Третья глава мистической повести "Монетка".
Впечатлительным и слабонервным читать не рекомендуется.
Первая часть здесь
Вторая часть здесь
Я проснулась под вечер. Просто открыла глаза и лежала смотрела на своё отражение в телевизоре. На кухне возился Игорь, гремел посудой и что-то едва слышно напевал.
Я о чем-то задумалась, а когда снова взглянула на своё отражение у меня перехватило дыхание — прямо за своей спиной я увидела Ниуыне. Она лежала сзади, приподнявшись на локте, и смотрела прямо мне в глаза в отражении.
Я не могла пошевелиться и только тяжело, со свистом дышала, глядя, как из её пасти стекает слюна. Когда вонючая капелька из её рта упала мне на щёку, я заорала и...проснулась.
В комнату влетел Игорь и бросился меня успокаивать, а я сидела на кровати и раскачивались в его объятиях, подвывая на одной ноте.
Через несколько минут, когда я успокоилась, он отвёл меня на кухню, укутал пледом и налил чая с медом и ромашкой.
Я сидела напротив него за столом, не в силах поднять на него глаза, и пила мелкими глотками чай. Он молчал, сцепив пальцы в замок. Глядел на меня с тревогой и жалостью.
Внезапно у меня зазвонил телефон. Высветился незнакомый номер. Я тупо уставилась на экран.
— Бери, — мягко сказал Игорь через несколько секунд.
— Алё, — ответила я и испугалась собственного голоса, настолько он был хриплый и бесцветный.
— Здравствуйте, — ответил мягкий женский голос, — Это Екатерина Гром?
— Здравствуйте. Да, это я.
— Меня зовут Павлишина Ирина Георгиевна. Я Ваш новый преподаватель биологической океанографии. Ваш предыдущий преподаватель пропал две недели назад. Я просмотрела задание по курсовым и решила внести некоторые изменения.
— Погодите, — я почувствовала, что меня накрывает паника, — Сессия же через три недели, а срок сдачи курсовых 29 декабря.
— Две недели — достаточный срок для написание курсовой, — холодно ответила она, — Но это, конечно, если Вы будете работать над ней, а не заниматься ерундой. Ваша почта ek********@mail.ru?
— Да, всё верно, ответила я, понимая, что я в глубокой заднице.
— Сейчас я скину Вам новое задание и обновлённые требования. Удачи.
Я в недоумении смотрела на трубку, потом перевела взгляд на Игоря.
— Принеси ноутбук, пожалуйста, — попросила я.
— Хорошо, — ответил он и ушел в комнату.
Я снова взяла в руку кружку с чаем. Внезапно мой взгляд упал на чёрную, глянцевую поверхность дверцы микроволновки. За своей спиной я увидела размытую, но узнаваемую фигуру своей преследовательницы.
Я вскочила на ноги, табурет с грохотом упал на пол, чашка выскользнула из рук, ударилась о стол, заливая его чаем и со звоном разбилась об пол.
В глазах поплыло и я провалилась в забвение обморока.
Я очнулась на полу, Игорь поддерживал меня под голову, вытирал лицо мокрым полотенцем и слегка дул мне в лицо. Я открыла глаза и беззвучно заплакала.
— Ну-ну! — шептал мой любимый и нежно целовал мне лицо, — Тихо. Тебе просто надо отдохнуть, не плачь.
Он взял меня на руки и отнёс на диван в гостиной. Обложил меня подушками, укутал ноги пледом. Я попросила принести мне ноутбук.
Я зашла в почту. Новое задание было про ламантинов. Я вздохнула и стала собирать информацию он них в интернете.
Игорь сидел тут же на диване, положив мои ноги себе на колени, и смотрел кино на телефоне, воткнув наушники в уши.
Я смотрела на него и не могла понять, как мне так повезло. Более заботливого и внимательного мужчины я представить не могла. Он даже взял отпуск на период моего недомогания.
Почему я не могу ему довериться и рассказать, что со мной происходит? Боюсь, что он не поверит? Я бы, наверное, тоже не поверила, если бы это не происходило со мной здесь и сейчас.
Я встала и подошла к окну. К вечеру ударил мороз и закатные лучи красиво играли на морозных узорах на внешней створке. Давно хотела поменять окна на пластиковые, а сейчас мне пришла в голову мысль, что не сто́ит только из-за этой красоты.
Почему-то вспомнился бабушкин домик в деревне, морозные узоры на окнах, потрескивание дров в печке и сугробы наметённые до самых окон её небольшого уютного домика.
****
Следующие две недели прошли в полном погружении в написание курсовой. Игорь приносил мне книги из библиотеки о ламантинах, я перелопатила кучу информации в интернете, не спала ночами, чтобы сдать работу в срок.
В то же время моя, как говорил мой психоатепапевт, паранойя, обретала всё более серьёзный характер.
Я стала бояться отражений, особенно случайных — везде мне виделась фигура с серовато— зелёной кожей. Я боялась принимать душ в одиночестве — сквозь запотевшую дверь душевой кабины я чувствовала пристальный, ненавидящий взгляд.
Ещё меня доставал преследующий запах тухлого мяса. Даже еда вся пахла так же. Игорь ничего не чувствовал, и я даже подумала, что у меня гайморит, но доктор опроверг мои подозрения.
****
28 декабря работа была закончена, одобрена куратором и прошита. Я отправилась в университет, благополучно сдала её и отправилась домой, обрадованная тем, что сессия только через две недели и можно спокойно и с чистой совестью отдохнуть.
По дороге домой я зашла в магазин, купила бутылку вина, сыр, фрукты и мясо. Мы с Игорем собирались отметить дописанную курсовую.
На выходе из магазина я снова увидела её отражение в стеклянных дверях. Мне показалось, что она стала больше походить на...человека. Да, именно так, на человека. Руки стали более короткими, кисти не такими огромными, спина прямой, череп более вытянутый и ровный. Даже волосы стали походить на волосы, а не на слипшиеся патлы.
В следующий момент двери разъехались. Я вздохнула, проглотила тугой комок в горле и пошла домой.
Когда я открыла дверь, вошла и стала разуваться, в коридор выглянул удивлённый Игорь.
— Ты разве не в душе была? — глаза его были необычайно большие и испуганные.
— Игорь, ты о чём? Я была в университете, сдавала курсовую, — ответила я, и, встав на носочки, поцеловала его и потёрлась щекой о его рыжую бороду.
— Но... Погоди. Я же слышал. Ты мне ответила, — он явно был встревожен.
Я нервно сглотнула и мы вместе зашли в ванную комнату. На полу была лужа и отчётливые отпечатки мокрой ступни у раковины. На стиральной машине валялось мокрое полотенце.
На запотевшем зеркале были нарисованы два условных человечка, но уже похожих на сиамских близнецов.
Я только успела подумать, что обморок стал моим естественным состоянием с появления монетки и темнота поглотила меня.