Валерия, заложив руки за спину, неспешно и с чувством, что она — наконец-то полновластная хозяйка всего этого, прохаживалась по квартире. Эта квартира была трешкой с окнами на солнечную сторону и находилась она в панельном доме, в самом центре города, в общем, представляла собой жилье исключительно замечательное для девчонки, которая всего шесть лет назад приехала из глухой сибирской деревушки. На дворе стояли восьмидесятые и Лера, как и многие ее сверстники, не сомневалась, что впереди ее ждет нечто грандиозное, что жизнь, она обязательно сложится так, как мечтается!
Там, на грани с бескрайним зеленым полотном тайги, осталась родная деревня с мамой и папой, дедушкой и двумя бабушками, друзьями детства и юными самыми, такими еще наивными воспоминаниями.
Здесь, в большом сибирском городе, Валерия сумела, как говориться, ухватить золотой билет. Во-первых, она поступила в педагогический ВУЗ и была одной из самых примерных, талантливых учениц. Потом, ее приняли в школу, да не простую, а в ту, которая славилась углубленным изучением математики и соответственно, коллектив там был непростой, самая, так сказать, элита! И Лера очень этим гордилась и вообще собиралась максимально пользоваться всеми благами и счастливыми случаями, которые предоставит ей судьбы. Во-вторых и это, пожалуй, было для нее главное, она познакомилась с Николаем и спешно вышла за него замуж. Да, свадьба была именно что торопливой — потому что не хотелось натягивать белое платье на большой живот.
Николай был коренным горожанином в третьем поколении, а родня его — все сплошь были рабочие люди, плюс — бабушка из сливок интеллигенции, всю жизнь посвятившая театру. Именно благодаря ей, бабушке Жене, кстати, в свое время и была получена эта квартира. Родители Николая давно развелись и создали свои отдельные семьи, поэтому когда ему пришла пора создавать ячейку общества, то мама сразу сказала — заезжайте и живите в большую нашу квартиру! Тем более, что Николай и так всегда был там прописан, а теперь вот — долгожданную прописку получила и Лера.
Лера считала себя современным человеком и поэтому морщила носик, осматривая старую мебель. Она, кажется, была еще в царские времена сделана, что ли? Безвкусица какая! И эти салфеточки кружевные повсюду. Бабушка мужа — Евгения, была рукодельницей и мастерицей в свободное время и вообще всю квартиру оформляла с большим старанием. Только вот не довелось ей погулять на свадьбе внука — разбил инсульт и она скончалась в больнице. Но успела поговорить с женихом и невестой.
- Теперь это твой дом будет, - сказала Евгения. - Ты уж будь добра, позаботься обо всем.. Я все свои вещи так люблю!
Коллекция статуэток оленей. Картины с пейзажами морскими. Несколько ковров с причудливыми, будто рассыпали стеклышки из калейдоскопа, узорами. Фарфоровый сервиз тридцатых годов, красный в белый горох, у львиной доли его тарелок и чашек можно было обнаружить какой-то скол или трещину по краю, но бабушка Женя упрямо ставила его на стол каждый праздник. Больше десятка горшочков с фиалками на подоконнике. Коллекция открыток с видами рижского взморья и прочих мест, где Евгения проводила отпуска…
Валерия сразу же сказала мужу, что она хотела бы все в квартире переделать! И выкинуть эта старую мебель. Заменить ее на новую, чешскую, она такую в журнале видела!
- А это все куда? - спросил Коля.
- Да хоть на помойку! - дерзко ответила Лера. - Ты же сам сказал, что это я теперь тут хозяйка и что, я даже не могу вещи ненужные мне убрать? Да, вот так началась семейная жизнь…
Николай не хотел ссориться с любимой. Он вообще трепетал перед тем, что такая девушка согласилась с ним быть! И поэтому стремительно шел на уступки. И он сказал тогда, что ладно, милая, хоть все выкидывай! Что-то, но совсем мало, забрали родители Николая. Остальное он предлагал потихоньку раздать по знакомым… Лера ворчала, что не хочет жить, как в лавке старьевщика! И потом, когда Николай уехал в командировку, она взяла и выкинула много чего. Сервиз в горошек. Фиалки. Оленей этих дурацких… Секретер со скрипучими дверцами. И не только...
