менял свое название ― Порховская дорога, Большая дорога из Смоленска в Санкт-Петербург, Белорусский тракт, Динабургское шоссе ― но всегда был важной частью российской дорожной сети.
На всем его протяжении размещались почтовые станции ― комплексы построек для проезжающих, где меняли лошадей, ночевали, отдыхали, чинили экипажи, производили обмен почтовыми отправлениями. Одна из таких станций, построенная в 1839-1840 годах, частично сохранилась в Выре. В 1972 году на ее территории открыли музей «Дом станционного смотрителя». В декабре прошлого года он открылся после четырехлетней реставрации.
Парковка для посетителей музея устроена вблизи каретного сарая, но постройки бывшей почтовой станции вы заметите задолго до нужного поворота.
Прямо у дороги ― часовня, освященная во имя святых бессребреников и чудотворцев Косьмы и Дамиана. Первая часовня на этом месте появилась в 1892 году. Ее построили на пожертвования местных жителей в память о чудесном спасении семьи императора Александра III во время крушения поезда у станции Борки. В 1946-1947 годах часовню разобрали и восстановили уже после открытия музея в 1985 (по другим сведениями ― 1987) году.
Справа от нее ― потускневший полосатый верстовой столб с надписями «С-Петербург 69 верстъ» и «Псков 239 верстъ». Появление таких столбов на российских дорогах связывают с именем Александра I. Начатую в 1764 году по решению Екатерины II установку каменных верстовых столбов внук счел разорительной для казны и велел обозначить въезды в населенные пункты столбами деревянными, окрашенными для лучшей видимости в наклонную черно-белую полоску. Сразу вспоминаются «версты полосаты» из стихотворения Пушкина.
Два одноэтажных каменных здания почтовой станции и соединяющая их ограда выделяются свежеокрашенными фасадами и яркими красными крышами. В центре ограды ― высокие ворота, увенчанные гербом Российской империи. К ним ведет вымощенная булыжником подъездная дорога. И можно себе представить, как по этой дороге к станции подъезжает конный экипаж, ямщик свистом подает сигнал о прибытии, высокие створки ворот распахиваются, и путешественники въезжают на широкий почтовый двор.
Современные туристы входят на территорию через небольшую калитку. Двор почтовой станции представляет собой замкнутый прямоугольник, образованный разными по назначению постройками: здесь есть конюшни, сенной сарай, кузница, шорная, колодец, пожарная каланча. С XIX века сохранились только два каменных корпуса, все остальное воссоздано из дерева по архивным документам.
В южном каменном корпусе (слева от входа) находится билетная касса и экспозиция, посвященная почтовому сообщению в России XIX века. Здесь рассказывают об устройстве почтовых станций и особенностях путешествий того времени.
В одной из витрин можно увидеть главный документ путешественника XIX века ― подорожную. Выдана она коллежскому секретарю Александру Пушкину в 1820 году. Поэт неоднократно проезжал через Выру, направляясь в родовое село Михайловское, но в зданиях, в которых разместился музей, он не бывал: они возведены после его смерти. А вот на старой почтовой станции, которая, по сведениям гатчинского краеведа А. В. Бурлакова, с 1800 года располагалась в одной из вырских деревянных изб, Александр Сергеевич, вероятно, останавливался.
Постройка каменной почтовой станции совпала с устройством Динабургского шоссе между Петербургом и Варшавой. Шоссе местами прокладывали по старому Порховскому (Белорусскому) тракту, а местами ― в стороне от него. В районе Выры траектория новой дороги отклонилась, поэтому и новую станцию построили на другом месте, в нескольких сотнях метров от старых почтовых построек. Возможно, именно в них жили герои пушкинской повести «Станционный смотритель» ― Самсон Вырин, в образе которого Александр Сергеевич соединил черты всех «сущих мучеников 14 класса», и его дочь Дуня.
Литературным персонажам посвящена экспозиция «Читая «Станционного смотрителя»», расположенная в северном каменном корпусе.
Почтовая станция в Выре относилась к числу третьеразрядных. Станции первого и второго разряда, располагавшиеся в крупных населенных пунктах, имели большое количество лошадей, гостиницу, трактир. В Выре ничего вышеперечисленного не было.
