Зато помнят, как гадили России, жгли Москву и по сей день лелеют амбициозные планы – как бы оттяпать территорию у соседей. Все это стало возможно на волне противостояния России со своими геополитическими конкурентами. В другое время поляк, как правило, «сидят ниже травы», откуда не высовываются потому, что на самом деле отлично помнят, чем для них в итоге заканчивается конфронтация с Россией.
Вдаваться в тонкости взаимоотношений с Польшей задачи нет. А вот напомнить о весьма любопытном эпизоде прошлого счел возможным, поскольку многим он не знаком.
Коронация
В 1829 году в городе Варшаве состоялась коронация (да, да, именно так) русского царя Николая I. Это исторический факт – русский царь получил и польскую корону.
Этот факт рассматривают с разных углов. Один – то, что русский царь стал их королем.
Церемония произошла через три года после московской коронации и этому было вполне конкретное объяснение. По польским традициям король должен был спуститься с алтаря и пасть навзничь с распростертыми руками; корону возлагал на себя не король, а польский архиепископ. Ни то, ни другое для русского царя было совершенно неприемлемо. Коронационная комиссия ломала себе голову, как бы все устроить.
В итоге начало коронации состоялось 24 мая 1829 года в кафедральном соборе Святого Иоанна в Варшаве. Русский царь поприсутствовал на божественной литургии в католическом соборе. Это сочли достаточным отступлением… от русских традиций.
Оттуда Николай I перешел в Варшавский дворец, где была обустроена православная часовня. Там уже все, как положено: католический священник вручил польскую корону, царь ее взял и сам себе водрузил на голову, потом принял скипетр и жезл. Царь и польский король, Николай I, опустился на колени в православной часовне, прочитал молитву, кстати, на французском языке (официальный язык в дипломатическом этикете). И все. Затем банкет и бал на 300 персон.
"Тявкнула.."
Для поляков, известных своей особой спесью, переварить такое было невероятным делом. Ничего удивительного, что вскоре после события на этот счет высказалась …дама, дочь генерала Яна Домбровского:
« - "тех, кто это видел, несомненно, запечатлелась в сердце национальная гордость, которая будет звучать всю жизнь как повторяющееся эхо, напоминая о том воспоминании, как гордый и сильный царь, господин половины Европы, покорил голову гордых Романовых, чтобы на нее в Варшаве была возложена корона польских королей"».
Ну, ну…
Пришли требовать
На следующий же год в 1830 году недовольные поляки попытались организовать мятеж (польский мятеж 1830-1831). И снова были поставлены русским царем на свое исторически оправданное место.
О польской спеси можно слагать легенды. После провала своего похода против России, они потребовали, чтобы русский царь встретился с польской делегацией и выслушал их претензии и условия.
В 1835 году эта встреча состоялась, можно сказать, что поляки проявили настойчивость и вынудили царя пойти на этот шаг. Так, да, но – полякам на этой встрече не удалось произнести ни слова! Стояли, бледнели-краснели от негодования, злости и молчали.
Николай I окинул нарядную и довольно многочисленную (для храбрости и авторитетности) делегацию и тихим голосом произнес:
«– Вы хотели меня видеть? Вот я. Вы хотели говорить мне речи? – Этого не нужно.»
На этом можно было аудиенцию закончить. Но Николай I не дал полякам возможности уйти, сохранив лицо – он высказал им все, чего они заслуживали.
Начал он с того, что все, что они могли бы сказать, назвал ложью, слушать которую было бессмысленно и не по рангу. Как добрый монарх, Николай I сказал:
«- Я избавлю вас от лжи. Да, господа, желаю избавить вас от лжи. Знаю, что вы не чувствуете того, в чем хотите меня уверить, – знаю, что большая часть из вас, если бы возобновились прежние обстоятельства, были бы готовы опять то же начать, что делали во время революции..»
Яснее-ясного. Он знал ЦЕНУ словам поляков – говорить одно, давать обещание, клятву и тут же предавать.
«-… Не вы ли сами за пять, за восемь лет пред сим говорили лишь о верности, преданности; не вы ли уверяли меня в привязанности вашей, – и что же? Спустя несколько дней вы нарушили ваши клятвы, допустили дела ужасные!
Император Александр I сделал для вас многое, может быть более, чем русскому императору следовало (…). Он осыпал вас благодеяниями, он пекся об вас (…) он поставил в самое счастливое, самое цветущее положение; и вы за все это заплатили ему самой гнусной неблагодарностью…»
Далее говорится, пожалуй, самое главное, что следовало сказать полякам публично, а не за глазами и вписать эти слова в их историю каленым железом:
«…- вы никогда не умели довольствоваться дарованными вам выгодами и сами разрушили свое благоденствии…»
Монарх четко дает понять – поляки сами все испортили своей непоследовательностью и склонностью к предательству.
