В первые годы прошлого столетия модерн в архитектуре Петербурга был «гостем» весьма редким. Здания в «новом стиле» тогда были скорее смелым экспериментом, чем модным явлением, коим они станут немного позднее. И кажется мы сегодня прекрасно знаем имена тех, кто проектировал и строил эти дома, но, на самом деле, это не всегда так. Допустим авторство проекта доходного дома на Большой дворянской улице, построенного в 1903-м, до сей поры вызывает вопросы…
Сохранившийся проектный документ подписан техником Николаем Михайловичем Щуруповым, хотя к построенному в конечном итоге зданию он имеет весьма отдаленное отношение. По этой причине авторство Николая Михайловича всегда вполне обоснованно ставилось под сомнение. Впрочем, предположения о настоящем авторе этого оригинального проекта так и остаются в области догадок более или менее удачных. Специалисты считают вероятным, что автором проекта был очень активно работавший именно на Петербургской стороне Павел Михайлович Мульханов. Правда тогда Павел Михайлович предпочитал стилистику привычной и имевшей высокий спрос эклектики, очень аккуратно используя элементы новых архитектурных мод. Зато допустим именно в это время на Петербургской стороне Василий Васильевич Шауб, горячий поклонник немецкого варианта европейского модерна, называемого югендстилем, построил целый ансамбль зданий в «подобном вкусе»…
Разглядывая этот дом обнаружить характерные детали югендстиля, весьма похожие на его шаубовскую интерпретацию, совсем не сложно. Окна, эркеры, декоративные мотивы, и даже весьма примечательная «башенка»…
Впрочем, сама планировка здания, если убрать эти «внешние детали», вполне себе добротный образец массовой эклектики, четко вписанной в границы участка.
Парадная тоже слишком просторна для присущего модерну стремления максимально рационально использовать пространство.
А вот декор сомнений в стилистических пристрастиях не оставляет и выглядит надо сказать вполне органично в светлых и больших эклектичных объемах. И тут есть странное ощущение. Эта «полуцилиндрическая» форма с тройными окнами, явно со вкусом подобранная не слишком распространенная напольная плитка, и конечно совершенно эксклюзивные и очень затейливые винклеровские лестничные ограждения в недалеком будущем станут просто своеобразным «фирменным знаком» еще одного архитектора - Вильгельма Ивановича Ван-дер-Гюхта.
В 1903-м Вильгельму Ивановичу не было и тридцати, но он уже имел очень солидный опыт практической работы, пройдя путь от строительного десятника до помощника архитектора. Правда тогда он еще не закончил образование, звания архитектора не имел и, соответственно, проектную документацию подписывать не мог. Но подобные «казусы», когда проект готовил один человек, а подписать его мог совершенно другой, по самым разным причинам, в реальной жизни встречались...
Кто был в конечном итоге автором этого замечательного дома, практически не известный техник, маститый зодчий или студент Высшего художественного училища мы наверное уже никогда не узнаем. Но то, что этот дом стал одним из самых ярких примеров раннего Петербургского модерна сомнений думаю сегодня нет.
Владельцем участка и заказчиком строительства этого интересного здания был служивший тогда в Центральной бухгалтерии Государственного банка потомственный почетный гражданин Виктор Григорьевич Чубаков. Его родной брат – Клавдий Григорьевич тоже был связан с финансовой деятельностью и служил в Особенной канцелярии по кредитной части Министерства финансов. При этом, некоторое время он занимался еще и «столярно-паркетным производством», которое, судя по дальнейшим событиям, было не особенно доходным. И именно Клавдий Григорьевич в начале века уже имел собственную доходную недвижимость. Для Виктора Григорьевича дом на Большой дворянской был первым, и надо отметить очень смелым, опытом. Впрочем это было только началом...
Братья быстро рассмотрели потенциал рынка доходной недвижимости, а их служебные возможности, надо думать, значительно упрощали доступ к необходимым для серьезных операций кредитным ресурсам. В 1909-м Виктор Григорьевич ушел со службы и продал свой первый доходный дом статскому советнику Василию Николаевичу Шалину. Но. Уже через два года Виктору Григорьевичу Чубакову принадлежало четыре дома в Петербурге, а его брату - пять. При этом, дома Виктора Григорьевича были оформлены в совместную собственность с его супругой - Ольгой Михайловной, а два из них на Петербургской стороне, совершенно новых, самых крупных и наиболее оригинальных были построены по проектам... Вильгельма Ивановича Ван-дер-Гюхта. Так-то...
Справедливости ради надо сказать, что основную массу недвижимости Виктор Григорьевич и его супруга, в отличии от Клавдия Григорьевича, довольно быстро продали. Скорее всего для них эта масштабная операция носила чисто спекулятивный и разовый характер, вполне обеспечив им солидный капитал, позволявший в дальнейшем не особенно переживать относительно поиска средств для достойной жизни. Но это уже другая история.