Северный корпус станции делился на «Чистую половину для господ проезжающих», в которой в ожидании лошадей располагались путешественники, и ямщицкую, большую комнату с выходом конюшню, где ямщики ожидали очереди на выезд, грелись и обедали. Самсон Вырин ― отставной солдат, вдовец, бедный чиновник 14 класса своего жилья не имел, жил вместе с дочерью на «рабочем месте».
Переходя из сеней на «Чистую половину для господ проезжающих», посетители музея попадают в смоделированное пространство пушкинской повести. Экскурсовод предлагает разместиться на деревянных лавках и прослушать аудиоспектакль, записанный актерами «Театра на Литейном». С помощью подсветки внимание слушателя направляют то к столу станционного смотрителя, то в уголок для отдыха проезжающих, то на стены с картинками из истории блудного сына, то на скромную кровать Самсона Вырина, которую он уступил гусару Минскому, прикинувшемуся больным.
Из «Чистой половины для господ проезжающих» проходим в комнату Дуни. В небольшой узкой горнице стоит кровать за пестрой занавеской, старый комод, потрепанный сундук, рукодельный столик с незаконченной работой. У Пушкина Дуня за перегородкой шила платье, музейная Дуня, насколько я могу судить, вышивает.
За девичьей комнатой ― экспозиция, рассказывающая о быте почтовой станции. Центральное место здесь занимает русская печь со старинной кухонной утварью. Под полатями и на них лежат всевозможные сундуки, чемоданы, коробки ― все, в чем мог возить свой багаж путешественник XIX века.
На противоположной от печи стене устроена огромная интерактивная доска, на которой воспроизведены фрагменты повести «Станционный смотритель». Наткнувшись на незнакомое слово, можно в прямом смысле «открыть» его для себя.
Часть слов на доске выделена цветом. «Одноцветные» слова сгруппированы на отдельных карточках, с помощью которых посетителю предлагается порассуждать, например, о том, почему в пушкинской повести часто упоминаются деньги, зачем автору нужна история о блудном сыне и кто рассказывает историю станционного смотрителя.
Ответ на последний вопрос можно найти в следующем зале, где создан кабинет Ивана Петровича Белкина ― выдуманного Пушкиным молодого помещика, занимавшегося на досуге сочинительством.
В витрине у окна ― «Музей Ивана Петровича Белкина. Пять повестей». По группе экспонатов нужно угадать название каждой повести из цикла.
Из кабинета Белкина посетитель попадает в конюшню ― на экспозицию, которая называется «Дорога в русской литературе». Конюшня, как и положено, разделена на денники (стойла). В каждом раскрывается отдельная тема, связанная с дорогой: в одном вы узнаете, как накормить и запрячь лошадь, в другом ― научитесь разбираться в конской масти, в третьем ― познакомитесь с видами конных экипажей и всевозможными дорожными ситуациями, описанными в мемуарах известных путешественников XIX века.
Отдельный раздел экспозиции посвящен ямщикам. Крепкие, выносливые, находчивые, неунывающие, умеющие найти выход из любой ситуации и общий язык с любым путешественником они несли свою непростую службу зимой и летом на российских дорогах.
Издавна они представляли «особое сословие» и передавали свое ремесло из поколения в поколение. Слово “jamsy” (ямщик) пришло из тюркских языков от слова «jam» (ям) — почтовый двор — и было известно в России с XV века… В старину выбирали в ямщики грамотных крестьян, которые давали клятву честно нести службу, не пропивать деньги, не играть в карты и не совершать преступлений против государства… Позднее, уже в пушкинское время, ямщиками могли стать государственные крестьяне, а также вольноотпущенные, выкупившиеся на волю от помещика…
Н. И. Грановская «Вместе с Пушкиным от Царского Села до Михайловского»
Во времена Пушкина ямщики носили суконные синие или черные кафтаны, зимой ― овчинный тулуп, подпоясанный красным кушаком, и шапку с вишневым верхом.
