Чем бы закончилась история для Джен Эйр, стань она миссис Рочестер с первой попытки

Вот и нашла я применение своему красному диплому культуролога! Предыдущая статья про историю любви Джен Эйр и мистера Рочестера обросла столькими комментариями...

на тему, права была она, сбежав, или все же «перебдела» и обрекла любимого на тяжелейшие травмы (хоть это и не тема той статьи)...

...что я решила написать другую статью - про альтернативный финал. С учетом того, что нам рассказывали на лекциях по истории Европы и по культуре повседневности (есть и такой ВУЗовский предмет).

Многим кажется, что мистер Эдвард Фэрфакс Рочестер мог бы просто развестись с первой женой и жениться повторно.

Другая, не менее популярная версия, предполагает, что бедная неизбалованная Джен перестала бы ломаться и согласилась бы на сожительство (а пока любовь сильна, выманила бы у Рочестера достаточно подарков, чтобы потом жить безбедно в Европе, где до ее репутации уж точно никому не было дела). Ну а бросил бы он ее - и она спокойно жила бы на «накопления» (подарочки любовника).

Обе версии слишком практичны и не учитывают особенности той эпохи. Сейчас расскажу, почему.

1. Мог ли мистер Рочестер просто развестись и жениться повторно?

Нет, не мог. Англиканство в XIX века запрещало разводы. Лишь в XX веке случились послабления, но только в части разводов. НЕ насчет повторных браков при живом первом супруге!
И только в 2002 году (22 года назад!!!) церковь официально разрешила повторные браки после развода.

Это нам кажется диким, у нас церковь давно отделена от государства, а в 19 веке - и в стране, где главой церкви является монарх... и где родословные многовековые... и где вопросы наследства не пустой звук... Там всё ОЧЕНЬ серьезно.

2. Почему тогда он делает вид, что женится?

За то время, которое мистер Рочестер потратил на узнавание своей Дженет, он понял: она не из тех Терез и Селин, которые согласятся «упасть на ложе из роз». Не зря он называет ее «маленькой пуританкой».
Мистер Рочестер вполне сознательно идет на обман, взвесив все риски: ведь при успешной попытке он стал бы двоеженцем!

3. Рисковал ли мистер Рочестер, устраивая фальшивый брак?

Да, и даже очень. Двоеженство было уголовным преступлением. Загремел бы в тюрьму (а возможно, еще и лишился бы Торнфильд-холла в пользу государства: в конце концов, Рочестеры - не лорды, а только мистеры: не знатные люди, а мелкие сошки).

Но и даже помимо уголовного преследования, он прекрасно понимал, что совершает мезальянс. Не зря миссис Фэрфакс говорит Джен после знаменательного объяснения под каштаном: «Остерегайтесь, Рочестеры на гувернантках не женятся».
В тогдашней Британии землевладельцы с наемными работниками в браки не вступали, не стоит недооценивать суровость классового общества.

Рочестеров перестали бы принимать в приличных домах. Никаких больше кавалькад гостей и шарад у камина: общество отвернулось бы от пары.

Правда, они все равно планировали жить на вилле в Средиземноморье. Но мистер Рочестер не мог не знать, что ближайшие лет 50 о нем будут вспоминать не иначе как «а, этот *удак Рочестер... не будем о нем говорить... это неприлично». Как вы думаете, ему такая перспектива нравилась?

4. Рисковала ли Джен, вступая в фальшивый брак?

Да, и ей бы досталось: не зря поверенный ей говорит: «Все обвинения с вас сняты».
«Обвинения» - это не «ай-яй-яй» от общества, а именно обвинения вплоть до уголовки. И сняты не потому, что не знала, а потому, что церемонию венчания не довели до конца.

Появись в церковной книге запись о венчании, Джен не просто порицали бы за аморальность, ее бы отправили на несколько месяцев в тюрьму (месяцев, а не лет, потому что она не знала о первой супруге).

