Кормила я недавно голубей недоеденным чесночным багетом. На мои подброшенные крошки налетело так много птиц, что земля под ногами стала с трудом проглядываться. И тут в пернатой массе я заметила дребезжание, беспрерывное, болезненное дребезжание. Один из голубей страдал тремором. Его дрожь заставила меня искривиться, и я расхотела кого-либо кормить. Как суп в котором найден волос, как переплаченная покупка, как протёкший пакет с мусором, этот голубь всё испортил. Я уже собиралась уходить, но заметила ещё кое-что. У больного голубя оказалась непривычно длинная шея. В то время как остальные птицы сновали по земле, держа шею параллельно ей, он словно смотрел на них сверху вниз. Я вдруг задумалась, что случилось раньше. Голубь сначала затрясся, а потом вытянул шею, или он вытянул шею, оттого и затрясся… Я скомкала маленький кружочек хлеба и бросила ему под ноги. Он подобрал. Затем еще и еще один кружочек хлеба полетел к нему. Я стала кормить целенаправлено, только его, но время от времен