Анна смотрела в окно. Показываться на улице не было сил, и даже было стыдно. Хотя чего стыдиться? Неделю назад от неё ушёл муж. Нашёл себе другую, а ей устроил скандал, обвинив её в своей же измене.
В пятницу он пришёл с работы и стал сразу собирать вещи. Сначала он молчал. Анна смотрела и ничего не понимала, даже не могла слов подобрать, чтобы спросить. Растерялась, но потом решилась.
- А что происходит?
- А сама не понимаешь, ухожу я от тебя. Пять лет с тобой прожил, а ты сына мне родить так и не сумела. Да и хозяйка из тебя плохая. Вот скажи, что у тебя сегодня на ужин приготовлено? Ничего! Ничего под соусом, и в рюмку налить тоже ничего нет. Верно?
- В рюмку налить нет, а на ужин борщ и мясо с картошкой в печке.
- Мясо с картошкой... – Николай даже остановился со сбором вещей, мясо конечно вкусно, но надо было раньше, а теперь поест в другом месте, тем более там и рюмку нальют. – Ешь сама свой борщ.
Про то, что она плохая хозяйка, он погорячился. В доме всегда было чисто и уютно, да и еда на столе была всегда. Единственное, что не устраивало Николая, так это отсутствие наследника. Но надо что-то говорить при уходе.
Вроде всё с Анной хорошо было, жили дружно, а попалась на пути Верка. Да и случилось с ней только один раз, Николай и сам толком не помнит как. У друга выпивали, а проснулся рядом с чужой бабой. А теперь она оказалась беременной. Поди, разбери, может и ребёнок не его. Верка, конечно не Анна, но баба красивая. В их посёлок из деревни приехала, никто её толком не знает ещё. Квартирку маленькую купила. Есть Кольке куда уйти от Анны. Вот и ушёл.
Верка, хоть и беременная была, не могла отказаться от выпивки. Колька ещё и не знал о её пристрастие, а когда узнал, то уже и поздно было. Сам втянулся потихоньку. А Верка наливала за всё: за ремонт, за зарплату, за то что устал...
Ребёнок родился раньше срока и с каким-то диагнозом, Колька не понимал, но знал, что плохо это. А потом его Верка и вовсе удивила, из деревни привезла двух детей, трех и пяти лет. Не было сына, а теперь сразу трое детей.
Отцов у детей не было. Верка как мать одиночка деньги получала, и младшего так же без папаши оформила. Время шло. Мальчик рос и все больше становился похожим на Колькиного друга, с которым пили тогда вместе. Такой же цыганёнок, тёмненький и кудрявый. Колька совсем не такой, да и Верка тоже.
- Обманула ты меня, Вера. Не мой это ребёнок.
- А мне почём знать. Всё равно ты отцом не записан. Живи тихо или катись отсюда.
Колька не знал, что выбрать. Жить с Веркой не сахар, чужих детей кормить, одевать. А орут они все, и Верка тоже. Уходить? Куда? Аннушка его не примет. Гордая. Да может уже и живёт с кем, баба видная, хоть и родить не может. И Колька жил. Тихо.
***
Анна сидела у окна, уже стемнело. Огромная луна красовалась над её баней. Осень, холодно стало, а он и вещи тёплые не забрал, вдруг подумала она. Включила свет, занавески поправила на окнах. Тридцать лет почти, вот и всё, детей нет, мужа теперь тоже нет. Включила телевизор, чтобы хоть как-то отвлечься. А там везде либо политика, либо фильмы про любовь. Прямо издевательство. Один досмотрела, было уже далеко за полночь. А ведь у героини всё хорошо в конце, значит и у меня будет также, подумала она.
Утром надо было идти на работу, выходные хоть и тянулись медленно, но впереди понедельник. От того, что случилось не спрятаться. Люди говорили разное, кто-то осуждал Николая и жалел Анну, а кто и Анну винил – пустоцвет.
- Ты, Анютка, себя люби. Ты же красавица. Подняла голову и пошла гордая. Это не он тебя бросил, это ты от него избавилась. – сказала ей заведующая детским садом, где она работала. – Злые языки всегда были и будут. А у тебя всё хорошо будет, добрая ты, и детки тебя любят. Таких воспитателей мало.
- Спасибо. Нормально всё. Я уже пришла в себя.
Осень пролетела, зима тоже. Весна принесла свои заботы, рассада, огород. За заботами Анна не замечала, как летит время. Если кто-то пытался говорить ей о бывшем, она просто уходила. Со временем про него ей никто уже не напоминал. Прошлая жизнь, она и должна остаться в прошлом.
И она осталась. В посёлок вернулся её одноклассник и сосед. Развёлся с женой, и приехал ухаживать за отцом. Иногда он заходил в гости на чай, просто поболтать. Иногда помогал по хозяйству. Отец его прожил недолго. После похорон Павел уехал в город.
Анна заметила, что скучает. И однажды в окно она увидела его машину. Хотела выбежать на крыльцо, но остановилась. Наверное это неправильно, подумала она. Пока думала, Павел сам зашёл. Они столкнулись на пороге. Анна сразу попала в его объятья.
- Я скучал.
- Я тоже.
Поженились они через год, жить стали у Анны. Иногда Павел на выходные привозил сына. Ребёнок очень быстро нашёл друзей и не хотел даже уезжать. Да и с Анной они поладили. А однажды бывшая Павла заявила, что не справляется с ним. Так Егорка переехал насовсем в дом Анны.
Через год после свадьбы Анна поняла, что беременна. У них родилась девочка. А ещё через год мальчик. Семья была счастлива.
***
Николай в очередной раз поругался с Веркой. Его вещи снова летели в окно. Это было уже не первый раз. Он их собрал, и сел рядом прямо на землю. Куда идти, совсем некуда. Ничего не заработал, ничего не приобрёл. А как хорошо было у Анны, тепло, уютно. А ведь даже маленький родительский дом умудрился продать с Веркой. Как ему мать говорила, чтоб не продавал, не послушал. А теперь и уйти некуда. А ведь ему уже почти сорок лет. Это целых десять лет прошло, как ушёл он от Анны. А может ждёт? Не слышно про неё ничего.
Решил Колька пройтись на другой конец посёлка. Уже темнело, а когда добрался, то и вовсе темно стало. Только луна огромная светит, прямо как в тот день, когда уходил, подумал Колька. Может это знак?
В доме горел свет. В приоткрытые окна слышен детский смех. Дети! Дети? Откуда у неё дети? А почему бы и нет. Наверное это я пустоцвет, подумал Николай. Как же это я? Послышался мужской голос, и совсем знакомый смех – Аннушкин. Весело у них.
Николай оглядел двор, чужой, а когда-то он был его. Но поздно. Мужчина пошёл обратно. У дома его уже ждала Верка.
- Где ты ходишь, ирод? А ну быстро домой.
И пошёл Колька домой, подхватив свои вещички. Менять в жизни он ничего не хотел.