Однажды мы втроем — муж, младший сын и я, оказались в Москве по очень мрачному поводу. Настроение было хуже некуда, а тут еще и погода никудышная...
История о том, как иногда проблему помогают решить совсем неожиданные вещи...
В глубочайшем, еще детсадовском детстве я, как, полагаю, многие и тогда, и сейчас, терпеть не могла вставать в садик по утрам. Ну и что, что садик находился во дворе нашего дома и идти до него было ровно одну минуту, все равно вставать в половине восьмого, особенно зимой, в темноте за окнами, было противно и обидно.
Ладно летом, когда солнце лупит в настежь открытое окно уже в шесть утра, летом долго спать неправильно, можно проспать все самое интересное. Летом папа поднимал нас с братом рано-рано и вел через дорогу, в ботанический сад, делать зарядку. На траве была роса, сверкавшая, как мамины хрустальные бусы, над головой сосны, а в перспективе, не видные из-под сосен, но вон же они, там, никуда не делись! — синие и белые горы. К тому же до сосен надо было идти мимо множества кустов чайных роз всех оттенков розового и сиреневого, а в траве под соснами, если не шуметь, можно было увидеть ежика, их в ботсаду жило видимо-невидимо. Но это все летом.
Зимой же за окном темень, еле-еле светает, и нужно выбираться из уютной норки, в которую за ночь превратилась твоя кровать, надевать кучу противной, толстой, неудобной одежды, которую потом, в саду, все равно придется снимать, выходить в темный, с еще не погасшими тусклыми фонарями, двор и по скользкой тропинке, которая днем подтаивает, а потом ночью подмерзает, плестись в садик. В общем, унылая картина.
И тогда папа придумал поднимать нас с братом при помощи венгерских танцев Брамса. Или Рондо Капричиозо Сен-Санса. Или струнного квартета Гайдна. И — верите ли, мутное зимнее утро вдруг вспыхивало такими яркими искрами, такими переливами звука и цвета, что ни темень за окном, ни нелюбимая одежка уже не портили дня. Так скрипичная музыка и осталась для меня музыкой рассвета.
И еще одна история. Однажды мы втроем — муж, младший сын и я, оказались в Москве по очень мрачному поводу. Настроение было хуже некуда, а тут еще и погода никудышная.
Дома, в Алма-Ате, в конце апреля было уже практически лето, доцветали яблони, по всему городу благоухала сирень, а тут дождь со снегом... и завтра в Институт педиатрии... и страшно, что там скажут, а вдруг операция нужна срочно... Одним словом, никто из нас ничего хорошего от жизни не ждал. И пойти куда-нибудь развеяться по такой погоде не хотелось — мы, люди южные, уже настроились на лето, а тут какой-то поздний ноябрь...
И тут на полке в комнате общежития, в котором тогда жил мой муж, учившийся в аспирантуре, каким-то чудом нашлась книжка «Катя и крокодил», дивная история про девочку, притащившую домой из школы на каникулы живой уголок в полном составе, включая крокодила. Начали читать вслух, и через пятнадцать минут все втроем валялись по постели от смеха, хохотали так, что заболели скулы.
Следующим утром солнце сияло не хуже, чем дома, в клинике объяснили, что наш случай вполне поддается лечению, а операцию еще придется подождать, и жизнь снова стала жизнью, а не мрачной смесью ужаса и отчаяния, какой была несколько недель до этого. Книжку про Катю и крокодила я, немолодая тетка с претензией на интеллект, до сих пор перечитываю с благодарностью...
Автор: Анна Бондаренко
Фотография: Nick, Unsplash