Рубенсоновская красотка Луна, во всей своей пышной привлекательности выплыла на ночной небосвод, кокетливо улыбнулась облачку, и стряхнула его со своих плеч.
- Ах! Ну, не надо, не надо меня так жарко обнимать! Я без покрывал лучше смотрюсь! – строго одернула она хулиганистого подростка, подающего надежды на настоящую тучу.
Облачко хихикнуло, и полетело играть с ветром.
За столом дорого и богато обставленного кабинета сидели два собеседника.
Профессор был совершенно счастлив! К нему! Не к кому-то там, а именно к нему прилетел инопланетный гость по обмену опытом. Новые знания, доставленные им, обещали профессору новую славу, новые гранты и новые гонорары.
Он, захлебываясь от счастья, смотрел на кристалл, включивший в себя столько новых научных открытий, что всему кабинету академиков и профессоров придется закупать средства от зависти и захлебывания слюной.
Инопланетный гость, сияя добродушной улыбкой в сто двадцать восемь зубов, и шесть пар глаз, немного снисходительно смотрел на счастливого профессора.
В их мире эти знания были уже не просто прошлым веком, а намного, намного более устаревшими. Он сейчас ощущал себя торговцем, привезшим бусы туземцам в обмен на золото. Да, да! Ему тоже кое что надо было от профессора. Но до этого дело ещё не дошло.
Гость ждал, когда профессор дозреет.
За окном раздался жуткий, злобный, протяжный вой, пронизывающий до костей, и костного мозга.
Гость вздрогнул и пролил на себя содержимое бокала.
- Что это?! – нервно и испуганно спросил он профессора, - неужели древние легенды правы, и у вас водятся оборотни?!
- Да, что вы, коллега?! Какие оборотни! Просто полная луна поднимает жидкость вверх. Приливы такие. Некоторые жители нашего мира не умеют правильно контролировать свои внутренние потоки.
Вот она, эта жидкость, вместо того, чтобы мирно и правильно вылиться…- тут профессор немного замялся, всё-таки воспитание, понимаете ли, - через специальный краник внизу, - нашелся он, - поднимается вверх, и ударяет им в голову.
Наша наука уже давно заметила, что в период полнолуния обостряются скандалы и хейтеры. Всех мастей.
- И что с этим делать? – не совсем успокоившись, нервно спросил гость.
- Что, что…- чуточку грустно ответил профессор, - меньше выходить в люди, самое большое напряжение в очередях случается, и в метро, в час пик.
- Час пик? – спросил гость.
- Я вам потом об этом расскажу, - пообещал профессор.
Именно этот момент выбрала любопытная Луна, чтобы заглянуть в окошко, и облить собеседников своим сияющим светом.
Профессор внезапно сгорбился, из его горла понесся рокочущий рык, он весь начал покрываться шерстью, увеличились клыки.
Профессор вскочил со своего стула, и потянулся длиннющими острейшими когтями к горлу гостя.
Тот затрясся как в лихорадке, и резко телепортировался, бормоча себе под нос:
- Да чтоб я ещё раз на эту планету сунулся! Надо всем написать! Нечего там делать. Полнолуние, полнолуние,…а вдруг их звери в них всегда сидят?!
Луна ушла за крыши, не найдя для себя ничего интересного в этом отрезке пространства.
Профессор пришел в себя. Он никогда не помнил, что с ним было в такие моменты.
На столе сиял кристалл, забытый инопланетным гостем.
Где-то там, за облаками, в небесной резиденции Луна оправдывалась перед Великим Архитектором:
- А что, полнолуние, полнолуние?! Ну, да! Я полная Луна! Таких как я Рубенс воспевал!
А то, что они со своими жидкостями и зверюшками управляться не умеют, не моя вина!
И не повод мне не погулять по небу! Кроме этих, неуправляемых, там много нормальных живет!
Любящих на меня любоваться! Вот для них я и свечу!
А остальные…
Она засветила ярким лунным лучом на Землю.
- Мимо пробегали! – закончила она, глядя на воющих, скандалящих, делающих, кричащих и пишущих всякие пакости другим, тех, кто не умеет управлять ни жидкостями, ни эмоциями.
Что ж поделать…таких и не при полной Луне хватает.
К сожалению….