— Смотри, Анюта, там твой дед Михаил. Да не верти так головой, а то он нас, не дай Бог, заметит. Вон там, возле церкви, который у самого крыльца сидит.
Аня, скосив глаза, увидела сгорбленного старика с седой неопрятной шевелюрой.
Аня знала, что оба ее деда погибли на войне, один в 1941г, второй в 1942.
Но знала она также, что бабушка Поля, мать Аниного отца, после войны снова вышла замуж и родила еще двух детей, Сашку и Олю. Вот только имя их отца, второго бабушкиного мужа, было в семье под запретом.
Аня с братом Гошей считали, что он тоже умер. Но однажды в дверь их квартиры позвонили. Когда это было? Анюта точно не помнит, она тогда ходила то ли во второй, то ли в третий класс. Аня с Гошей были одни дома, и Гоша через дверь спросил:
— Кто там?
— Это я, ваш дедушка Миша.
— У нас нет никакого дедушки, а мама с папой не велели открывать чужим.
Дети с трудом дождались возвращения родителей с работы и рассказали о странном визите. Им было очень интересно узнать, неужели у них правда есть дедушка. Но родители отправили детей в комнату делать уроки, сказав лишь, что они молодцы и все сделали правильно.
А перед самым ужином снова раздался звонок в дверь. Дети тут же выскочили в коридор, но отец неожиданно грубо отправил их в комнату, запретив даже нос высовывать. И даже дверь в комнату захлопнул. Но разговор шел на повышенных тонах, и дети все прекрасно слышали даже сквозь закрытую дверь.
— Как ты посмел сюда явиться? Пошёл вон! Чтоб я тебя больше никогда не видел! И не смей даже приближаться к моим детям!
— Но, Пашенька, я ведь вам не чужой.
— Что-о-о?! — взревел отец, так, что дети даже за закрытой дверью присели от страха. — Теперь вот как заговорил? А кто меня выгнал из дома, едва мне исполнилось 16? Кто сказал, что я уже взрослый и пора мне самому зарабатывать себе на жизнь? Я всю жизнь тебе мешал, а мать боялась тебе перечить. Соседка баба Нюра мне была ближе, чем родная мать, жалела меня и подкармливала. И все из-за тебя! А теперь я тебя пожалеть должен? А ты жалел мать, когда изменял ей налево и направо? А она, дура, каждый раз тебя прощала и пускала обратно. Но я — не мать, и мне на жалость давить бесполезно. Иди к Сашке с Ольгой, может, они тебя и пожалеют... Ах, был... Прогнали... Правильно сделали! И ты надеялся, что я тебя пущу, когда тебя даже родные дети не простили и не пустили. Нет уж, иди туда, откуда пришел.
Входная дверь захлопнулась, но дети сидели тихо, боясь шелохнуться. Эта странная история настолько потрясла их, что они за весь вечер не проронили ни слова.
И вот спустя несколько лет Аня, уже студентка первого курса, увидела человека, который когда-то назвался ее дедушкой. Не удержавшись, она несколько раз оглянулась, а когда они с матерью отошли на приличное расстояние, Аня спросила мать:
— А как он здесь оказался?
— Как-как... как они все здесь оказываются? Когда-то он был очень красивым, просто умопомрачительно. Твоя бабушка влюбилась в него без памяти. А он любил только себя. Он несколько раз уходил от бабушки к другим женщинам, но каждый раз возвращался. А однажды, когда Санька уже вырос, он просто не пустил отца на порог. Тот, пока был в силе, скитался по разным бабам, но пришло время, и он оказался никому не нужен. Ни кола, ни двора... Да ведь помнишь, он и к нам приходил... Вот такая басня про стрекозу и муравья. Только здесь не стрекоза, а стрекозел. Сам виноват, допрыгался.
Аня задумалась. Да, конечно, он сам виноват, сам всех предал, и в итоге получил по заслугам.
И все же каждый раз, проходя мимо церкви, Аня подает милостыню сгорбленному старику с седой неопрятной шевелюрой...