Ямщик сидит на облучке в тулупе, в красном кушаке
На груди ямщик носил медную бляху, на плечо вешал рожок, с помощью которого должен был подавать звуковые сигналы. «Почтовые рожки для сигнальных знаков» начали внедрять еще при Петре I, но ямщики испытывали к ним какую-то необъяснимую неприязнь (хотя если представить, что в тридцатиградусный мороз нужно приложить к губам металлический рожок, неприязнь становится вполне объяснимой). Звуковые сигналы ямщики предпочитали подавать окриком и свистом.
Оказывается, за свист ямщиков наказывали! Во многих источниках приводится такой факт: «Николай Логинов из Выдропужска 1721 году за свист был бит батогами».
Завершает экспозицию раздел «Звуки дороги». Здесь можно послушать аудиозапись со звуками дороги или позвенеть в висящие на стене колокольчики.
Курьерским и фельдъегерским экипажам лошадей на станциях предоставляли вне очереди. Об их приближении становилось известно по звуку поддужных колокольчиков. Для того, чтобы станционные служащие могли заранее отличить курьерскую или фельдъегерскую тройку от частной, в 1836 году Сенат запретил использование поддужных колокольчиков на частных экипажах. Запрет обошли интересным способом: на шею лошади надевали ожерелок ― ошейник с гирляндой бубенцов, ведь на бубенцы запрет Сената не распространялся.
В конюшне рядом с южным корпусом разместилась экспозиция «Путешествие по Динабургскому тракту». Как я уже упоминала, Динабургский тракт проложили в 1830-1840-х годах на месте старого Белорусского тракта. Если старый тракт представлял собой грунтовую дорогу, то новый был настоящим шоссе ― так называли дороги с искусственным покрытием из утрамбованного камня и слоев щебня, канавами для водоотведения.
Новый тракт проходил по территории Санкт-Петербургской, Псковской и Витебской губерний до Динабурга (сегодня Даугавпилс в Латвии) и дальше шел до Варшавы. Передвигаясь от витрины к витрине, посетитель может рассмотреть багаж, с которым отправлялись в дорогу путешественники XIX века и увидеть все, что они видели на остановках или из окон своего экипажа: ярмарку, крестьянское хозяйство, дворянскую усадьбу, трактир, торговую лавку, почтовую контору.
Между конюшней и южным каменным корпусом расположен открытый каретный сарай. Троечные сани, которые изготовлены в конце XX века, облюбовал деревянный рыжий кот.
Живой настоящий кот в музее тоже есть. Его зовут Василий.
После начала строительства железных дорог почтовые станции постепенно утратили свое значение. В зданиях вырской станции разместилось земское училище и медицинский участок, а в сентябре 1905 года в ее стенах открылся филиал Сиверского добровольного пожарного общества, для чего на территории возвели пожарную каланчу. Во время последней реставрации ее отстроили заново, но подняться туда нам не удалось: при неблагоприятных погодных условиях каланча закрыта для посетителей.
Закрыты были кузница, шорная и пандус, ведущий к сенному сараю. Насколько я поняла, первые два помещения используются для проведения мастер-классов. Кузница и сенной сарай меня интересовали мало, а вот в шорной я очень хотела увидеть надписи на стенах, о которых мне рассказывал знакомый экскурсовод.
Когда в 1972 году по инициативе энтузиастов (в их числе был председатель местного колхоза Павел Семенович Терещенко, архитектор этого же колхоза Александр Александрович Семочкин, известный пушкиновед Нина Ивановна Грановская) в полуразрушенных каменных зданиях бывшей почтовой станции решили создать музей «Дом станционного смотрителя», для воссоздания периметра двора свозили старинные деревянные постройки, сохранившиеся в окрестностях Выры.
Одну из таких построек отвели под шорную ― помещение для изготовления и ремонта ременной упряжи, седел, уздечек и других изделий из кожи. Во время реставрации мастера обнаружили под снятой обшивкой специфические надписи на стенах: «Сидел ни за что», «Здесь сидел русский гражданин». Стало очевидно, что когда-то постройка использовалась для заключенных. И, хотя надписи эти к почтовой станции отношения не имеют, их решили сохранить.
Чтобы увидеть нацарапанное на стенах своими глазами, придется записаться на какой-нибудь мастер-класс и приехать в Выру еще раз. Осталось поймать благоприятные погодные условия, чтобы вместе с шорной посетить и пожарную каланчу.