У нас дом с одной парадной и прямо перед парадной съезд с поребрика. Теперь, когда все убедились, что мы точно из Петербурга, продолжим.
Съезд регулярно перегораживают припаркованные автомобили. Если я вижу сам процесс парковки, то прошу водителей не парковаться здесь. Это, конечно, порождает реакцию, которую занятно наблюдать.
В прошлый раз припарковался мужчина, а на заднем сиденье у него маленький ребенок. То есть он вышел из машины и прям начал доставать коляску, чтобы посадить туда ребёнка. Ту самую коляску, которую очень удобно спускать по предназначенному для этого съезду. Ну, ему-то, понятно, не очень надо, просто вышел и сразу в машину.
На мою просьбу мужчина молча сложил лицо во фразу «ах ты гад!» и перепарковался на пять метров дальше.
Сегодня выходим с Тёмой в коляске из парадной, а там женщина на белом Мерседесе. Припарковалась, и ещё одним колесом так игриво на поребрик — пым! Тоже, что характерно, с ребёнком.
Подхожу, говорю:
— Простите, вы не могли бы не парковаться здесь, вы перегораживаете съезд и неудобно с коляской. Тем более, что... — тут я показываю на ещё три свободных места в пределах десяти метров от нас.
Женщина реагирует мгновенно и сразу дуплетом:
— Я ненадолго припарковалась. А вы что думаете, я тут одна так паркуюсь?!
— Насчет «ненадолго», — говорю, — даже объяснять ничего не нужно: вы припарковались пятнадцать секунд назад и вот я вышел, мне надо, какая разница, надолго или нет. А все остальные, кто так паркуется, нас с вами вообще волновать не должны. Главное, чтобы вы и я так не парковались.
Помолчала на меня, пиликнула брелоком от машины, и пошла в парадную. Наверное, не будет больше так парковаться. Сейчас переволновалась просто, ещё бы, всё так навалилось.
Планирую побеждать ситуацию методичностью напоминаний. Дом наш стоит внутри двора и проезд вокруг него идёт как бы ответвлением, то есть почти все паркующиеся — из нашего же дома, соседи. Хотя бы из любопытства, получится из этого что-то или нет.
Правда, Марина уже просила меня сделать стикеры со страшными ругательствами и проклятьями древних культов, чтобы лепить их на стёкла машин, но я всё никак не сделаю — это ж мне потом придется эти стикеры отклеивать с Марининого лица.