Приложив руку к сердцу, Николай I, произнес слова, которых не мог не сказать потому, что не представлял, как еще можно объяснить людям, что такое искренность и доверие:
- «…Не словам, но действиям вашим я поверю: надобно, чтобы раскаяние шло отсюда.»
Понимая, что для поляков слово искренность и доверие во взаимоотношениях с русскими – это нечто за гранmю допустимого, Николай не может отказать себе в том, чтобы показать им разницу в том, кто они и кто он:
«- … говорю вам хладнокровно, что я спокоен, не сержусь на вас; я давно забыл оскорбления против меня и моего семейства; мое единственное желание заплатить вам за зло добром, сделать вас счастливыми вопреки вам самим. Я дал в этом клятву пред Богом и никогда клятв своих не нарушаю.»
На этом «пряники» в речи заканчиваются. Царь напоминает полякам о том, что поставил своего наместника фельдмаршальского звания. В его обязанности входит – исполнять все его распоряжения, которые, как и всегда, не входят в противоречие с польскими интересами, в разумном их представлении, а не во враждебном к России.
При упоминании о наместнике польская делегация дружно поклонилась в его сторону. Царь тут же осадил их.
«- Что доказывают эти поклоны? Ничего!»
И уже прямым текстом – либо вы сидите тихо и ведете себя мирно, или продолжаете мечтать о «несбыточных химерах» своей национальной независимости и тогда пеняйте на себя.
« - Я воздвигнул Александровскую цитадель и объявляю вам, что при малейшем волнении – разгромлю ваш город; уничтожу Варшаву – и уж конечно, не я выстрою ее снова.»
В заключение Николай I дает своим подданым короткое наставление, не скрывая иронии:
«Ведите себя хорошо, исполняйте все ваши обязанности, и тогда попечение мое распространится на всех вас, и, несмотря на все прошедшее, правительство всегда будет печься о вашем благоденствии и счастье. Помните обо всем том, что я вам говорил.»
За все время, пока царь говорил, никто не решился ему возразить. Когда последнее слово было сказано и возникла пауза, означающая окончание аудиенции, из толпы делегатов донесся голос:
- «Sire…»
« – Остановитесь, – приказал государь, – я знаю, что вы хотите сказать, послушайте лучше меня…»
Все тут же начали снова кланяться. Николай I поморщился.
« – Не кланяйтесь! Вы точно также кланялись в 1829 году и бесстыдным образом изменили, пренебрегли благодеяниями Александра(…)помните, что при малейшем возмущении в 24 часа Варшавы не будет (…) На немцев и французов – не надейтесь; они вам не помогут..,» - подвел итог Николай I, дав понять, что превосходно осведомлен о французских масонах, стоящих за ноябрьским восстание и за прочими попытками ущемить Россию в ее интересах в этом регионе.
***
В этой связи небезынтересно вспомнить одну байку про французов и Николая I. Императору донесли, что в Париже состоится премьера театральной пьесы, в которой трактовка образа русской царицы Екатерины II довольно легкомысленна, основана во многом на сплетнях и домыслах. Интерес к постановке огромный, ожидается невиданный аншлаг. Николай I распорядился направить французскому правительству протест с требование отменить спектакль, основанный на сплетнях, а не на исторической правде. И получил ответ:
-Франция ценит свободу больше всего. В данном случае речь о свободе слова. Премьера состоится.
-В таком случае, передайте: я дал им возможность и свободу - разрешить конфликт, на котором они настаивают, прикрываясь свободой. В таком случае и я волен принимать решения, которые считаю в данном случае необходимыми. Известите французское правительство, что на их премьеру ожидаются зрители числом 300 тысяч. Их легко будет узнать по серым шинелям.
Премьера, разумеется, не состоялась.
***
Как показала история, Николай I был совершенно прав в оценке поляков и перспектив в том случае, если они и дальше будут настраивать прежде всего свою молодежь в духе враждебности к России. Польша лишь на время была успокоена Сталиным. Хрущевская оттепель и дальнейшая политика партийной верхушки свела все усилия русских царей и Сталина на «нет». Произошло то, что и должно было произойти – на поляков наступил сапог НАТО. Все дальнейшие действия Польши будут зависеть от того, в какую сторону «господский сапог» направит их брезгливым и расчетливым пинком.
Уважаемые читатели, не ленимся писать комменты и ставить палец вверх, это ваша поддержка канала.
При написании статьи использованы материалы: https://thor-2006.livejournal.com/1089438.html; https://kartaslov.ru/%D0%BA%D0%BD%D0%B8%D0%B3%D0%B8/%D0%90_%D0%B8_%D0%90_%D0%A0%D1%8E%D0%BC%D0%B8%D0%BD%D1%8B_%D0%9A%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%86%D0%BE_%D0%90%D0%BD%D0%B0%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D1%8B_%D0%9F%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B0_%D0%A5%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B8/2?ysclid=ln4gyxm3ox588858854.