- Добрый день, - поздоровалась с Лерой внезапно пришедшая к ним домой пожилая женщина.
- Здрасьте, - ответила Лера. - А вы к кому? Мужа нет дома, он в командировке…
- Я подруга Евгении, - улыбнулась старушка. - Меня зовут Алиса. Она вам должна была про меня рассказывать…
- Да? - нахмурилась Лера, которая ничего такого не могла припомнить.
- Вы извините, что я так без приглашения явилась, - смущенно улыбнулась Алиса. - Просто я в городе проездом, с внуками тут. Вот и решила, что это самое время заглянуть сюда, да и исполнить последнюю волю покойницы…
Лера еще сильнее нахмурилась — о чем толкует бабка?! Но потом начала припоминать. В больнице Евгения передала Лере листок тетрадный клетчатый, на котором мелким, неразборчивым почерком было написано что-то… Но что? Ах, да, вспоминала теперь! Евгения говорила, что это не завещание, конечно, но ее распоряжения относительно имущества. Она написала, кому и какие вещи хотела бы передать. Она указала многих своих старинных друзей, коллег бывших и даже жениха из далекой юности своей. И подробно расписала — что и кому нужно после ее смерти передать, отдать, переслать в другие города. Когда Евгения отдавала листок и все говорила, Николая не было рядом. Лера же, убрав бумажку в хозяйственную сумку — в ней в больницу приносили еду домашнюю, вообще про это забыла… Потом сунула куда-то в свои тетради, записные книжки и забыла окончательно.
- Так могу я войти? - робко улыбнулась бабулечка и уже сделала шажок вперед, намереваясь протиснуться мимо Леры, но та ее не пустила. - Сейчас вот заберу ракушки и на вокзал обратно, а то поезд у нас скоро… - бормотала она на ходу и уже стягивала с шеи шарф.
- Нет, - сказала Лера. - Извините, но у меня тут нет никаких ракушек!
- Как это, нет? Так была же у Женечки коллекция, - развела руками нежданная гостья. - Она отовсюду их привозила! Она же, даже вон, на Кубе побывала даже однажды…
- А они разбились, - выпалила Лера. - Так вот неловко вышло. Так что никаких ракушек я вам отдать не могу.
Она и соврала и правду сказала. Потому что когда она коробку с ракушками и сушеными кораллами выкидывала, то они, конечно же, разбились. Алиса принялась сокрушаться, огорчаться… А потом сказала, что тогда, значит, она только вазу хрустальную заберет! И еще бокалы хрустальные тоже.
- А они тоже разбились, - сказала Лера. - Так вот неловко получилось.
И вот тут она соврала совсем. Потому что и ваза и бокалы стояли в серванте целехонькие. Просто Лера не понимала, зачем отдавать то, что формально, вообще то, стало наследством ее мужа и может очень даже им самим пригодиться для украшения праздничного стола, зачем отдавать это вот этой левой старушке? Тем более, что Евгении уже нет на свете. И она не огорчится, она вообще не узнает о том, что ее просьба не выполненной оказалась. Нет, вообще, на душе у Валерии чуточку мутно было от такого собственного поведения. Но желание сохранить хрусталь перевешивало!
- Да как же так, - растерялась Алиса. - Как же так…
Когда дверь за старушкой закрылась, Валерия вздохнула — все, теперь, кажется, она может нормально день провести! Нужно было еще в парикмахерскую на завивку сходить. И вечером
в магазин заглянуть — подруга, бывшая также там продавщицей в колбасном отделе, обещала придержать для Леры палочку деликатесного сервелата.
Помимо Алисы, кстати, никто больше на порог квартиры не являлся. Из чего новая ее хозяйка сделала вывод, что похоже, покойница никому о своих планах раздать-раздарить имущество сильно не рассказывала. И это, конечно, существенно упрощало жизнь! А тот листок, ту записку, Лера где-то вообще потеряла. Ну и пусть! Она не чувствовала себя виноватой. Ну, разве что самую малость… Но скоро это забылось, отпустило как-то.
А жизнь мчалась вперед, кружила в череде событий, на которые бывают так щедры молодые годы! Через два года у Валерии и Николая родился первенец, которого она назвали Григорием — в честь дедушки отца. Еще через пять лет — родилась дочка, которую по настоянию, опять же, отца, назвали Еленой.
