Журналистка Yes,Synergy Дарья Миненко, студентка факультета медиа, в годовщину «октябрьского путча» (а для кого-то — «восстания») 1993 года пообщалась с очевидцем тех страшных событий в истории современной России и убедилась в том, что далеко не все исторические события однозначны, но помнить о них должен каждый
Тридцать лет назад в эти дни Россия оказалась на пороге полноценной гражданской войны. Страны, в которой мы — студенты-первокурсники — родились и выросли могло и не быть.
3 и 4 октября 1993 года внутриполитический конфликт, раздиравший Россию, достиг апогея: в противостоянии Верховного Совета (тогда так называлась Государственная Дума) и президента Бориса Ельцина сложилась патовая ситуация. О существовании Конституции к этому моменту «забыли» все.
Депутаты отправили в отставку президента, назначив на его пост вице-президента Руцкого. В ответ Ельцин ввёл в столицу войска, а по Белому Дому, где тогда располагался парламент, прямой наводкой ударили танки.
Такого наша столица ещё не знала.
О событиях октября 93-го года написано множество книг, сняты десятки документальных фильмов. Не нам давать оценки тем событиям, но фиксировать факты — наша обязанность. Мне было важно получить информацию из первых рук. О том, что творилось на московских улицах, мне рассказал очевидец. Своё имя он просит не называть.
«Мы были молодыми парнями 16-17 лет, везде надо нос засунуть», — вспоминает мой собеседник, — «Егор Гайдар «пищал» из телевизора, что надо приходить, спасать демократию. Собрались и пошли».
К этому моменту в Москве уже шли открытые столкновения: сторонники Верховного совета захватили мэрию столицы, была попытка взять штурмом Останкинскую телебашню, противники обменивались выстрелами из «автоматов» и бронетехники. Борис Ельцин распорядился ввести чрезвычайное положение. Всё это происходило на тех самых улицах, где сегодня мы с вами спешим на учёбу или к друзьям на самокатах, гуляем в сторону «Патриков» или в один из парков.
«Хорошо помню стрельбу снайперов по нам и по милиции с крыш домов. Часть милиции была за действующую власть, а часть за засевших «путчистов». И когда они схлестнулись между собой, пули свистели над головой. Я, правда, уже лежал — лицом в асфальт», — рассказал мне наш очевидец. Вопрос «а чьи были снайперы» - до сих пор остаётся без ответа: выяснить этого так и не удалось. Сегодня это уже не так важно: в тот день пострадало много таких же молодых ребят, как мы, но выяснилось это всё позже, а тогда — никто не понимал, где сейчас их близкие и что делать.
«Помню взгляд отца, глаза мамы, когда нас выпустили. Они же не знали, где мы, что с нами происходит. Мы оказались в «Матросской тишине»: одиночка, общая камера, баланда, пачка папирос на 40 человек в двадцатиметровой камере, избиение задержанных. Первая ночь в камере и осознание того, что все может закончиться очень для нас плохо» — вот, что лучше всего запомнил мой собеседник.
Тогда мне стало интересно: испытывал ли он страх за себя и свою судьбу в тот момент? «Страха не было, мы молодые, глупые. До конца тогда не понимали, чем могло закончиться. Уже дома в новостях увидели сколько народу погибло, как трупы грузовиками вывозили», — только и ответил он.
В те дни в Москве погибли, по разным оценкам, не менее 158 человек и почти 500 были ранены. Споры о том, кто был прав в том противостоянии, не утихают и сегодня, спустя 30 лет. Важно, чтобы такие события не повторились вновь. Что можем мы? Знать историю своей страны, помнить её героев и антигероев и, конечно, стараться решать все вопросы взрослой жизни только мирным путём.
Автор статьи: Дарья Миненко