Доброй субботы, ЯП! Не так давно увидел свои работы в теме другого ТСа и в комментариях пообещал от первого лица вкратце рассказать, «как провел лето» - что напилил, где побывал. Но, как и положено, понял, что вкратце не получится. Придется по порядку.
Поэтому сегодня – только об одной работе.
40 с лишним фоток и буквы.
Для самый нетерпеливых – краткая аннотация работы, сделанной в мае в парке деревянной скульптуры «Лукоморье» на Байкале. Для остальных – два слова про нашу кухню.
Даже в таком деле, как резьба по дереву, регулярно проходят соревнования, турниры, чемпионаты. Получается этакий забег в ширину: за единицу времени (от получаса до недели) тебе надо сделать скульптуру на свободную или заданную тему.
Участникам выдаются одинаковые (насколько возможно) бревна. В частности, вот наша заготовка. 6 метров ангарской сосны.
«Лукоморье» - один из самых крупных в России и мире парков деревянной скульптуры под открытым небом. Несколько десятков гектаров соснового леса и три сотни творений, собранных почти за 15 лет. Если не изменяет память, то в разные годы здесь поработали мастера из 35-ти стран. Находится он в Иркутской области, около села Савватеевка (район г. Ангарск). Соответственно, это один из старейших и самых авторитетных в России турниров. Из 700-800 заявок выбираются 20. То есть, попасть туда – уже почти победа.
Тема в этом году лично меня поставила в тупик. «От героев былых времен». Что нового можно сказать на эту тему? Да вся скульптура, по большому счету – это попытка возвеличить, воспеть, увековечить героев (что бы ни понималось в этом качестве в разные годы). Совсем уж, было, решили не ехать. Но…
Тружусь я с напариком, Александром Алферовым. Мы – два Сани. Вместе – команда «АэроСани». В наших «санях», помимо нас, две жены и шестеро детей. Поэтому вопросы воспитания для нас – не пустой звук. В мастерской мы часто слушаем аудиокниги. Один из самых уважаемых авторов – Януш Корчак.
Нет, наверное, смысла пересказывать его биографию и его труды. Достаточно сказать, что он – военный врач. Воевал в Первую Мировую. Потом создал сиротский приют. И состоялся как величайший педагог. Наблюдая детей, «взрослея» вместе с ними, он написал множество книг.
В годы Второй Мировой войны, он, невзирая на свою мировую известность, остался вместе со своими воспитанниками. Вместе с ними пошел в лагерь смерти Треблинка, вместе с ними вошел в газовую камеру.
Когда слушаешь эти книги, в целом не остается вопросов, почему воспитанники называли его «Король детей» (перенеся это прозвище из книг про Матиуша). И совершенно понятно, почему он не стал спасать свою жизнь, не смотря на то, что возможность такая была. Исследователи указывают на диалог, который состоялся между Янушем Корчаком и немецким офицером перед посадкой в поезд на Треблинку:
- Я вырос на ваших книгах! Я разрешаю вам уйти…
- Я уйду только вместе с детьми.
- Но почему?
- Потому что не все люди – мерзвцы…
В дневниках описан каждый день этой большой семьи. С одним из сирот он учится говорить. С другим – не бояться. С третьим изучает грамматику, с четвертым – страдает по поводу оторванной подметки. По ночам думает, что выменять или продать, чтобы накормить эту ораву и радуется, как большой победе, возу мерзлой капусты. То, что он обрел, живя среди сирот, стоило гораздо больше жизни – детскую любовь, детское доверие. Предать это Януш Корчак не смог.
Вот про ЭТО мы и хотели рассказать своей работой
Просится банальная подпись, что трудились, как пчелки… Ну, по факту – да. Это 10-12-14 часов в сутки на площадке. А если что-то не успевается, то и ночами – домашняя работа.
Чтоб сделать все задуманное, нам пришлось поиграть с гравитацией и сопроматом: рассчитать вес заготовки и расположить древесный слой так, чтоб в сборе получилось нечто, ранее из дерева не создававшееся.
Поэтому скульптура наша состоит из ряда отдельных блоков.
В частности, голова мальчика. Начал днем, доделывал ночью.
сразу - пропитка
Про детали можно говорить и спорить долго. Нужны они, или же наоборот отнимают внимание и отвлекают от главного…. Но лично я всегда зарубаюсь в мелочи. Мне кажется, что целое – это и есть набор деталей. Нет мелочей и неважностей. Вот, допустим, отставшая подошва на ботинке… А какие подошвы могут быть у сироты?
Развязанные шнурки… Нужны они? В принципе, можно проигнорировать. Но как тогда создать иллюзию полета?
Сам Януш Корчак…
...Я приведу несколько цитат из его книг. Многие вы, наверняка, слышали, не зная об авторстве
Не жди, что твой ребенок будет таким, как ты или таким, как ты хочешь. Помоги ему стать не тобой, а собой.
Люби своего ребенка любым — не талантливым, не удачливым, взрослым. Общаясь с ним — радуйся, потому что ребенок — это праздник, который пока с тобой.
Не вымeщай на ребенке свои обиды, чтобы в старoсти нe есть гoрький хлeб. Ибо что посеешь, тo и взойдет.
Не мучь себя, если не можешь сделать что-то для своего ребенка, просто помни: для ребенка сделано недостаточно, если не сделанo все возможноe.
Не требуй от ребенка платы за все, что ты для него сделал. Ты дал ему жизнь, как он может отблагодарить тебя? Он даст жизнь другому, тот — третьему, и это необратимый закон благодарности.
Я заметил, что только глупые люди хотят, чтобы все были одинаковые. Кто умён, тот рад, что на свете есть день и ночь, лето и зима, молодые и старые, что есть и бабочки и птицы, и разного цвета цветы и глаза и что есть и девочки, и мальчики.
Мы устроились так, чтобы дети нам как можно меньше мешали и как можно меньше догадывались, что мы на самом деле собой представляем и что мы на самом деле делаем.
Было бы хорошо, если бы каждый имел одинокую башню в чаще леса.
Меж тем, инженерный расчет сработал: равновесие мы нашли. Скульптура встала на постамент. Баланс держит
Но, конечно, это еще не все. Вот напарник Саня трудится над большой книгой, которая откроется за спиной Януша Корчака, как ангельские крылья
Снова домашняя работа… Охранники коцлагеря, фашисты.
После всего - уборка предстоит
И вот - работа в сборе. На всякий случай, напишу, «что курил автор». Постамент, колючка, фрицы – это концлагерь. Люди эти, по сути, безлики. История не сохранила их имен. Только их черные дела остались очень черным пятном на ее страницах.
В качестве колючей проволоки специально использовали «Егозу» - она образует круглый коридор. Охрана находится внутри него. Она заперта внутри своей злобы, своей идеи. Она выставляет в мир свои шипы. Но… быть может, это мир отгородился от нее шипами?