Многие из дней для Леры походили один на другой. Будто некий волшебник просто брал день предыдущий и переведя его с помощью кальки, создавал ближайшее будущее, то есть день следующий. От дома до работы Лере даже не надо было добираться на транспорте — шла пешочком, да через засаженный липами сквер, который в пору весеннего цветения казался будто медом сбрызнутый… В школе Валерию Михайловну ценили как педагога коллеги и родители учеников. Ее ставили в пример тем новеньким, которые приходили в школу работать. И когда Валерия шла по коридорам школьным, то чувствовала себя немножко королевой… Вот только однажды выяснилось, что не все от нее в восторге.
- Вы почему моему сыну опять двойку поставили? Вы что, не понимаете, что он не может у меня с такими оценками четверть закончить?!
Напротив учительского стола, за которым сидела Валерия, стояла разъяренная, точно тигрица, мать ее ученика Славика. Сходство с тигрицей, как отстранено заметила Лера, усиливало еще и то, что мать паренька была рыжей и с зелеными глазами.
- Безобразие! - она, совсем разойдясь, хлопнула по столу ладонью. - Я буду жаловаться! Директору! На предвзятое отношение!
- Не портите школьное имущество, пожалуйста, - скривилась Валерия. - И не надо ходить к директору. Можно подумать, на вас самих нельзя пожаловаться при желании…
- Что?! - казалось, что голосом мамы Славика можно не только стекло бить, но и алмазы резать.
- Ваш сын абсолютно не способен к алгебре. По нему видно, что он спит на уроках…
- Он у меня воспаление легких перенес, - принялась загибать пальцы родительница Славика. - Перелом ноги и сотрясение мозга! Все за одно лето, между прочим. Конечно, он устает у нас теперь! У него иммунитет снижен! Ему нужно восстановить ресурсы организма!
- Тогда пусть уходит из школы с больничным, - строго сказала Лера. - Или вообще переводитесь куда хотите, если вам что-то не нравится.
- Не нравится, - мама Славика наставила на учительницу указательный палец. - И не нравитесь мне вы! Скажите, вы моему сыну мстите за то, что мы на День учителя ничего не дарили вам?
- Не выдумывайте на ровном месте, - фыркнула насмешливо Валерия. - Хотя, должна сказать, что такое безразличие меня немножко задело.
- Вы… Да хуже вас учителя нету! Вы одна тут привыкли, что к вам бегают на поклон, как к королеве! Нет, я буду жаловаться и тогда посмотрим, кто и кого! А вы… Закон бумеранга, знаете ли, никто еще не отменял! - мама-тигрица погрозила кулаком. - Вы еще узнаете в жизни, что это такое, когда только из-за выгоды с вами хорошо обращаются!
- Ой, не надо! - отмахнулась Лера. Это конфликт уже порядком ее утомил. - Если вы закончили, то давайте разойдемся. Мой рабочий день, в конце-концов, давно окончен!
Валерия недооценила противника. Потому что вскоре она оказалась в кабинете директора и тот сказал ей много всего неприятного… А потом добавил, что родители переводят Славика в другую школу. И что Лере лучше не допускать подобного в обращении с другими учениками, потому что ему, как директору, небезразлична репутация родной школы.
Когда пришли девяностые, но жизнь семьи Леры, к счастью, не сильно изменилась. У Николая, который был на хорошем счету на своем промышленном предприятии, все еще была приличная зарплата, да и Лера получала ничего так… Правда, в новой, открывшейся теперь реальности, тратить и приходилось и хотелось куда больше, чем раньше, так что это создавало некоторый психологический дискомфорт. Но выручали свекры — с той и другой стороны регулярно подкидывали деньжат. А еще Лера начала подрабатывать частным репетитором. В общем, крутились, как могли!
Из родной сибирской деревушки тем временем прилетали печальные вести — уходили старики из родни, да и мама и папа Валерии не молодели, все больше болели… Лера, кстати, за все эти годы лишь однажды навещала их — привозила показать внуков однажды летом. А так — общались изредка по телефону. Привет, как дела? У нас все хорошо, а у вас? Ну, до свидания! В общем, по минимуму общались.
