Составленная Лаврентием Берией и адресованная Сталину, расписка содержала гарантии ученому, работавшему над созданием атомной бомбы и имела прямое отношение к атомному проекту СССР.
16 июля 1945 года США впервые успешно испытали ядерное оружие. Это событие заставило руководство Советского Союза ускорить создание собственной атомной бомбы. 20 августа того же года был создан Спецкомитет, руководителем которого был назначен Лаврентий Берия. Именно, в его ведении находились промышленные предприятия, научно-исследовательские институты и конструкторские бюро, а также через него поступала разведывательная информация о разработках на Западе.
Физик Юлий Харитон был назначен главным конструктором КБ-11, позже преобразованного в НИИ экспериментальной физики.
При этом Юлий Харитон числился «английским шпионом», потому что во второй половине 1920-х годов стажировался в Англии в Кавендишской лаборатории.
О «шпионе» доложили Иосифу Сталину, тогда Берия и написал расписку, что он лично ручается за преданность Юлия Харитона советскому строю и готов нести ответственность в случае, если ученый провинится. Вождь хранил эту расписку всю жизнь.
Первая советская атомная бомба была взорвана уже 29 августа 1949 года
Физика Юлия Харитона - отца атомной бомбы, вначале предполагали сделать руководителем, однако ученый попросил Лаврентия Берию оставить его на должности главного конструктора. Харитон опасался, что директорские хлопоты будут отвлекать его от научной деятельности. Берия согласился. Вообще Юлий Борисович отзывался о наркоме так: «Он часто выезжал на объекты, разбирался на месте, и все задуманное обязательно доводилось до конца. Берия был с нами терпим и крайне вежлив. Если бы нашим куратором был Молотов, таких бы впечатляющих успехов, конечно, не было бы".
Берия действительно окружил атомщиков вниманием и заботой. Все ученые, занятые в проекте, были обеспечены хорошим жильем, отличным питанием, медицинской помощью и пользовались другими привилегиями, доступными тогда только избранным. Создавая комфортные условия для физиков, Берия добивался того, что работы шли ударными темпами. В результате этого советская атомная бомба была и в самом деле взорвана уже 29 августа 1949 года.
Те же американцы предполагали, что первые испытания в СССР будут проведены как минимум на 5 лет позже. Многие историки видят заслугу Лаврентия Берии и в том, что он не давал в обиду ученых, которые были заняты в атомном проекте. Кадров и без того не хватало, а некоторые физики уже были взяты на карандаш, как и Юлий Харитон.
Учитывая, с какой легкостью, в то время можно было заработать срок и за менее тяжкие «провинности», чем стажировка в Англии, заступничество Берии наверняка спасло Юлию Харитону не только карьеру, но и жизнь. Юлий Борисович так и остался в Сарове, который когда-то был выбран в качестве первого советского ядерного центра. До 1992 года он был научным руководителем Всесоюзного НИИ экспериментальной физики Российского федерального ядерного центра. Харитон там и скончался в возрасте 92 лет. Впрочем, до смерти Юлий Борисович еще многое успел сделать. Недаром академик в числе немногих физиков трижды становился Героем Социалистического Труда. Но больше всего он ценил ядерный проект. «Я убежден, что без ядерного сдерживания ход истории был бы иным, наверное, более агрессивным» - говорил Харитон.
Продолжение следует, ставьте лайк и подпишитесь