В декабре в Госдуме могут рассмотреть передачу регионам права самостоятельно исключать местные памятники истории и культуры из Единого госреестра. Но не просто так – если они полностью физически утрачены. В Алтайском крае инициативу намерены поддержать.
Редакция рекомендует. Подпишитесь! Телеграм, ВКонтакте
В лидерах по Сибири
По словам Татьяны Ильюченко, председателя комитета АКЗС по спорту, культуре и молодежной политике, в крае находится 4 469 объектов культурного наследия – это здания, сооружения и памятники.
По их количеству регион входит в топ-10 по России и находится в лидерах в Сибири.
Однако некоторые из объектов безвозвратно утрачены более 10 лет назад, а на их месте «красуются» пустыри.
Виды Бийска.
Анна Зайкова, altapress.ru.
Федеральные органы перегружены
По данным Алтайохранкультуры, за последнее время в регионе исключены из перечня всего два объекта. Оба в Бийске: это жилой дом по ул. Ленина, 103 в 2016 году и Номера Федорова по ул. Льва Толстого, 142 в 2021 году.
Также поданы документы на объект в Тальменском районе - «Тальменский мост».
Для Бийска проблема утраченных физически памятников особенно актуальна. Среди них сейчас - жилой дом по пер. Телеграфный, 11 (исчез в районе 2010 года), а также дом по ул. Чкалова, 3.
Дело в том, что федеральные органы исполнительной власти перегружены запросами о снятии охранного статуса. А сама процедура исключения из реестра нормативно не закреплена и работает неэффективно.
Поэтому регионам нужна возможность принимать такое решение самим, считают авторы проекта, а в АКЗС поддерживают.
«Если документ будет вынесен на рассмотрение наших федеральных коллег, мы будем направлять к нему поправку с предложением использовать эту норму только для объектов, утраченных более 10 лет назад», - сообщила председатель комитета.
Последствия пожара в здании конторы купца Морозова. 22 января 2018.
Анна Зайкова, altapress.ru
Без надежды на реконструкцию
В случае успеха законопроекта, регионы смогут сильно ускорить процесс исключения.
Данил Дягтерев,
кандидат исторических наук, краевед прокомментировал ситуацию:
«Предполагается, что исчезнувшие памятники должны восстанавливать на прежнем месте. Однако если принять такой закон, то они будут безвозвратно потеряны без надежды на реконструкцию».
Как пример краевед привел жилой дом на ул. Гоголя, 56 и контору Морозова на ул. Ползунова, 31 в Барнауле; жилой дом на ул. Куйбышева, 90 в Бийске, мельницу в селе Вылково и там же несколько домов.
Немало объектов в регионе еще не совсем утеряны, однако превратились в руины, утратив свое архитектурное своеобразие: от них остались лишь фундамент и обломки стен. За их судьбу Дягтерев тоже опасается.
«Боюсь, что и такие памятники будут стараться вычеркнуть. Например, кожевенный завод в Барнауле или маслобойный завод в селе Коробейниково. Принятие закона может не только «добить» памятники в плохом состоянии, но и стимулировать владельцев под разными предлогами избавляться от объектов культурного наследия».
Но авторы законопроекта уверяют: регионам передадут полномочия с полным сохранением серьезной процедуры исключения. А именно со сбором документов, экспертизой и прочими тонкостями. Смена статуса, по предложению разработчиков, для каждого утраченного памятника будет производиться отдельным региональным законом.
Контора купца А.Г. Морозова. Барнаул.
kruzheva.lib.tomsk.ru
Попытки девятилетней давности
Кстати, краевое Заксобрание выходило в Госдуму с подобной инициативой еще аж в 2014 году. Но тогда дело не сдвинулось с мертвой точки.
А в 2020 году председатель АКЗС Александр Романенко рассуждал о неоднозначности накапливания культурных и исторических памятников.
"С одной стороны, это положительно влияет на рост культурного ресурса государства. С другой - требует увеличения финансовых затрат на поддержание памятников в удовлетворительном состоянии. Важно не только их количество, но и качество - наличие их объективной ценности".
Учитывая, что на содержание полностью исчезнувших зданий деньги тратить не надо, речь идет о действующих памятниках. То есть целью могут стать не только пустыри, но и еще сохранившиеся объекты, если они недостаточно ценные.
В любом случае, теперь у алтайских парламентариев появился шанс закрыть девятилетний гештальт. А вот какая все-таки судьба ждет утраченные здания после снятия охранного статуса, а также участки, на которых они стояли, - неизвестно.