А потом из деревни позвонила соседка родителей Леры и сказала, что их больше нет на свете — инсульт и инфаркт, один за другим ушли, как будто не могли друг без друга и на том свете. Валерия, конечно же, плакала. Потому что все-таки по-своему любила их. Потому что вдруг с кошмарной ясностью осознала, что все закончилось и никаких ошибок прошлого не исправить… Но… Жизнь, она продолжалась! И вскоре Валерия вновь вернулась к привычному своему распорядку. Они с мужем, кстати, успели и дачу уже купить. Не лучший участок и далековато от города, но зато у них был вот такой атрибут успеха — своя дача!
Сын и дочка подрастали, заканчивали школу и отправлялись в большую жизнь… Вообще, Николай большие надежды возлагал на Григория и мечтал, как приведет пацана молодого на родной завод, покажет ему там все, станет ему наставником и продолжится, так сказать, семейная рабочая династия! Но Григорий встал на дыбы — оказалось, что он решил стать ветеринаром и хочет лечить даже не собак с кошками, не коров со свиньями или кур, а разных диких животных, то есть работать он планировал, к примеру, в зоопарке. Валерии этот план тоже не нравился, потому что так, она точно знала, Григорий большим человеком не станет. Но парень вырос страшным упрямцем и порой казалось, что он зверье вообще больше родителей любит… Так что оставалось только отпустить его — он уехал в другой город учиться и пожелать ему удачи.
Оставалась еще дочка. Елена выросла такой красавицей! Валерия баловала ее с детства, называла своей маленькой принцессой. Муж иногда ругался, он считал, что исполнение капризов и всепрощение портят детей, но Лера отбивалась — мол, сына как хочешь воспитывай, а дочка — она только моя, не мешай! На семейном совете решили, что Леночке стоит поступать на иняз, но она после выпускного неожиданно заявила, что вообще сомневается в необходимости получения высшего образования.
- Сейчас совсем другие времена! - объясняла она, закатывая глаза. - Я хочу стать секретаршей. Так тоже можно построить карьеру.
В итоге, правда, Леночка устроилась не секретаршей, а бухгалтером в маленькую фирмочку, торговавшую всякими экзотическими фруктами. И очень скоро закрутила роман с одним из ее совладельцев. И очень скоро привела этого мужчину по имени Федор в родительский дом. Для начала — просто познакомиться. Правда, это Лера и Коля так думали… А потом, когда тортик к чаю был съеден почти, Елена объявила, что у них настолько все серьезно, что нужно срочно жениться. Потому что она беременна. Валерия чуть в обморок не грохнулась! Николай очень недобро смотрел на виновника этого, так сказать, особенного состояния дочери.
- Мама, не начинай! - в своей манере закатила глаза Лена. - Ты сама за папу так замуж выходила.
Аргумент был железобетонным, но Валерии все равно казалось, что дочка не права. Но как и в случае с сыном — что тут оставалось делать? Молодые, кстати, не собирались жить с родителями, потому что у Федора, как он с гордостью заявил, бизнес идет успешно, есть и квартира, и машина, и коттедж он скоро загородный построит!
Сыграли свадьбу. Правда, уже когда было торжество спланировано от А до Я, вдруг выяснилось, что денег у жениха нет. То есть, они есть, но крутятся в бизнесе и изымать их оттуда нельзя ни в коем случае, иначе не получится стать миллионером! Пришлось родителям невесты напрячься, занять у знакомых и все оплатить. Григорий, кстати, отказался сестре помогать.
- Да вас, похоже, разводят, - сказал он грубо. - Мам, ну, сама подумай! Кто этот Федор такой? Он только хвастаться может! Ленка же сама говорила, что ему в той фирме процентов десять принадлежит, если не меньше… Не думаю я, что он этот, прекрасный принц для твоей принцессы!
Григорий, кстати и на свадьбу не приехал. Потому что, видите ли, главное событие в жизни сестры ему показалось не таким важным, чем ожидаемое рождение детенышей у белой тигрицы!
Время летело дальше… Елена, выпорхнувшая из родительского гнезда, строила семейную жизнь и бодро отчитывалась об успехах мужа-предпринимателя — он на такой форум для бизнесменов съездил, он у меня то планирует, он у меня это делать собрался! Правда, обычно в конце каждого разговора Леночка просила у родителей денежек. То по той причине, что неудобно у мужа на салон красоты просить, то по той причине, что он все инвестировал в покупку нового товара и нет денег свободных. Долги возвращались… Но в таких количествах и с такими опозданиями, что вскоре стало ясно, что упавшее в бюджет Лены и Федора — там и пропадает наподобие кораблей в Бермудском треугольнике.
