Находка, о которой в дальнейшем пойдет речь происходит из храма Преображения Господня в деревне Нименьга, Архангельской области.
Древнее село. Первые документы, в которых упоминается Нименьга, датируются XVI веком. В наш век храм находился в плачевном состоянии: обветшалое двухэтажное здание, опасно накренившаяся колокольня рядом с ним. Его можно было назвать заброшенным. Но с 2008 года проект «Общее Дело. Возрождение деревянных храмов Севера» стал заботиться о храме. Проводятся волонтерские экспедиции, привлекаются исследователи. Уже сейчас выполнен внушительный объем работ, включающий в себя выравнивание колокольни и замену кровли на храме.
В одной из таких экспедиций была обнаружена находка, которая позже оказалась иконой, вернее ее фрагментом, который был использован в качестве доски для заколачивания окна.
Если бы Вы были на месте человека, который увидел кусок сломанной доски с наклеенным на него куском ткани, удалось бы вам распознать в Этом икону?
Знающий человек, конечно, теоретически мог бы предположить, что в заброшенном храме могут быть ценные находки, потому что в советское время как только иконы не использовали: в качестве столешниц, ступеней на вход в жилище, многие были просто сожжены и безвозвратно утрачены... Большинство подобных открытий было сделано случайно, но теперь и Вы знаете, на что можно обратить внимание. Может быть когда-нибудь и Вам удастся совершить свое невероятное открытие. Нужно только знать, куда посмотреть. И обязательно обращаться к специалистам.
Фрагмент иконы при поступлении в реставрацию находился в аварийном состоянии. На лицевой стороне наблюдались вздутия, утраты, а также многочисленные участки с угрозой осыпи грунта и красочного слоя. Изображение было настолько загрязнено, что было сложно различить сюжет. Все это результат неблагоприятных условий, в которых находилась икона долгое время.
Сложность представляло также то, что появилось подозрение о наличии плесени. Плесень на поверхности живописи может сильно её изменить или даже уничтожить — она разрушает органическое связующее вещество в грунте, делая его хрупким, изменяет цвет пигментов красочного слоя, а при реставрации может мешать процессу укрепления грунта и красочного слоя. Чтобы выяснить, есть ли плесень на поверхности иконы, было выполнено исследование методом прямого посева — это значит, что отобранная проба с потенциальной плесенью помещалась на питательную среду в чашечку Петри, чтобы дать ей место, где можно было бы "развернуться". В результате были подтверждены очаги образования жизнеспособной плесени.
В процессе реставрации изображение стало лучше различимо. Для этого были выполнены следующие реставрационные процессы:
- предварительное антисептирование поверхности;
- укрепление грунта и красочного слоя на аварийных участках (в состав клея был введен антисептик);
- общее укрепление грунта и красочного слоя;
- укрепление древесины;
- удаление помета и других загрязнений с оборотной и лицевой стороны;
- утоньшение олифы.
Уже в процессе укрепления стали просматриваться лики Богоматери и Христа, стало ясно, что фрагмент является частью “Деисуса”, но только после утоньшения олифы удалось полностью оценить высокий уровень мастерства иконописца.
Слева изображена склонившая голову Богоматерь, ее лик объемно моделирован: по красно-коричневому санкирю лежит тонкое вохрение, поверх - пробела. Губы и контур носа написаны киноварью. Мафорий красный, поверх прописан более темным вишневым, чепец светло-синий. По кайме мафория белый орнамент, а также традиционная для изображения Богоматери звезда. Фон выполнен желтой охрой, нимбы позолочены.
Правее сохранился фрагмент лика Иисуса. Личное выполнено теми же красками, что и лик Богоматери, но переход между санкирным слоем и вохрением заметнее. Волосы Христа написаны по санкирю более темной краской, рисующей пряди волос. Также в боковом свете видно графью - углубленные линии первоначального рисунка, которыми автор очертил волосы, силуэты ликов, складки одежды.
Взгляд Богоматери обращен к Христу, в то время как Его взгляд направлен на зрителя. В изображении лика Христа мастер иначе передает рисунок личного, чем у предстоящей Богоматери. Его глаза довольно близко посажены, а ракурс анфас придает образу еще больше графичности. Но в основном манера исполнения ликов одинакова: слегка удлиненные, округлые мягкие черты лица.
Изначально “Деисус” — икона, в центре которой находится Иисус Христос. С греческого слово переводится как преклонение, прошение. На Деисусе обязательно присутствуют Иоанн Креститель и Богоматерь, они обращены к Спасителю в молитве. На Деисусе могли изображать и других святых — апостолов, великих мучеников, пророков или архангелов. Деисусы существуют оглавные, поясные и в рост. В случае изображения в полный рост, с сидящим на троне Христом, головы святых логично оказываются расположены на разном уровне. Но на данной иконе лики находятся на одном уровне и довольно близко друг к другу. Таким образом, можно предположить, что икона относится к типу оплечного деисуса. Трехчастная композиция с оплечным изображением Христа Вседержителя, Богоматери и Иоанна Предтечи представляет наиболее характерный и распространенный иконописный тип «малого деисуса».
Основной догматический смысл сюжета — посредническая молитва, заступничество за род людской перед лицом Царя Небесного и Судии в день Страшного суда.
Такие трехфигурные чины, написанные иногда на одной или трех досках, изначально являлись элементом убранства алтарных преград и встречаются в византийском и древнерусском искусстве с X-XII веков. В позднее средневековье они часто располагались на паперти над входом в храм, царские покои или монастырские трапезные, что подтверждается исследованиями бытования подобных памятников. Возможно как раз поэтому именно этой иконой было заколочено окно — ее сняли с входа и пустили на доски, просто потому что она находилась ближе всего.
Культура Русского Севера в целом обладает рядом неповторимых и своеобразных черт, привлекающих внимание исследователей. При этом многие особенности изображений икон и способов их изготовления (нарушение технологии производства, например) могли бы рассматриваться как недостатки, но в случае с "северной иконой" являются изюминкой, придающей произведениям русского севера наивность и эмоциональность. Экспрессивность линий и характерность образов. Яркий колорит, отличающийся локальными пятнами. Упрощенные, но при этом лаконичные иконные схемы изображений. В среде искусствоведов и других исследователей такую традицию принято называть “северные письма”.
Даже не зная происхождение иконы, беглый анализ позволяет утверждать, что икона относится как раз к искусству Русского Севера и вполне может рассматриваться как интересный и содержательный вид исторического памятника, позволяющего уточнять особенности духовной культуры деревни Нименьга.
Возможно, создание иконы принадлежит местному иконописцу или одному из неизвестных художественных центров рубежа XVI-XVIII веков. Исходя из того, что новый храм, в котором находилась икона датируется серединой XVIII века, а о древности старого можно предполагать, опираясь на сравнительный стилистический анализ аналогичных икон из того же региона, то вероятнее всего, ее можно считать рубежной: конец XVI — начало XVII веков.
На данный момент работа над реставрацией и исследованием памятника продолжается. А по завершению работ обязательно выйдет видео-обзор.