По совету одного коллеги посмотрела фильм "Посредник", вышедший в 1990 году.
Фильм снят по мотивам повести Александра Исааковича Мирера (1927-2001) "Главный полдень", изданной еще в 1969 году. Мирер стал соавтором сценария фильма, хотя критиковал режиссера Владимира Ивановича Потапова за отступления от своего текста (случай, вполне обычный и по-писательски понятный).
Получился отнюдь не остросюжетный боевик про инопланетное вторжение, а позднесоветский артхаус.
Фантастический сюжет в бытовом антураже
Фабула довольно проста и не вполне оригинальна. Некие инопланетяне, достигшие фактического бессмертия, нуждаются в расширении жизненного пространства и в новых "носителях" - биологических телах для пересадки своей ментальной сущности. Они десантируются в виде небольшой темной сферы в глухом лесу близ провинциального русского городка Тугарин.
Первая жертва пришельцев попадает под их власть, соприкоснувшись с самой сферой, и получает так называемого "посредника" - устройство несколько причудливой формы, выстрел из которого "поселяет" сознание инопланетянина в тело человека. Человек на некоторое время падает в обморок, очнувшись же, произносит кодовую фразу "Здесь красивая местность", и начинает действовать как агент инопланетян. С помощью "посредника" он подчиняет других людей, и так постепенно захватываются водители машин на дороги, представители власти (милиция) и фактически весь город.
Однако "посредник" действует не на всех. Неуязвимыми остаются "маргиналы": дети и подростки, гении, психи и идиоты. Их сознанием овладеть не получается. Главным героем постепенно становится пятнадцатилетний мальчик Сережа Беленький, на глазах которого происходит первое превращение человека в нелюдя, первое "воскрешение" застреленного инопланетянина (они быстро регенерируют, если пуля не задела мозг) и первое возвращение зараженного к своему настоящему облику - это ученый Замятин, осознавший, что происходит и поручивший Сереже обесточить радиотелескоп, через который вторженцы связываются со своей базой на орбите.
Сам Замятин, дорвавшийся до телескопа, гибнет, и его оплакивает жена - доктор, которая тоже поняла суть творящейся вокруг трагедии, но осталась сама собой.
В финале инопланетяне побеждены и вынуждены объявить о всеобщей эвакуации под угрозой ядерного удара по Тугарину. Отовсюду к телескопу темной вереницей стекаются порабощенные люди, из которых изымаются чужие души. Сережа спасает человечество ценой своей жизни: он успевает обесточить телескоп до того, как ультиматум приводится в действие. И никакого победного торжества; жизнь в Тугарине вернется в свою унылую колею.
Всё происходит на фоне обыденной провинциальной жизни с грязными дорогами (в тот момент практически пустыми), старыми машинами, городской неустроенностью (обшарпанность, замусоренность, никакого гламура), скромными развлечениями (в кинозале крутят старый фильм с Чарли Чаплиным), немодной и неброской одеждой.
Спецэффектов - почти никаких. Пресловутая темная сфера отнюдь не поражает воображение. Наиболее эффектны прилеты вертолетов в начале и в конце фильма.
Атмосфера и настроение
Атмосфера и настроение фильма создаются сугубо художественными средствами. Текста (особенно в самом начале) очень мало. Фильм длинный (три части, и я смотрела его в три приема), нарочито медленный (очень неторопливая экспозиция), и может показаться нарочито некрасивым и незрелищным.
Он не черно-белый и не цветной: преднамеренно избран тон сепии, погружающий зрителя в условную реальность, отличающуюся и от чисто бытовой, и от откровенно фантастической.
При этом фраза "здесь красивая местность" иногда довольно верно отражает визуальный ряд. Широкие пространства (особенно полевые), поэзия пустынных дорог, воздух, ветер, природа вечного межсезонья (то ли прохладное лето, то ли теплая осень, - у телескопа, который на горе, даже лежит снег).
Красота присутствует и в интерьерах, несмотря на их захламленность или, наоборот, неуютную пустоту, и в лицах главных героев, которые часто показываются крупным планом.
Во всем этом ощущается несомненное влияние киноязыка Тарковского ("Зеркало", "Сталкер", "Солярис", "Жертвоприношение").
Большую роль играет и музыка, созданная Владимиром Николаевичем Чекасиным. Именно она порождает ощущение странности происходящего, психологической напряженности, а иногда и жути.
И, естественно, очень важна игра актеров. Образы героев обретают полноту и прописанность только ближе к концу второй части (и особенно - в третьей), но у некоторых героев нет ни имен (мы не знаем, как зовут супругов Замятиных), ни биографий (кто такая мать брошенной девочки Даши, куда и зачем направлялась эта женщина, ставшая жертвой "посредника", в фильме остается неясным). Выстраивать образы приходится только "изнутри": жестами, взглядами, пластикой. И это удается очень органично.
Философия безнадеги
Фильм "Посредник", конечно, имеет отношение к фантастике, поскольку формально речь идет о вторжении инопланетян. Однако философский посыл - явно не про "зеленых человечков", которые традиционно мыслятся как потенциальные захватчики наших городов, огородов и прелестных упитанных тушек.
Я, кстати, не поняла из фильма, зачем могущественным обладателям чистого разума понадобились какие-то чужие тела, и почему они остановили свой выбор на жителях города Тугарина, отнюдь не идеальных в физическом отношении, зачастую уже не молодых, а значит, и не очень здоровых. Всё-таки человеческий организм имеет ограниченный срок активной службы, и делать на него ставку, по-моему, несколько опрометчиво.
Но речь на самом деле идет о процессе захвата и порабощения сознания. И в этом смысле фильм, безусловно, очень правдивый и пророческий. Я довольно хорошо помню эту эпоху. С одной стороны, ощущение раскрывшихся перспектив и возможностей, с другой стороны - ощущение безнадеги, абсурда и заколдованного круга (ностальгирующие по идеальному сказочному СССР, очевидно, не жили в эпоху умирающей империи, или имели в этой империи свое уютное теплое гнездышко, в котором хотели бы остаться навеки). Даже Москва конца 1980-х - начала 1990-х была темным, серым, почти заброшенным городом, в котором жизнь едва теплилась. Пыльные витрины, пустые прилавки магазинов, плохо освещенные или вообще не освещенные улицы, безжизненные промзоны, опасные подворотни, подозрительные или агрессивные компании, нападения в подъездах (тогда еще не было ни кодовых замков, ни консьержек, ни видеонаблюдения). В провинции было еще хуже, кроме немногих туристических центров (Суздаль и в те годы сохранял идиллический вид).
С деморализованным населением можно было делать едва ли не всё, что угодно. Ну, и сделали. Никаких инопланетян не понадобилось. В качестве "посредника" было использовано не стреляющее устройство, а обыкновенный телевизор. И это оказалось куда эффективнее.
У меня телевизора давно нет. А умные фильмы я смотрю на компьютере.
--
Моя фантастика - тоже своего рода сопротивление окружающей среде. Я создаю альтернативный мир, в котором обитатели разных миров мирно сотрудничают, обмениваются знаниями, дружат и вместе переживают жизненные драмы. Без драм, конечно, не обходится, но, как постоянно твердит моя героиня, Юлия Цветанова-Флорес, "Я должна. Я сумею. Я справлюсь".
Мои романы из цикла "Хранительница" размещены на Бусти, на Литмаркете и на Литресе. Прочитав ознакомительный фрагмент, вы сами решите, интересно ли вам продолжать.
Поддержать автора можно любым удобным способом.