Мой сын станет французским посланником, кавалером ордена Почетного легиона, великим актером драмы, Ибсеном, Габриеле Д’Аннунцио. Он будет одеваться по-лондонски!
Постоянно взвинченная, обожающая драму даже в простейших жизненных моментах - ну, например, устроить спектакль из попытки сбить цену на рынке, иногда грубая и идущая напролом в совершенно абсурдных ситуациях... Такой может увидеть маму писателя любой, потому что сцен, подтверждающих её недостатки, в книге множество. Но даже в самых неприятных моментах над головой матери буквально светится ореол, видимый, возможно, только её сыну. Совершенно поразительная искренность повествования делает его абсолютно убедительным, а мягкий юмор облегчает восприятие сцен, которые, при другой подаче, могли бы вызвать ощущение, что здесь мы имеем некого подобие абьюза. Ведь если смотреть с точки зрения любящего сына: мать спланировала ему будущее, исходя из того, что мальчишке из скромной (более чем) вильнюсской семьи с еврейскими корнями было абсолютно недоступным и невозможным, и делала всё, чтобы он стал тем, кем она мечтала его видеть. Даже если будущее человека искусства (и немного ещё дипломатии) во Франции, а не на задворках Европы, и было в какой-то степени исполнением её личной мечты, всё же главным в этом плане/мечте была хорошая жизнь для сына. И мальчик с самого детства принимал мамину заботу с величайшей благодарностью. Если же посмотреть на историю недоброжелательными глазами, то можно увидеть совсем другое, что Гари отлично высмеивает, приводя примеры "заочных диагнозов", поставленных ему всякими и всяческими психоаналитиками иже с ними, где найдётся и склонность к некрофилии, и фекальный синдром. Странно, как показалось и самому Гари, что никто всё-таки не приплёл комплекс Эдипа...
На фоне материнской и сыновней любви - вполне автобиографичная история о том, как мальчик из Вильно стал знаменитым французским писателем. О долгих и мучительных поисках подходящего псевдонима: действительно, ну не покорять же мир под именем Роман Кацев! Совершенно уморительные сцены. Столь же весёлый рассказ о первом гонораре, частично потраченном на сигары:
От сигар меня тошнило, но, решив красиво жить, я выкурил их все.
Довольно подробно, с попутным гимном генералу де Голлю, рассказано о войне, во время которой Гари служил в ВВС. И именно в это время самой главной радостью были письма от матери, правда, коротенькие, но с её неизменным "Vive la France!", не дающим забыть, что родину надо любить не меньше матери. Когда выясняется, что письма эти отправляла швейцарская подруга матери, которой они были переданы в количестве 250 штук, а мама уже три с половиной года, как умерла, трудно удержаться от слёз...
Она осталась с Гари навсегда, в качестве внутреннего голоса, в качестве эталона для проверки правильности своих поступков...
...и одеваюсь по-лондонски, как и обещал, несмотря на своё отвращение в английскому покрою...