В нашей стране с этим словом связано множество «глупых обременений».
В эфире радиостанции «Говорит Москва» Сергей Маркелов выразил мнение, что маркировку «иноагент» необходимо очистить от личностного фактора.
«У нас эта маркировка получила то наполнение, тот контент, который сопровождает это слово в обычных информационных программах, каналах, которые люди слушают. Мы получили с вами на сегодня абсолютно искажённую трактовку слова «иноагент» с кучей совершенно глупых обременений, которые это слово в себя всосало. Безусловно, нужно менять саму конфигурацию статуса иноагента. Конечно, нужно убирать личностный фактор. Прошу прощения, конечно, но в американской версии иноагента есть очень жёсткие запреты: нельзя разглашать информацию о личной жизни иноагента, сотрудников. То есть там, помимо названия, ещё масса того, чего нельзя делать по отношению к иноагенту».
Кроме того, Маркелов подчеркнул, что понимание слова «иноагент» у граждан состоит, как правило, из самых запоминающихся описаний этого понятия в СМИ.
«Когда человек внутри сам себе задаёт вопрос, что такое иноагент, он начинает вспоминать особенно запомнившуюся ему, а не всю, информацию об иноагентах, — что тригернуло именно его, зацепило в памяти. Если зацепило в памяти «враги России на деньги вашингтонского обкома что-то делают», то будут вспоминать именно это».
Ранее Минюст предложил указывать в реестре псевдонимы иноагентов. Проект приказа ведомства опубликован на профильном портале. Предполагается, что помимо персональных данных физлиц будет упоминание о псевдониме, прежние ФИО или наименования юрлиц.
Как заявил газете «Ведомости» юрист Фёдор Кравченко, в Гражданском кодексе России содержится право на псевдоним; автор может требовать, чтобы его статьи, песни или другие произведения использовались без указания имени. По словам собеседника издания, попытка ввести это понятие в сферу административного и уголовного права приведёт к сложностям и логическим ловушкам.
Больше новостей читайте в нашем Telegram-канале.