Утро встречает меня новостью, которая объясняет сразу все: и мой ночной непокой, и предчувствия перемен, и даже то, какими именно эти перемены будут.
Карантин. Самоизоляция. Теперь и у нас! Встречайте!
Я ловлю себя на том, что наверное все это станет отличной перезарядкой для интровертов и творческих личностей. Будет время спокойно и в тишине дорисовать картину, дописать роман. Или просто посидеть вечером с книгой. Время на паузу.
Жаль только, что мне-то самому паузы ни к чему. Пользы не принесут, зато навредить – запросто. Не выношу ограничений. Я от них дурею, начинаю вытворять такое, что самому потом стыдно. А значит, в городе мне оставаться опасно.
Хорошо, что собраться в дорогу, для меня это пара пустяков. На антресолях я нахожу свой походный рюкзак.
В юности я любил болтаться вдали от цивилизации пару дней. Причем для меня нет разницы, куда двигаться: в лес, в горы или на реку. Главное, чтобы вокруг меня природа и тишина. Это исцеляет. Хорошее, кстати, слово! Я люблю его за его правильный смысл. "Исцелиться" – это значит снова становиться целым.
Не разрозненными кусками самого себя, где мозг одновременно думает о рабочем отчете, отпуске и вечном поиске денег; у носа другая задача: ему насморк мешает работать. Диверсант. А еще от вечного сычевания в компьютерном кресле, отваливается спина.
Но когда я сижу у ночного костра и дышу свежим воздухом, я чувствую себя в порядке. Меня собирают по частям, ремонтируют, склеивают и дают мне ускоряющий пинок под зад: Всё, ремонт завершен. Иди и живи дальше!
Про пинок, кстати, я не придумываю. Лично я чувствую, когда природа меня чинит, а когда отталкивает. На самом-то деле это чувствуют все, только не все обращают внимание.
Пара дней в полном слиянии, а потом начинается маята. Люди думают, что это просто потому что их закусали комары, ночью прошел дождь, и вообще пора на работу. А дело-тут совсем не в этом. Просто нас привозят в лечебницу, ставят на ноги, а затем выписывают.
Я приволакиваю на кухню рюкзак, и теперь в его распахнутую пасть летит все, до чего я могу дотянуться: мясо копченое, мясо в вакууме, какие-то, в чумную минуту купленные, но так и не вскрытые, две пачки сосисок. Хм…в жизни не думал, что я такой ярый поклонник мяса.
Мия, моя единственная верная подруга, уселась на подоконник и смотрит на меня своими прекрасными желто-зелеными глазами, которые излучают необыкновенную мудрость.
Вообще-то она у меня крайне общительная. Может по часу мявкать без перерыва, и ни разу не повториться в интонациях. Но сейчас молчит. Наверное, решила, что хозяин умом тронулся. И возможно, она права.
В кухонных ящиках отыскался запас круп – уже хорошо.
Теперь мне нужна только вода, балоны с газом, и главное, корм для Мии. Нет, я не оставлю свою котейку одну.
"Поедешь со мной", – сказал я с ухмылкой кивая на переноску – Будешь охранять наши продукты.