Сегодняшняя история не совсем относится к шахтёрской тематике.
В 90-е годы разделили нам двухмесячный отпуск на два – один выбирался по желанию в течение года, второй давали всей шахте летом. В июле шахту полностью останавливали, на смену ходили только дежурные специалисты для поддержания выработок в рабочем состоянии – преимущественно это вентиляция и водоотлив.
Проходчик из нашего звена с коллегами по бригаде полетел на морское побережье за границу. Когда общий отпуск закончился и вышли на работу, мы спрашиваем своего товарища:
– Ну, рассказывай, как отдохнул на песчаном пляже в шезлонге под пальмой.
Товарищ скривил гримасу и недовольно махнул рукой:
– Да ну...
Мы не отстаём:
– Чего «да ну»? Давай колись, может, мы в следующем году полетим. Хотим знать чего там да как.
Товарищ говорит:
– Если не пить, то можно; а если пить, то лучше на речке у костра с девочками посидеть.
Мы наседаем:
– А ты по какому варианту отдыхал – пил или не пил?
Товарищ аж с места подскочил:
– Пил, конечно!
Мы смеёмся:
– Ты же сам сказал – если не пить, отдыхать можно. А зачем тогда пил?
Товарищ ответил вопросом на вопрос:
– А не пить – чё это за отпуск?
Мы его подкалываем:
– Тогда надо было на речке вокруг костра с девочками хоровод водить, а не по заграницам шастать.
Товарищ качает головой:
– Ох, если бы заранее знал...
Мы настаиваем:
– Рассказывай, чего натворил.
Товарищ в сердцах выкинул:
– Да чего-чего? Пить ещё в аэропорту начали. Ну а чё – с одной шахты по путёвке в загранку полетели. Как не обмыть такое дело? Надо, конечно. Даже не знаю, как нас с регистрации не сняли. В самолёт сели, взлетели, высоту набрали – мы по салону друг к дружке со стаканом в «гости» стали ходить. Стюардессы на нас сначала ругались, потом спрятались в своей каморке и до конца полёта не появлялись. Как прилетели, в гостиницу заселились – не помню.
На следующий день все «болеют». Пошли по номерам у кого что осталось, чтоб здоровье поправить. Опохмелились, спустились в ресторан на завтрак, ещё добавили и по номерам расползлись. Кто до своего номера не дополз, упал где стоял.
В первые дни мы никак до моря дойти не могли. Потом всё-таки пошли. А то прилетели на море, а моря ещё не видели. Да пошли не с пустыми руками! И опять хорошо набрались. Спрашивается: ну и зачем мы попёрлись на край земли? Иностранцам свои пьяные рожи показывать? Они в море купались, а мы на берегу «культурно отдыхали».
Через неделю нам самим уже пить надоело. Из наших кто-то прослышал, что где-то недалеко тут пляж есть, где голыми ходят. Нам же интересно, пошли искать. Нашли! Мужики и девки ходят в чём мать родила, никто из них друг на друга не пялится. Зато все пялятся на нас, а мы разделись до трусов, а дальше никак. Да и как трусы снять, если девки голые мимо ходят одна краше другой?
У нас с собой было. Разлили по стаканам, хряпнули для храбрости. Стали посмелее, пошли искупались. Потом ещё хряпнули и в конце концов дело дошло до трусов. А чего это мы на нудистком пляже одетые сидим? Огляделись вокруг – все голые, сняли трусы и снова оглядываемся – а на нас никто внимания не обращает. Посидели немного, нервы успокоились, давление в «нижней голове» упало. Пошли опять купаться. И удивительное дело – никакого стеснения, как-будто так и надо!
Выслушали рассказ нашего товарища, смеёмся ему:
– Ого, да ты у нас нудист!
Товарищ возражает:
– Да какой я нудист? На «голом» пляже всего один раз был.
Мы ему говорим:
– Пусть один раз, но всё же был. Уже не зря в загранку смотался, теперь до конца жизни вспоминать будешь.
Товарищ замечает:
– Нет, лучше всё-таки дома отпуск проводить – дешевле получается. А из впечатлений только «голый» пляж, а больше и вспомнить нечего. Только деньги зря потратил.
В общем, товарищ наш остался не в восторге от отдыха на заграничном пляже.