Рерих постоянно развивается и не может быть обозначен одним простым словом. Рерих не просто человек, а целый мир: у него есть Север, Юг, Восток и Запад, самобытный народ, архитектура, театр, дома, одежда, собственное будущее, храмы, предания, песни, молитвы и свой собственный особый язык.
Его мир похож на наш: там есть моря, флот, дома, театр, старики, животные, идолы, но всё это: море и флот, дома и язык, несомненно, имеют другое будущее.
И когда попадаешь на его выставку, чувствуешь непостижимое волнение, непонятное любопытство, как человек, попавший в новую и неизвестную страну. Даже критику сложно отнести Рериха к одному из старых ограниченных определений, потому что в нём, в его мире, всё становящееся, новое, неизвестное.
Зрители не почувствуют мирного успокоения от картин Рериха, среди всех чувств обнаружится бесчисленное множество вопросов и неоднозначностей: почему облака в «Друидах» кучевые? Зачем плетут корзины? И зачем старики заплетают бороды?
Эти вопросы остаются нерешёнными. Но так же вне решения этих проблем находится и живопись, чтобы остаться прекрасной. В Мире Рериха это касается не только домов, одежды и языка, но также и его вечного, неразрешённого вопроса. И поэтому его мир тоже прекрасен.
«Мир Рериха» - живой мир. Он развивается и растёт каждый день, он движется. И как каждый живой мир не имеет в себе ничего косвенного, он живёт и борется сам с собой в разных вопросах: художественно-реалистических, символических, стилизаторских и прочих. Рерих пробует различные пути, различные палитры, оттенки и материалы, а также, это немаловажно, вне зависимости от того, являются ли картины стилизациями или оригинальным произведением, все они – стилизации и не стилизации, фантастические и реалистические – несут характерную особенность личности мастера, неизменно юной и неизменно находящейся в путах вечных вопросов.
Рерих – не только художник, но и археолог, писатель, а также он пишет замечательные стихи. И всё это – его рассказы, стихи, живопись – появились потому, что у него есть жизненный путь, и он ведёт его к цели, за которой лежит Вечность. То есть этот мотив действительно можно обнаружить в его картинах: поддержка могучего лагеря в далёкой стране, благодаря которому он ведёт путь вдаль, к новому, безграничному, светлому Миру. В основании поисков Рериха лежит тайна с вечными вопросами, и в его вечной молодости лежит бессмертие творца.
Когда человек отправляется в путь в мир приключений и останавливается среди пейзажей могучих викингов и воспринимает их так, будто они существовали – сказочные животные и идолы, которые не имеют сходства ни с чем и которые всё-таки напоминают нам о чём-то неизвестном, - понимаешь, что они передают нам смысл, даже если Рерих является стилизатором, ведь он – «Метерлинк в живописи». Но зачем ему быть Метерлинком, если он – Рерих?
Цит. по: Verde nog Vi (Копенгаген). 1919. 24 января. Перевод с норвежского А.Е.Лыжиной. http://rerich9.sitecity.ru/ltext_0204010121.phtml?p_ident=ltext_0204010121.p_2806142949