Мужчины стыдятся того, что связано с уязвимостью и потребностью, а женщины – своей сексуальности, потому что мальчиков и девочек стыдят и поощряют за разные типы поведения. Мужчинам в нашей культуре предписано глубоко стыдиться всего, что связано с потребностью, уязвимостью и беспомощностью. Оборонительная злость и отторжение – две самых распространенных реакций мужчины на попытку его устыдить. Дебора Таннен изучала взаимодействие девочек и мальчиков с самого младенчества. Девочки все время старались поддерживать ровные отношения, тогда как мальчики, начиная с двух-трех лет, занимали позиции высший/низший. Поэтому, если мужчине приписывают какой-то промах, из этого следует, что он ошибся. Признать, что ты совершил ошибку, означает, что ты неполноценный... а значит, надо обвинить того, кто на это указал. Тот/та слишком требователен/льна, эмоционален/льна, критичен/чна, соблазнителен/льна. Сказать «прости» означает стать низшим. Поэтому он злится, подвергает ее обструкции, унижает.
Исследование реакций пациентов на хирургическое вмешательство выявило, что его действие на женщин носило целительный характер, т.е. у женщин, которые его перенесли, было низкое давление и меньше беспокойства как до операции, так и более часа после, чем у женщин, которым операцию не делали. А вот мужчин такой опыт огорчал, давление поднималось, тревожность росла, реакцией на операцию было повышение обоих показателей. В исследовании разница данных у представителей разного пола объясняется тем, что «...в Соединенных Штатах мужчинам часто сложнее признать зависимость и страх, чем женщинам, поэтому, возможно, хирургическое вмешательство является болезненным напоминанием об их уязвимости». С другой стороны, маленьким девочкам наша культура позволяет поддерживать тесный физический контакт с матерью, а вот мальчикам в нем отказывают (Мoss, 1967). «В Соединенных Штатах... девочки получают больше чувственных прикосновений (поцелуи, объятия, держание на руках), чем мальчики» (Тhayer, 1988, стр. 32).
Таким образом, стыдясь, в глубине души мужчина ощущает ярость, особенно по отношению к матери, ведь именно она была его первой любовью, держала на руках, это от нее он узнал, что такое тепло и нежность. А потом лишила его этого, сказав, что большие мальчики не плачут, что им не нужно, чтобы их брали на руки и ласкали. Подавленный ее властью, он чувствует себя униженным. Поэтому ему необходимо расквитаться. Он обесценивает ее любовь, копируя своего отца, который кажется самым искусным в мире манипулятором, ведь он контролирует все – и идеологию, и деньги. Он научил сына не плакать, не показывать, что ему больно, держать себя в руках, не подводить, быть самостоятельным.
Отец обучил сына приемам агрессии, показывая, как противостоять власти матери, унижая ее, как держать ее на дистанции, лишить субъектности. Она все еще вызывает в нем сильные чувства – тоску по любви, сексуальности, ласке. Ему приходиться их подавлять, не доверять собственному телу, собственному сердцу. Поэтому он проецирует свои желания на нее, обвиняя ее в том, что это она порождает в нем позорные чувства. Он восстает против ощущений собственного тела, потому что они вызывают в памяти его младенческие годы и его уязвимость. Эти телесные ощущения идут от женщины, это она уязвима. Это ее соблазн провоцирует чувства. Он боится своих эмоций, властных телесных ощущений, а, следовательно, и сильных эмоций вообще. Справиться с этим он может, приняв образ супер-мачо либо став интеллектуалом, который старается найти объяснение любым чувствам, теша себя иллюзией, что, если он сможет объяснить процесс, это позволит его контролировать. Эмоции, благодаря которым возникает уязвимость, в любом случае должны быть под контролем, и он старается осуществлять его как в отношении себя, так и других.
Два этих защитных механизма порождают два разных типа эмоционального поведения. В случае «супер-мачо» мужчина подвержен вспышкам агрессии, стремясь установить контроль над другими, сам он остается неподконтрольным. «Ярость, одну из наиболее спонтанных, естественных реакций, часто рассматривают как последствие стыда» (Kaufman, 1985, стр. 74). Чтобы скрыть свою неполноценность, он принижает других, он исполнен настоящей ярости по отношению к жене, но на самом деле – по отношению к собственной потребности в нежности и близости. Или же он становится рассудочным, строго рациональным, стремясь контролировать других и тем возвышаться над ними.
Источник: https://psyjournal.ru/articles/styd-zhelanie-byt-na-vidu-i-potrebnost-spryatatsya