А потом… В общем, в один пасмурный день, когда казалось — само небо плачет и даже все воробьи с голубями клювиков не показывали на тротуары и лужайки парковые, в такой вот день Лена появилась на пороге родительской квартиры. В одной руке — ребенок, в другой — сумка с вещами и все лицо зареванное. Федор ей изменял. Много, часто и со всякими. Более того! Ночью Леночка проснулась от того, что в дверь молотили какие-то мрачные типы и требовали ее мужа. Она ответила, что его дома нет, но они не ушли. Стали требовать денег… Федор же, явившийся на утро, оказался буквально к стенке женой прижат и во всем признался. Да, он, по сути, банкрот и даже хуже! Потому что занял денег и вложил в бизнес, но не пошло. Тогда он опять попытался… И снова… И опять…
- Ты почему мне ничего не сказал?! - возмущенно спросила Елена.
- Я не хотел, чтобы ты думала, что у тебя муж неудачник, - сказал Федор. - Ты прости меня, родная. И еще… - он совсем замялся. - Нам из квартиры надо съехать. Поискать другую.
- Это еще почему? - замахала руками Елена. - Ты что, ее умудрился заложить где-то?!
- Нет… - Федор виновно опустил голову. - Она вообще не моя.
И никогда ею не была. А принадлежала дальнему родственнику, который работал в Германии и сдавал, так сказать, за копейки по дружбе Федору. Но теперь этот родственник возвращался и просил жилплощадь освободить. Машина, правда, у Федора своя была. Но вот ее он как раз и успел заложить.
- Ничего, - сказала Валерия. Они с дочкой сидели на кухне и пили чай. Дочка — с ромашкой и медом. Лера подумывала о том, что вместо сахара надо было бы в свой успокоительных сыпануть. - Ничего! Ты не одна. Поможем поднять сынишку!
Развод был некрасивым, со скандалами, взаимными упреками и страхами, что за долги мужа и ей как-нибудь достанется… Но к Лере, Коле и Лене с маленьким Петей в квартиру, к счастью, никто не ломился. А Федор… Он просто взял и уехал сразу, как завершил процедуру банкротства. Пообещал, что будет платить алименты. Если получится.
Валерии было так плохо! И не только потому, что душа болела за дочку, но и потому, что эту историю все знакомые обсуждали, в общем, репутация ее семьи теперь была не идеальная. Но, естественно, жизнь продолжалась и нужно было как-то дальше ее проживать. Лера работала, Николай работал… А Лена сидела с сыном. Она сказала, что ее Петя — не садиковский ребенок и она займется лучше домашним хозяйством, чем за копейки работать!
- А чего ты хотела? - сказал жене Николай. - Сами такой воспитали…
Елена, кстати, еще рассчитывала удачно выйти замуж. И поэтому активно ходила на свидания и пыталась заводить новые отношения. Но все было неудачно… И вообще то, Лера была против того, чтобы дочка опять какого-нибудь неудачника нашла и невесть куда с внуком умчалась! Но ее страхи не сбывались — потому что Лену никто замуж не звал.
Когда Петя уже в шестой класс пошел, Николай получил на предприятии своем серьезную травму и стал инвалидом. Не таким, чтоб лежачим и вовсе беспомощным, но работать нормально больше не мог. И такое странное чувство у Леры возникло, когда она в очередной раз навещала его в больнице… Как будто это не та неприятность, которую можно пережить, а начало… конца их семьи.
Елена к этому времени, к счастью, наконец-то согласилась выйти на работу и сидела теперь в бухгалтерии фирмы, торгующей всякой пластиковой тарой. Так что голодная жизнь семье не грозила. Но пришлось, естественно, урезать бюджет.
