На данный момент известно, что советская разведка провела просто прекрасную работу, отчего загодя предупредила военное руководство о готовящемся нападении. При этом были известны и основные направления ударов, и тактика ведения боя («Блицкриг»), и то, что целью нападения является полное уничтожение славянских народов.
Но к всеобщему удивлению Иосиф Виссарионович Сталин весьма халатно отнёсся к предупреждениям военачальников, до последнего момента не веря в возможность нападения. И ни одному подчинённому не удалось переубедить Генерального Секретаря в реальности такой подготовки.
Первый день ВОВ и катастрофические последствия
22 июня 1941 года, без объявления войны, немецко-фашистские части ринулись на территорию СССР, нанеся ряд существенных поражений приграничным частям. В первые часы Великой Отечественной, самолёты Люфтваффе атаковали места дислокации советской авиации, ввиду чего огромное количество «сталинских соколов» так и не смогло подняться в небо, расстрелянные на земле.
За исключением отдельных локаций (например, Брестская крепость), пограничные части не смогли оказать эффективного сопротивления и либо были окружены, либо были разгромлены.
Голос Левитана возвестил гражданам Советского Союза о начале эпохи небывалых вызовов и лишений. И за всем этим хмуро наблюдал Иосиф Виссарионович, который мог загодя укрепить границу, отвести самолёты в тыл, а также заранее перевести всю тяжёлую промышленность на территорию Сибири, если бы послушал предупреждения собственных шпионов. Но Верховный Главнокомандующий этого не сделал, ибо вплоть до утра 22 июня 1941-го года, не верил в то, что нападение состоится.
Первые вести о готовящемся Блицкриге
Впервые о том, что Вторая Мировая Война вот-вот захлестнёт Отечество, в марте 1941 года предупреждал легендарный разведчик Рихард Зорге, действующий на территории Японии. Но Сталин не поверил своему любимцу, так как искренне верил в пресловутый «пакт о ненападении» между государствами: СССР и Германией.
К началу 1940-го года, три ценнейших агента действовали в самом сердце нацистского Берлина. История сохранила оперативные псевдонимы агентов: «Брайтенбах», «Корсиканец» и «Старшина».
Особо ценным считался «Старшина» (Харро Шульце-Бойзен), который входил в ближайшее окружение маршала авиации, Германа Геринга. Связи были столь тёплые, что ввиду давнего знакомства семей, Герман Геринг был свидетелем на свадьбе Шульце-Бойзена.
«Брайтенбах» (Вилли Леман) вёл свою деятельность в руководстве гестапо, а «Корсиканец» (Арвид Харнак») был высокопоставленным сотрудником Министерства экономического развития Третьего Рейха.
Все три разведчика докладывали в Москву о том, что Великая Отечественная вот-вот готова начаться. Тот же «Брайтенбах» известил 28 мая 1941 года о том, что гестапо перешло на круглосуточный режим работы и умножились командировки в Восточную Европу.
16 июня «Корсиканец» и «Старшина» напрямую (иногда с огромным риском) сигнализировали о том, что до нападения немецко-фашистских войск считанные дни.
17 июня доклады легли на стол Иосифу Виссарионовичу. И сейчас, достоянием истории стала катастрофическая резолюция, наложенная на бумагу Верховным Главнокомандующим:
«Можете отправить источники информации к (такой-то) матери! Это не источники, а дезинформаторы»!
«Брайтенбах» о такой резолюции, разумеется, не знал, в результате чего 19 июня смог доложить не только об основных местах ударов, но и с точностью до часа предупредить о начале боевых действий. Но ввиду ранее полученной резолюции, новый доклад не стали предоставлять Сталину.
Репрессии 30-х годов подорвали доверие Сталина к разведке
Причина столь резкого игнорирования многочисленных донесений Сталиным, крылась в событиях 30-х годов, когда развенчивая «троцкистский заговор», Генеральный Секретарь провёл массовую чистку военных и партийных рядов. Особенно пострадал институт советской разведки, так как являлся «основным логовом шпионов и предателей».
Памятуя о незавидной участи своих предшественников, руководитель советской внешней разведки, Павел Фитин, был человеком откровенно слабым, который не умел отстаивать свою точку зрения перед лицом Верховного. Да и сам Фитин специалистом не был, попав в ряды НКВД в 30-ти летнем возрасте, сменив деятельность журналиста.
Несмотря на то, что 21 июня 1941 года подготовка немцев была явной, никто не посмел перечить Иосифу Виссарионовичу и брать на себя ответственность за громкие заявления. Так и смотрели грустными глазами на массы пребывающих войск те пограничники, которые находились на посту в столь страшное время.
Операция по дезинформации руководства Советского Союза
Вторая причина столь халатного отношения Иосифа Виссарионовича – огромная (по меркам времени) дезинформационная операция, целью которой было убедить руководство Советского Союза в том, что нападение так и не состоится. Гитлер не хотел играть в благородство с «унтерменшами» из-за этого использовал самые подлые методы и средства.
В ход шло всё: начиная пресловутым «пактом о ненападении» (который с самого начала немецким руководством воспринимался как «филькина грамота»), заканчивая тем, что в немецкую печать был направлен огромный заказ на карты побережья Великобритании, как бы наглядно демонстрируя основную цель удара – Британские острова.
Играли в свою игру и фашистские военные и дипломаты, которые делали всё, чтобы убедить Сталина, что «СССР и Третий Рейх – братья на век». Дошло даже до того, что огромная часть ВВС Германии была выстроена на территории СССР, а при строительстве использовалась советская сталь.
Так почему Сталин не предпринял ровно ничего, чтобы если не предотвратить нападение, то сделать так, что именно немецко-фашистские части первыми напоролись на хорошо подготовленные укрепления, позиции и котлы? Версий столь великое множество, что они включают в себя как конспирологические теории, так и официальные доводы о том, что Иосиф Виссарионович был дезинформирован.
Невозможно сказать, что думал Сталин в тот момент, когда предупреждения собственной разведки оказались суровой правдой. Однако следует отметить, что впоследствии, именно Иосиф Виссарионович сделал всё, чтобы Советский Союз выиграл в небывалой Войне. Ибо ещё до существования иллюзорной вселенной «Marvel», с персонажем по имени «Танос», в Советском Союзе был реальный титан, который следовал известной «киношной» фразе: «Тяжелейшие решения примет только сильнейший». И Иосиф Виссарионович принимал их в реальности, войдя в историю, как самый противоречивый руководитель своего времени.