Именно такие слова я услышал во время одного из происшествий. Люблю я прогуляться по любимому городу и насладиться его красотами. Как могут надоесть виды Исаакиевского Собора, Спаса на Крови, Летнего сада и так далее. А какие виды на Неву! Прелесть. А любимые дожди! Ни разу не пожалел, что перебрался из холодной Сибири в Петербург. Потому и своих однокурсников и друзей с удовольствием приглашаю в гости, но сам в Сибири не был уже давно. Люблю поводить их шикарнейшими видовыми маршрутами. Только иногда походы по городу могут быть изрядно омрачены. И отнюдь не погодой.
Гуляли мы однажды с моим товарищем, назовём его Петром, по улочкам города. Да как-то остановились мы у одного из уличных музыкантов, которые стали визитной карточкой города и пего очарованием. Пели они и играли так, что любая современная звездень от зависти к их таланту ногти сгрызёт вместе с руками.
Стоим, наслаждаемся творчеством, как тут у Петра барсетка начинает сама сползать с плеча. Благо, что он перехватил её вовремя. Но рывок и барсетка стала отдалятся с невысоким человеком. Пришлось вспомнить навыки лёгкой атлетики и непечатной речи. Бежали мы за человеком около квартала, выносливым нахал оказался.
Дальше, когда мы его нагнали, была небольшая потасовка и крик «Ты что… делаешь. Я – малолетка. Ты - …(любитель малых детей). Мне ничего не будет!» и так далее. Только визг мальца на нас не произвёл никакого впечатления. Юнец оказался юрким и проворным, даже попробовал поугрожать ножиком, который выхватил из кармана. Да вот незадача: быстрое лишение его равновесия и лечебная доза жгущего вещества в лицо в виде геля заставили мальца пересмотреть свои планы. Вой был на всю улицу. Даже бесцеремонный кусок брусчатки нагло приблизился к лицу малолетнего удальца, а верхние конечности оказались за спиной, удерживаемые крепкими мужскими руками. Мне пришлось мальца держать и дабы не возникло у него мысли о дальнейшем сопротивлении слегка придавить своей ногой пятидесятого размера и массой в центнер с небольшим. Пётр же вызывал на место полицию с описанием случившегося по телефону и отгонял сочувствующих мальцу, которые кричали «Он же маленький! Отпустите его». Малец же не терял чувство гордости и в слезах орал, что нам придёт белый пушной зверёк, ведь мы его собирались изнасиловать и держим просто так. Мы же с Петром заявили, что он все эти сказки будет рассказывать в полиции.
Наряд полиции прибыл достаточно быстро. На месте задержания мальца я передал в цепкие лапы сотрудников полиции, я с Петром дали объяснения на месте, также потребовали опросить возможных свидетелей. Сотрудники полиции, не долго думая, усадили нас в свой автомобиль, вызвали оперативную группу и оцепили место происшествия, особенно валяния малолетнего товарища и лежания выбитого ножика. Тут они сработали качественно. Потом малолетнему жулику дали водички дабы он умылся. Ведь жгучий гель делал своё дело, лицо у малолетнего гражданина было краснее любого помидора.
Малолетний нарушитель спокойствия орал на всю улицу «Я – малолетка. Отпустите. Не имеете права» и всё в таком духе. Рыдал картинно и чинно, как положено хорошему актёру. Заявлял он, что ему лишь двенадцать годков и задерживать его никто не имеет права. Вот упыри, докопались до несовершеннолетнего.
По приезду следственно-оперативной группы меня с Петром и малолетним «товарищем» доставили в один из отделов полиции для дачи объяснений. В отделе начались чудеса. Оказывается малолетний товарищ был «старым знакомым» сотрудникам полиции. Бывал он там часто и по разным не самым приятным поводам. Звали его Юрой. Дворовая шпана да и только. Юра устроил истерику в своём репертуаре, не забыв песенку «Я – малолетка!». Только забыл он, или не хотел признавать, что за пару дней до этого отпраздновал он свой день рождения, в который стукнуло ему целых четырнадцать лет! Полицейские аж присвистнули от счастья.
Дело в том, что действия Юры, как минимум подпадали под статью 161 Уголовного кодекса РФ – грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, ведь вырвал он барсетку у Петра при явном сопротивлении последнего. А уголовная ответственность за такие шалости наступает с четырнадцати лет.
Как нам сказали сотрудники полиции, между делом, Юра их уже так залюбил со своими шалостями, что они помимо профилактических бесед с его родителями уже ждали момента когда ему стукнет четырнадцать дабы отправить его в закрытое учреждение для перевоспитания. Ведь все остальные методы они уже на нём испытали и они действия не имели. Пачка протоколов в отношении родителей за ненадлежащее осуществление родительских обязанностей, всевозможные беседы с Юркой, а эффекта ноль.
