Одно время я снимала дом рядом с христианским реабилитационным центром для зависимых. Реабилитация у них проходила на добровольной основе, поэтому обитатели входили и выходили из него свободно. Большинство из них работали и часть зарплаты отдавали за проживание. Были те, кто не работал, по состоянию здоровья.
Реабилитационный центр был мужским, но там проживала одна пожилая женщина. Назовем её Анна Владимировна, конечно, я не могу назвать её настоящим именем, хотя она бы не обиделась. Она там была за повара, готовила на всех еду. Готовила просто ужасно. Она угощала меня как-то блинчиками, то ещё чем-то, очень не вкусно.
И вот у нас с Анной Владимировной оказалась общая знакомая, мама моей подруги. Оказалось, что моя соседка когда-то работала с ней в госадминистрации. И была настолько красивая, что когда она заходила, то вокруг шептались:
- Ветрова пришла, смотри, Ветрова пришла.
(Фамилию я изменила, но оставила похожей)
Вокруг Анны Владимировны мужчины вились, как пчелы возле самого пахучего цветка, но дальше свиданий, дело не доходило. Возможно, Анечка была слишком переборчива, в советское время это не приветствовалось, кстати, возможно, мужчины не те попадались, а может, просто замуж не хотела.
А потом она стала все чаще прогуливать работу, брать больничные и после одного из прогулов ей настоятельно посоветовали перевестись куда-нибудь подальше.
Многие догадывались, что проблема в алкоголе.
Анна Владимировна начала своё алкогольное путешествие с дорогих марочных вин, в ресторанах, в компании респектабельных мужчин. Это уже она потом рассказала мне сама.
После того, как уволилась из администрации, по знакомству устроилась учётчиком в портовое предприятие. Получать она стала в три раза больше, но работа была тяжелая. Алкоголь уже стала употреблять систематически, но тоже дорогой, благо денег было достаточно.
Вышла замуж, первый раз, родила двоих сыновей, одного за другим. Пить перестала от слова совсем, как только узнала, что забеременела первым. Но как только младшему исполнилось восемь, все чаще она снова стала выпивать.
Мужу это очень не нравилось, он к ней все время лез с разговорами (её слова), какое-то время пил вместе с ней, а потом развёлся.
Какое-то время жила и веселилась, меняя любовников, пока не вышла замуж во второй раз, видимо от безысходности, началась перестройка и предприятие, где она работала, закрыли. Детей она отдала первому мужу, тот был не против. А Анна Владимировна устроилась работать ко второму мужу в ларек. С ним она потом тоже развелась, но работать осталась. Потом к ней переехали сыновья, уставшие от жёсткой отцовской руки и мачехи. У матери была полная свобода и постоянный движ.
Умер первый муж, дети получили наследство и за несколько лет прогуляли. У младшего начались проблемы с наркотиками, у старшего с Законом. Анна Владимировна тоже побывала в СИЗО, но отделалась условным сроком, за кражу. На одной из пьянок забрала у собутыльника телефон, а он на неё заявление написал.
Когда совсем стало туго, на работу никто брать не хотел, наверное, потому что Анна Владимировна уже была явной алкоголичкой, старший сидел в тюрьме, младший на наркотиках, плюс заработал ВИЧ, она продала квартиру, хотела купить коммуналку. Но не купила.
После того, как младший сын тоже оказался в тюрьме, она оказалась на улице. Она бомжевала, убирала картонные коробки у уличных овощников на стихийным рынке. Пила. Когда её младший сын отбыл срок, то выйдя из тюрьмы, он попал в этот реабилитационный центр из какого-то больничного отделения для больных СПИДом. Его в этом центре буквально выходили. Сюда он и маму свою забрал.
Что с ними было дальше не знаю, потом я оттуда съехала ближе к работе. Надеюсь, что у них все хорошо.