– Да уж, погодка. — Сказал Анатолий бродячему псу. – Вчера ещё было тепло. А сегодня, словно черти разыгрались. Гляди, какая буря поднялась. Тебе, бедолага, худо придётся нынче. Ай, да что уж там, ты и не такое видывал.
Анатолий потрепал пса за ухом, выбросил окурок и поднялся в вагон. Он был сторожем в старом ДЕПО поездов. Здесь стояли давно поломанные и никому ненужные поезда. Казалось, об этом месте все забыли. Держали одного сторожа, и то для галочки. А Анатолию что – ни семьи, ни детей, до пенсии пару лет. Вот и сидит здесь.
«Страстная пятница сегодня, в воскресенье пасха. Опять одному праздновать. А ну, как и в церковь схожу, помолюсь.» – Размышлял сторож.
Вдруг по крыше вагона что-то застучало. Анатолий испуганно вслушивался в эти звуки.
«Кой чёрт там скачет?» – Пробубнил он.
Стук стал сильнее, будто конь скакал по крыше.
«Града, вроде бы, нет.» – Глядя в окно, сказал сторож.
Он пошёл по вагону, вдруг увидел, как в окно лезет молодая девушка.
– Эй, куда? Куда лезешь? – Крикнул Анатолий, подбежал и стал выталкивать девушку. – А ну, пошла прочь, оборванка!
– Где ты оборванку видишь, старый мухомор? – Нагло сказала девушка, которая уже влезла в вагон.
И, вправду, не оборванка – платье, как на свадьбу, только чёрное, украшенное чёрными бусинами и стразами, пышное, длинное, как на старинных картинах. На шее девушки красовалось бриллиантовое колье, на пальцах крупные перстни с рубинами и изумрудами.
– Откуда такая явилась? Чего надо? – Сказал сторож.
– Кто же так гостей встречает?
– Гости через дверь входят, а не в окно лезут.
– Смотря какие гости. – Поправляя платье, сказала девушка, а потом протянула руку Анатолию. – Настя. Давай знакомиться, старый.
– Толя.
Сторож не пожал ей руку, лишь от того, что не знал — пожать её или поцеловать.
– Ну, Толя, заводи машину! – Весело сказала Настя.
– Чего?
– Заводи, говорю. Глухой что ли?
– Ты что, деваха, сдурела? Какой заводи?
– Заводи, заводи. На праздник поедем. Свадьба у меня.
– Пущай жених тебе заводит, дурёха. Эти поезда давно уже списанный хлам. Сам дьявол их не заведёт.
Вдруг поезд зашумел, вагон задергался.
– Что за чертовщина? – Напугано сказал сторож.
– А это жених мой твою колымагу завёл.
– Да не может быть этого.
– Сегодня тебе, мухомор, на празднике у Сатаны гулять.
Поезд резко тронулся. Девушка подняла руки вверх и радостно вскрикнула.
– Батюшки, батюшки. – Крестясь, сторож глянул в окно.
Поезд ехал не по рельсам, а летел по воздуху.
– Бесовщина, бесовщина. В такую ночь. – Шептал Анатолий.
– Налей чаю что ли. Чего рот раззявил? Не стой, как вкопанный.
Сторож зашёл в купе и налил чай из термоса.
– Прошу. – Протянул он чашку девушке.
– Всё, поди прочь.
Анатолия била дрожь от страха. Он зашёл в купе и закрылся. В окно было видно, как высоко они летели. Небо было покрыто чёрными тучами, временами сверкала молния.
Наконец, сторож увидел, что они приземляются. Поезд подъехал к огромному дворцу.
– Эй, мухомор, чего заперся? Выходи. Поведешь меня к алтарю. – Крикнула Настя.
Анатолий робко отворил дверь.
– Чего это я тебя… вас поведу к алтарю? Я же не батька? Батьке следует дочь вести.
– Сойдёшь за него. – Схватила за локоть Анатолия девушка и вытянула из купе.
Она достала из кармана кривую палочку, похожую на ветку, махнула над Анатолием, и он тут же оказался одетым в черный фрак.
Сторож оглядел себя.
– Ох, деваться не куда. – Сказал сторож, тяжело вздохнув.
– Не куда, мухомор, не куда. – Сказала Настя, сверкнув своими чёрными глазами.
Девушка взяла старика под руку, и они вышли из поезда. Пока они шли ко дворцу, на них сыпались чёрные перья воронов, которые кружили над ними большой стаей.
Дорожка, по которой они шли, была вымощена из драгоценных камней. По обе стороны били фонтаны, и гуляли, распушив хвосты, павлины. Нарядно одетые, мужчины и женщины кланялись Насте.
Двери дворца распахнулись. Внутри стояли длинные столы, покрытые белой скатертью и уставленные многочисленными яствами, каких Анатолий не то, что не пробовал, а даже и не видел. В конце зала, напротив двери был большой камин, над которым висел портрет мужчины в черном фраке, с тростью с набалдашником, покрытым рубинами и бриллиантами, на голове была черная шляпа-цилиндр, на плечи ниспадали черные волосы. Карие глаза, словно смотрели на Анатолия.
Дорожка из драгоценностей вела к камину, Настя и сторож шли по ней. Когда они подошли к камину, в нём вспыхнул огонь. Настя сначала подняла руки, а потом поклонилась. Анатолий, глядя на неё, тоже поклонился. Из огня вышел мужчина тот, что был на картине. Анатолий удивился какой он высокий — метра под два с половиной.
Когда этот мужчина вышел, то люди, находившиеся во дворце, упали на колени и низко склонили головы.
«Дьявол,» – подумал Анатолий, – «а выглядит, как Бог. Ни тебе рогов, ни тебе копыт.»
– Владыка! – Настя подошла к этому мужчине и взяла под руку.
– Отныне и на веки вечные объявляю Анастасию моей женой! — Громко произнес мужчина.
И тут же заиграла музыка. Люди, находящиеся там, танцевали, ели и пили вино. Анатолий тоже наелся и выпил столько, что, опьянев, упал около фонтана. Прежде, конечно, он плясал с красивыми дамами, пел им похабные частушки, с одной долго разговаривал по душам – повеселился на славу.
Анатолий открыл глаза, в окно бил яркий солнечный свет. Голова болела так, что того гляди взорвётся.
«Ох и дал я вчера!» – Подумал он. – «Да что же? Это взаправду всё?»
Сторож выглянул в окно — всё то же старое ДЕПО. Вон и пёс сидит, чешет за ухом.
«Что же это мне приснилось?»
Кое-как встав, сторож подошёл к зеркалу. Вот это диво — всё лицо его было украшено отпечатками губ с помадой, а сам он был одет в тот же фрак.
«Вот дела,» – удивился он, – «погулял на свадьбе, да кого — самого Сатаны! И как теперь мне в церковь идти? Исповедаться может надобно? Ох, грешная моя душа!»
Покачав головой, да махнув рукой, он снова лёг спать.