Черный прямоугольник часов мигнул и сменил красные цифры на 22.00. За дачным забором фонарь на столбе погас. Тут же зажглась лампа у крыльца двухэтажного дачного дома и нарисовала неровный овал под окнами первого этажа.
— Темно, — пробормотал Никита, и натянул одеяло на голову.
— Думаешь, так светлее будет? — села на кровати Каринка и пружины ее кровати заскрипели, проседая почти до пола.
— Мелочь, заткнулись быстро, из-за вас сейчас в данже завалят, — пробасил Филипп. Его худое лицо подсвечивал экран планшета, левая рука быстро тыкала по нижней части гаджета.
— А что такое данж? – высунул нос из-под одеяла Дима, которого родители почему-то называли Митя.
Филипп промычал что-то невразумительное, глаза метались по экрану, рука судорожно дергалась. С первого этажа доносился гул голосов и звяканье бокалов, негромко звучала музыка.
— Блин, я не могу спать на такой кровати! И чем так тут пахнет! – заныла Каринка
— Давай, поменяемся, — с готовностью предложил Никита, — у меня тахта, она твердая. Правда, коротковата наверно будет.
— Давай.
Каринка скатала свой матрас вместе с бельем и подушкой, то же самое проделала с Никиткиным комплектом. Поменяла их местами и снова раскатала, по-матерински заправив мальчишке торчащую простыню под матрас.
— Спасибо, — смущенно сказал Никита.
Каринка дернула плечом, тонкие светлые косички качнулись на ее спине.
— Черт, хил, ливнул! Счас сольемся! Блиин! Я только танка могу подхилить! — Филипп рычал, шипел и плевался. Через минуту Филипп погасил планшет, кинул его на стол, и некоторое время лежал, подложив единственную руку под голову, и смотрел в потолок.
— Ничего непонятно, — сказал Дима-Митя, у которого из-под одеяла торчали только жесткие курчавые волосы и поблескивали глаза.
— Че непонятного, — взорвался Филипп, — пал только танка может хилить, а приста в группе не было. Гадский друид, подхватил лут с босса и ливнул.
— А-а-а, — протянул Дима, так ничего не поняв. – Шухер!
Все быстро нырнули под одеяла. Дверь заскрипела, и в упавшем на пол прямоугольнике света, вытянулась тень. Димкина мама, хозяйка дачи, постояла немного на пороге, затем вздохнула и закрыла дверь. Некоторое время все лежали тихо.
— Не спится, — Каринка снова села и закуталась в одеяло. Какие- то насекомые так шумят.
— Это сверчки, — подал голос Дима-Митя. – А я страшную историю знаю.
— Какую? Про Красное пятно и Синий ноготь? – скривился Филипп.
— Не, я про Красную Руку знаю, Зеленые пальцы и Черную простыню.
— А я про Гроб на колесиках слышала, — вставила Каринка.
— Так рассказывать?
— Ну, давай, все равно планшет почти разрядился.
— Тогда слушайте. Это происходит почти каждое лето то в одном, то в другом дачном поселке. Вдруг девочка потеряется, вдруг обнаружится мальчик мертвый. Ищет преступников полиция и не находит. А ребята потом рассказывают, что над поселком летала Черная Простыня, что она пыталась залететь в один дом через окно.
Все автоматически посмотрели на раскрытое окно. За окном стояла огромная яблоня и в ее ветвях что-то мелькнуло.
— Потом в другой дом, — подвывая для достоверности, продолжал Дима. — Черная Простыня налетает на мальчика или девочку, заворачивает и не дает дышать, пока ты не умрешь.
— Да, ну, нафиг, не страшно нисколечко, детсад, — фыркнула Каринка.
— Ну, и сама рассказывай тогда, — надулся Дима.
— Ну, и расскажу! – Каринка, подобрала упавший на пол угол одеяла и набрала побольше воздуха. — Жила-была у мамы одна девочка. Осталась она однажды одна...
— Я один боюсь оставаться, — сказал Никитка.
— Да, тихо, ты!
— И вот, по радио передают…
— Какое радио? Нет, счас никакого радио! – завозился на кровати Дима.
— Блииин, дадите вы рассказать!
— Ладно-ладно, я думал, — поймав свирепый взгляд Каринки, Дима закрыл себе рот обеими ладошками.
— Девочка, девочка, Гроб на Колесиках едет по твоей улице. Беги! Девочка перепугалась, бегает по дому, хочет маме и папе позвонить. А в трубку ей говорят: «Девочка, девочка, Гроб на Колесиках нашел твою улицу, он твой дом ищет». Девочка пугается еще сильнее, все двери-окна закрывает, но из дома не убегает. Сидит и боится. Радио снова говорит: «Девочка, девочка, Гроб на Колесиках твой дом приехал, в лифте поднимается…» И так далее. Короче, когда родители домой пришли, то нашли девочку совсем мертвой. Только зубах колесико маленькое зажато…
Карина замолчала и обвела мальчишек торжествующим взглядом.
— Не, мне не страшно, — сказал Никитка.
— А почему они только детей убивают? — Дима-Митя сидел на краю кровати и болтал загорелыми ногами, которые на фоне съехавшего пододеяльника казались почти черными.
— Да потому, что верите во всю эту фигню, — скривился Филипп.
— А куда тогда дети деваются? – спросил Никитка.
— Куда-куда, их моя рука уносит, — ответил Филипп. – Ну, та, которую я потерял.
— В смысле? – подпрыгнула на тахте Каринка
Филипп накрыл голову одеялом и подозрительно затрясся.
— Слышите? Что это? – Никитка опять потащил одеяло на голову, а затем вместе с одеялом перелез к Каринке на тахту.
Все притихли. Слышалось какое-то карябанье, что-то определенно карабкалось по стене к окну. Дима тихо встал и потянулся к окну, чтобы закрыть. На подоконник что-то прыгнуло!
— А-а-а-а! Его рука!!! – заорал Дима, прыгнул к двери и скатился по лестнице. Снизу донеслись взволнованные вскрики Димкиной мамы.
Филипп под одеялом заржал уже в полный голос.
— Во, дурак! – сказала Каринка, подошла к окну и взяла на руки крупного белого кота.
#делюсьтекстом_бэнд