Пётр написал заявление о возбуждении уголовного дела по факту попытки хищения барсетки со всем её содержимым. Приехавший дознаватель увидев Юру аж присвистнул и со словами «Что, опять?» пошёл в свой кабинет. После того как я, Пётр и ряд других граждан дали объяснения было возбуждено уголовное дело. Юра в это время сидел под надзором сотрудников полиции в отдельном кабинете. Для того, чтобы он привыкал к своей новой жизни, полицейские включили ему песни о воле и тюрьме. У Юрия началась форменная истерика. «Вы меня не посадите! Я – малолетка.». Дознаватель же, не теряя времени решил возбудить уголовное дело и своё постановление оперативно согласовал со всеми необходимыми должностными лицами, побегав по их кабинетам. Уголовное дело было возбуждено.
В барсетке Петра были паспорт, банковские карты и наличные деньги около десяти тысяч рублей. Паспорт и банковские карты Петру отдали. Остальное же приобщили к уголовному делу как вещественные доказательства.
После этого нас с остальными свидетелями для оперативности попросили подождать в отделе полиции опроса Юры в присутствии родителей, защитника и педагога. День пошёл по известному месту. Да только не стали мы отказывать сотрудникам полиции в такой любезности. Через час прилетела в отдел полиции в сопровождении адвоката разъярённая мамаша Юры, которая стала визжать про ущемление прав диточки и то, что «менты поганые жить не дают». А ещё через час подъехали педагог с психологом. Юру допросили по факту произошедшего. Он сообщил, что это я с Петром на него напали и хотели совершить с ним акт любви по принуждению.
После я понял для чего нас попросили остаться. Дознаватель имел свой зуб на Юру и провёл очные ставки между мной, Петром, Юрой и свидетелями. Сильно он хотел избавить район от постоянного источника головной боли. Мало того, барсетка и доставленный с места происшествия ножик поехали на соответствующие экспертизы.
Юра же был привлечён в качестве подозреваемого по уголовному делу и ему была назначена мера пресечения в виде подписки о невыезде. Увидев всё это Юра натурально взвыл как дикий зверь. До него дошло, что эпоха всеобщей безнаказанности для него прошла. Мать же попробовала полезть в драку на меня с Петром, угрожая «отправить на зону двоих извращенцев», но была остановлена сотрудниками полиции. В отношении нас с Петром было написано заявление о нанесении Юре побоев.
В дальнейшем Юра, решив облегчить свою участь, дал признательные показания, прикинув, что так меньше дадут. Против него были и показания свидетелей, и отпечатки его пальцев на барсетке и ножике, а также записи с камер видеонаблюдения. Мать Юры пыталась замять дело, предложив Петру сто тысяч рублей. Мои с Петром действия были признаны не выходящими за рамки закона и необходимыми для задержания лица, совершившего преступление.
Пётр согласился с условием заключения соглашения о компенсации морального вреда, причинённого преступлением, и перечисления ему этих денежных средств. Сразу было сообщено, что преступление совершённое Юрой публичного обвинения и тут Юра со всей его роднёй пусть решают вопросы самостоятельно.
В дальнейшем Юра попросил рассмотреть его дело в особом порядке, очень надеясь избежать неволи. Он понял, что времена когда крик «Я – малолетка» освобождает от ответственности за содеянное прошли. Только не предусматривает действующее законодательство особого порядка для таких как Юра.
Увы, надеждам Юры было не суждено сбыться. Отправился он в колонию для несовершеннолетних на год для исправления. Уж очень Юра часто попадал в отделения полиции, чуть ли не чаще чем на учёбу. Потому суд согласился с позицией обвинения, что Юре надобно прочувствовать на своей шкуре всю мощь системы принуждения, ведь стал он раскаиваться или только делать вид, что раскаивается исключительно под тяжестью собранных доказательств.
Лично я очень надеюсь, что год проведённый Юрой в колонии его исправит и отвратит от совершения новых правонарушений. Хотелось бы в это верить. Я же сторонник существенного снижения возраста привлечения к уголовной ответственности, ведь и тут и там всплывают новости о том, что дети совершают такие преступления от которых кровь в жилах стынет, а их нельзя привлечь к ответу в силу возраста. Дети, начиная лет с семи, прекрасно всё понимают и успешно используют все лазейки закона, а безнаказанность провоцирует их на совершение новых правонарушений, а граждан на самосуд.
Поддержать автора на Boosty https://boosty.to/fima_traveller