Начало:
Вечером Маринка сидела перед зеркалом и расчёсывала свою непокорную рыжую гриву. Шкатулка стояла перед ней на туалетном столике. Она притягивала взгляд мягкими переливами света на полированной поверхности. Маринка задумчиво смотрела на неё. Потом, словно решившись, достала из кармана бумажку, отхватила маникюрными ножницами прядку своих волос и положила в шкатулку. Где-то капала вода, и чавкал насос.
- Опять у соседей что-то сломалось, - Маринка открыла глаза, и попыталась рукой нащупать под кроватью тапочки. Рука сразу попала во что-то липкое и тёплое. Она отдёрнула руку и второй рукой дотянулась до выключателя на прикроватной тумбе. Загорелся красноватый свет ночника. Из-под кровати вытекала струйка тёмной жидкости, образуя лужицу. Ладонь была мокрой и красной, пахло от неё неприятно. Маринка свесила голову и заглянула под кровать. У существа были короткие мохнатые лапы с длинными чёрными когтями. Крокодильи челюсти двигались, издавая чавканье, с них текло и капало. Кровь. В следующую секунду Маринка уже перемахнула через тумбочку, сбив ночник, и помчалась по коридору. За спиной громко клацали по паркету когти.
Маринка влетела в кладовку и повернула запор на ручке. Фанерная дверь затряслась под ударами когтей. Запахи крови и шерсти заполнили помещение крохотной кладовки.
- Неужели это чудовище съело Тошку? – мелькнула у Маринки страшная мысль. Тошка был неугомонным шестимесячным котёнком, которого подарил Маринке Серёжа. Обливаясь слезами, она стала на ощупь искать, чем бы забаррикадировать дверь. Оцарапав пальцы обо что-то острое, она вдруг вспомнила: «кровожадный слуга, боящийся только железной пилы»… Схватив с полки лобзик, Маринка трясущимися руками отвинтила металлическое полотно и просунула его под дверь, уже еле держащуюся на петлях. Скрежет когтей прекратился, послышался скулящий звук, и всё стихло. Маринке показалось, что прошла вечность, прежде чем она смогла открыть дверь. На полу остались царапины и капли крови.
- Тошка, Тошка, Тошка! – в ответ ни звука, в квартире стояла странная тишина, как перед грозой.
Маринка стала осторожно продвигаться по квартире в поисках котёнка.
- Мне всё приснилось, - бормотала она, с опаской заглядывая в комнату. Тошка любил забираться в шкафы и разные коробки. Маринка подошла к шкафу и открыла дверцу. Одежда на плечиках шевелилась, за ней явно кто-то прятался.
- Тошка! – обрадовано воскликнула Маринка. Из колышущейся ткани показалась чёрная рука и
схватила Маринку за шею. Она, вскрикнув, отшатнулась, и чёрный человек вывалился из шкафа весь. Вся половина. Потому что это была кошмарная фигура, словно разрезанная скальпелем. Одна рука, одна нога, половина головы. Все внутренности находились на месте, но крови не было. И этот негр был живой – он скалился, ворочал единственным глазом и всё сильнее сжимал руку на горле Маринки. Она пятилась, а чудовищная фигура придвигалась всё ближе.
Маринка начала задыхаться, комната поплыла перед глазами, придвинулись совсем близко огромные зубы. Одной рукой она вцепилась в запястье демона, а второй искала опору, чтобы не упасть. Рука наткнулась на вазу с цветами и Маринка изо всех оставшихся сил обрушила вазу на голову монстру. Ваза раскололась, раздалось шипение, и хватка ослабла. Маринка рухнула на пол и в полуобмороке смотрела, как чёрная фигура растворяется в воздухе. Сначала кожа, потом мышцы, кости… и вот над ней уже висели кишки, сердце, желудок и печень. Маринку затошнило. Когда всё исчезло, она с трудом поднялась и поплелась в ванную. Ей хотелось встать под холодный душ, чтобы избавиться от галлюцинаций. Она присела на край ванны и постаралась взять себя в руки. В зеркале отражалось её белое, как мел, лицо на фоне шторки для душа в весёлый горошек. Но что это?! Шторка шевельнулась. Сначала показалась ступня, посередине которой моргал большой глаз. Глаз злобно уставился на Маринку. Шторка отъехала в сторону, открывая жуткое зрелище. У этого демона было шесть ног, глаза располагались на них, руки отсутствовали, но зато были челюсти с длинными и острыми зубами. И эта пасть с глазастыми ногами медленно выбиралась из ванной.
Маринка заметалась – ванная комната была просторной, но путь к выходу вёл мимо твари. Маринка стала кидать в демона всё, что подворачивалось под руку. Баночки с кремом, флаконы с шампунями, губки, мыло. Всё исчезало в бездонной глотке. Последнее, что оставалось на полочках – небольшая подушечка с ароматическими травами. Маринка с криком швырнула подушечку, гигантские зубы тут же порвали её в клочья. Остро запахло лимоном и мятой. И тут неожиданно тварь засучила ногами и шустро стала отступать. Маринка рванулась, выскочила за дверь и захлопнула её за
собой.
Алина проснулась среди ночи, как будто её кто-то позвал. «Маринка в беде», - уверенность возникла сама собой, и уже не отпускала. В вазочке-тыкве белел свиток, Алина достала его и развернула.
«…второго слугу Великий Дух нашёл в пустыне и дал ему имя Чируви-Разрезанный. Демон боится воды, от которой может растаять. Третий слуга Зимви зовётся Паук-Айгамучаб, он пришёл из леса и прячется лишь от запаха лесной травы».
Алина вскочила, лихорадочно порылась в ящике стола, нашла ключи от Маринкиной квартиры, которые та оставляла ей, когда недавно уезжала на неделю в командировку. Она накинула плащ и схватила сотовый телефон, на ходу набирая номер Серёжки.
Они ворвались в Маринкину квартиру, где словно прошёлся тот самый Великий Дух – слон Зимви. Маринку они обнаружили под столом на кухне. Она вся тряслась и всхлипывала. Алина включила чайник. Вдруг с верхней полки кухонного шкафа раздалось шуршание.
- Н-еет! – истерически закричала Маринка. – Не открывайте! Там демон!
Но это оказался не демон, а перепачканный в муке Тошка.
Маринка схватила его, прижала к себе и зарыдала. Потом она бросилась обнимать Алину и Серёжку.
- Серёженька, мне никто, кроме тебя не нужен. – Она ринулась в комнату и вернулась со злополучной шкатулкой, которую держала на отлёте. – Алиша, забери эту гадость, выброси где-нибудь, или лучше сожги. И она снова бурно разрыдалась.
Алина оставила друзей наводить порядок, а сама вышла на утреннюю улицу и медленно пошла к своему дому. В рассказ Маринки ей не очень верилось, но всё же что-то в этом было. Возле её дома дворник сжигал в баке мусор. Алина достала из шкатулки прядь волос и бросила в огонь. Уже размахнулась было, чтобы сжечь и шкатулку, но потом передумала. Поставила её на край мусорного бака и пошла дальше.