На самом деле мистер Рочестер выбрал лживый, жестокий, рискованный, но самый правильный в его ситуации вариант - успокоить свою слишком приличную возлюбленную фальш-браком и быстро свалить из страны, пока об этом никто не узнал.

5. Что, если бы они уехали в Европу, где их никто не знал?

Мистер Рочестер не зря настаивал на свадьбе без свидетелей (кроме необходимого минимума по закону) и моментальном отбытии за границу после церемонии.

Во-первых, он потерял бы уважение соседей, женившись на гувернантке (среди соседей-то как раз были лорды и леди). Во-вторых, он отлично знал, что становится уголовным преступником. Но с Джен иначе бы и не получилось. Поэтому ему выгоднее всего было увезти Джен на свою средиземноморскую виллу после несостоявшейся свадьбы.

Причем он уверен, что бедная гувернантка у него полностью под контролем: и физически - он постоянно волочит ее за руку после «свадьбы» - и психологически: не зря он так долго играл в эмоциональные качели.

Обратите внимание, какой хват за руку

А как вам манипуляция насчет «Ах, ты отказываешься со мной бежать без брака - значит, тебе нужны были только мои деньги?»

Но и в Европе новоиспеченную миссис Рочестер с ее скромными привычками, скорее всего, нанятые слуги быстро «опознали» бы как любовницу.
Ну не его она круга, и мистер Рочестер это не мог игнорировать.

Конечно же, он относился бы к ней как к второй Селине, только было бы еще хуже - в отличие от француженки, Джен искренне любила и не пыталась бы утешиться в объятиях другого, когда страсть мистера Рочестера поугасла.

Не будем лукавить, девушки, все мы отлично знаем, как меняется отношение мужчины к женщине, стоит мужчине убедиться, что женщина от него полностью зависима. ДАЖЕ если начали они по большой любви.

Так что прошло бы пару лет - и, не стань Джен матерью, снова пришлось бы ей бежать с узелком от любимого мужчины.

А стань она матерью незаконорожденного ребенка - тем быстрее бы мистер Рочестер собрался бы на поиски следующего хрупкого эльфа: ведь ревнивый и желающий быть центром Вселенной мужчина не захотел бы оказаться у своей женщины на втором месте. Мужчины в XIX веке вообще были далеки от мысли умиляться младенцам.

6. Была ли бы у Джен «Рочестер» нормальная жизнь после такого побега?

Нет, ведь у нее не было бы рекомендаций, куда бы они ни попросилась на работу. Нет рекомендаций - нате вам комок овсяной каши и гуляйте дальше. Даже в монастырь не взяли бы (в Британии их и нет, а во Франции или Италии - у католиков - берут только за очень хороший «вступительный взнос»).

Шарлотта Бронте обо всем этом прекрасно знала, потому и понадобилась ей вся эта не особо убедительная крайне романтичная история про родственников на болотах.

Каковы шансы найти своих двоюродных, просто убежав куда глаза глядят?

А больше Джен податься было некуда.

7. Но, может быть, Эдвард никогда бы ее не разлюбил?

Увы и ах, но даже сама Джен в этом очень сомневалась (и у нас нет оснований ей не верить): собираясь в бега, она припоминает монолог мистера Рочестера о том, как менялось его отношение к прошлым пассиям после того, как они отдавали ему всю себя. Неизбежное разочарование. Финал всегда один и тот же.

А то, какими методами мистер Рочестер «разводил» Джен на признание, кого угодно убедит, что не такая уж у него была к ней возвышенная любовь. Уступи она ему до «брака» - скорее всего, не было бы этого фарса вообще, был бы молниеносный переезд в Европу на виллу со всеми вытекающими.

***

Тот факт, что мистер Рочестер прекрасно знал, на какое будущее обрекает своего эльфа, добавляет красок образу этого влюбчивого деспота. Возмущаться им или одобрять - личное дело каждой читательницы, но по мне так... а что с него взять-то, это ж книжный персонаж.

P.S. Но если уж говорить о том, как жизнь отражается в литературе, то...