И тут неожиданно стал выручать Григорий! Его не то, что вычеркнули из семьи, но в принципе, за эти годы общались и виделись они мало. То есть, Валерия была по прежнему обижена на сына. И когда он приезжал в гости, всячески ему это демонстрировала. Так что вскоре Гриша вообще стал общаться практически только с отцом. Ему он все рассказывал, делился забавными историями из практики, показывал фото — вот он с мартышками в зоопарке Кейптауна, куда ездил на конференцию международную ветеринаров, вот он в отпуске в Мексике, вот он на встрече выпускников своего ВУЗа… Григорий, кстати, был все еще холост — отшучивался, что женат на работе и вообще, какая женщина потерпит, чтобы муж домой возвращался пропахший зверьем каждый день и порой даже на дом брал пациентов? Да, не раз уже из зоопарка в квартиру Григория попадало всякое мелкое зверье, которое он брался выкармливать. Например, в один из отпусков он выкармливал из бутылочки котят манулов.
Николай тяжело переживал случившееся с ним и в итоге сорвался в ту пучину, которая хоть немного приглушала боли хронические физические и душевные — он начал пить. Много и всякой гадости. Причем, Валерия ему, естественно, рюмку не подносила — она его любила очень! Да и Лена этого не делала. Дочка вообще, кстати, уже личную жизнь практически устроила и даже съехала к мужчине. Правда, на этот раз за нее хотя бы душа не болела, потому что мужчина этот, которого звали Виктор, приходился дальним знакомым и кажется, ничего так был человеком. Хоть и вдовцом с двумя детьми. В общем, ему Лена была нужна больше как мачеха его детям. А сама Лена — взяла этот вариант уже от безвыходности, потому что больше не знала, как личную жизнь устроить.
А потом однажды Валерия решилась и поехала в отпуск. Недалеко — в санаторий загородный. А когда вернулась… То не обнаружила своего золота. И шубка ее пропала. И телевизор куда-то делся… И вообще, из квартиры буквально мимо Леры грузчики пытались вынести антикварный столик с ножками в виде лап льва! Она, естественно, не позволила. И вот тогда все и стало известно… Оказалось, что к мужу в ее отсутствие ходила не только дочка, но и собутыльники повадились. Вот они и надоумили — где денег на бутылку с закуской взять.
- Отстань от меня, - заплакал Коля. - Все, не могу так больше! Чего ты, а? Последнее отбираешь… Злая ты!
- Да что ты такое говоришь? - растерялась Валерия. - Да я же люблю тебя, сколько лет уж вместе!
- Ага, - горько усмехнулся Николай. Он был совершенно пьян. - Скажи мне, - вдруг спросил он то, что Леру в шок повергло. - Зачем ты так с бабушкой Женей поступила?
Оказалось, что тогда Коля уже позже намного нашел листок с волей последней бабули своей и догадался, что Лера ничего не исполнила по нему. Но тогда он ее простил. Потому что они были молоды и влюблены, а материальное — оно казалось таким неважным на фоне сердечных чувств… Но теперь это всплыло.
- Я поступила ужасно, - сказала Лера честно. - Я бы многое отдала, чтобы это исправить.
- Но исправить уже ничего нельзя, - вздохнул Николай.
- Нельзя, - покачала головой Лера. - Я вообще… Много дурного сделала. И не знаю, что дальше делать…
Николай крепко стиснул ее руку. Они встретились взглядами.
- Если хочешь, - прошептал он. - То квартиру разменяем эту. Я комнату себе в коммуналке куплю. А тебе все останется. Зачем тебе я… Инвалид такой. Бесполезный человек.
- Нет, - ответила Лера. - Никогда так не говори больше. Мы справимся, слышишь? Только нельзя сдаваться!
Их отвлек звонок в дверь. Валерия думала, что это дочка пришла… Но это был Григорий.
- Привет, - улыбнулся сын. - А я к вам! Не в гости. Насовсем. Если можно…
Валерия кинулась ему на шею со слезами. Она и не ждала! Григорий же сказал, что да, он уволился там, в другом городе и уже нашел работу в этом. Потому что тут тоже есть зоопарк. А он — нужен родителям, которые уже в возрасте и тем более с отцом так вышло.
- Я люблю тебя, сынок, - сказала Лера. - Не заслужила я такого, как ты, не заслужила!
- И что мне, мама, сказать на это? - усмехнулся Гриша. - Я могу только вот что предложить — оставим прошлое там, за спиной и постараемся дальше жить правильно, чтобы ни о чем не жалеть!
Автор: Татьяна Улитина