Прорыв в истории мировой медицины произошел в 1847 году у Турчидагского хребта в Дагестане. Именно на этот акт театра военных действий спешил 37-летний хирург-новатор Николай Пирогов. С собой он вез запрещенный тогда эфир
Хирургия середины 19 века была, казалось бы, обречена. О стерильности, наркозе и обезболивании научных работ не было, методических руководств тоже и вся надежда была на экспериментаторов. В большинстве сложные операции заканчивались летальным исходом: пациенты умирали от болевого шока.
Опытный хирург Николай Пирогов был очень обеспокоен этим вопросом. Он решил довести наркозную науку, которую начал его однокурсник до совершенства. Он установил, что эфир опасен для человека в виде жидкого раствора: тогда щедро смоченную препаратом салфетку клали на лицо пациенту по время операции. Он решил пользоваться парами эфира и сконструировал специальный ингалятор, который протестировал прямо на себе.
Однако медицинскому сообществу такое ноу-хау совершенно не нравилось. И в министерстве подготовили и приняли указ о запрете использования эфира в больницах. Прочитав текст нового правила, Николай Пирогов улыбнулся. Запрещающие не учли в документе одну деталь – полевой госпиталь – на него не распространялись никакие табу. В июне 1847 хирург собирает саквояж, берет почти полсотни масок для наркоза и едет в эпицентр Кавказской войны.
Пирогов и два его ассистента спешат к дагестанскому Турчидагскому хребту, к армии генерала Ермолова, которая стояла близ аула Салта. В ближайшие дни там должно было развернуться серьезное сражение. Полевой госпиталь, куда вскоре повезли раненых, напоминал больше барак чем медицинское учреждение. Отдельной операционной не было, хирурги оперировали прямо в общей палате. Предстояла первая операция и сразу ампутация. Пирогов подготовил маску с наркозом: на кону стояла не только человеческая жизнь, но и мировой прорыв в анестезиологии.
Солдат выжил. Очнувшись спустя два часа после операции, он вскрикнул: я спал, как убитый. А рана без каких-либо осложнений затянулась уже через месяц.
В дагестанском госпитале за месяц Пирогов провел более ста операций и ни у одной не случилось летального исхода. Получается, что в кавказских горах, у Турчидагского хребта, жарким летом решилась судьба мировой хирургии – было введено официальное понятие военный полевой госпиталь.
Вскоре практику, которую применил Пирогов в бараке у аула Салта, взяли за основу врачи всей России, а через год эфирными парами для наркоза пользовалась вся Европа.
Фото: РИА Новости
Валерия Поддаева