Этой публикацией мы начинаем цикл небольших историй о малоизвестных героях России. Кто-то из них предотвратил войну, кто-то лично вытащил множество людей с того света, а кто-то вытащил из ада. Есть имена полководцев, которые известны каждому, а есть имена рядовых, о которых мало кто помнит. А мы хотим, чтобы о них помнили и знали как можно больше людей.
В 1983 году вполне могла начаться ядерная война между СССР и США. По сути, Третья мировая. И, скорее всего, последняя. В ночь на 26 сентября компьютер на командном пункте Серпухов-15 сообщил о запуске ракет с территории Северной Америки, но дежурный – подполковник Станислав Петров – расценил это как ложный сигнал и не стал «нажимать на кнопку». И оказался прав – это был всего лишь сбой системы предупреждения о ракетном нападении. Так кем же был этот человек и чем руководствовался, принимая столь сложное решение?
Станислав Евграфович Петров родился 7 сентября 1939 года во Владивостоке в семье потомственных военных. После школы поступил в Киевское высшее инженерное радиотехническое училище, а в 1972-м отправился для прохождения службы в командный пункт Серпухов-15 в 100 км от Москвы. Специальность – инженер-аналитик. Основные обязанности на момент событий – контроль за исправным функционированием спутников в системе предупреждения о ракетном нападении.
Чем отличился 1983 год
Обстановка в мире была крайне напряженной. Холодная война в самом разгаре, СССР и США называют друг друга «империей зла» и регулярно сообщают в прессе об угрозах (потенциальных и не очень) со стороны врага.
1 сентября 1983 года ситуация еще более усугубляется: наш истребитель-перехватчик «Су-15» сбивает южнокорейский «Боинг-747», отклонившийся от курса на 500 км и тем самым нарушивший воздушное пространство Советского Союза. На борту были 23 члена экипажа и 246 пассажиров. Комментарий со стороны Америки не заставил себя долго ждать: Рональд Рейган назвал это «преступлением против человечества, которое никогда не должно быть забыто» и «актом варварства». Отношения двух сверхдержав накалились до предела…
День, когда мир был под угрозой
В ночь на 26 сентября Станислав Петров дежурил на командном пункте Серпухов-15, куда поступала информация от космической системы раннего предупреждения «Око» (в разработке которой он, кстати, принимал непосредственное участие). К слову, он просто подменял штатного оперативного дежурного – самого Петрова в тот день не должно было быть на КП.
В 00:15 завыли сирены. На экране напротив рабочего места Петрова внезапно появились слово «старт» и карта Северной Америки. Компьютер уверял, что с военной базы на Западном побережье в нашу стороны вылетели межконтинентальные баллистические ракеты. Очевидцы говорят, что в помещении тотчас воцарилась тишина, и все посмотрели на Петрова. Он должен был оповестить начальство о вражеской атаке и принять решение. Несколько мгновений – мучительно долгих – тот медлил, а потом приказал оставаться на своих местах и позвонил начальнику штаба. И доложил, что тревога – ложная.
«Мне казалось, что моя голова превратилась в компьютер – множество данных, но в единое целое они не формировались. Руководству я позвонил через две минуты и сказал в трубку, что тревога ложная, компьютер дал сбой. Теперь оставалось лишь ждать, пока ракеты, если они действительно были запущены, вторгнутся в наше воздушное пространство, и их засекут радары. Произойти это должно было через 18 минут, но не произошло…» – Станислав Петров.
Почему Петров не нажал на «кнопку»
Кто-то говорит – аналитика, кто-то – опыт и логика, иные утверждают, что просто интуиция. Сам Станислав Петров позже рассказывал, что его в первую очередь смутил и заставил насторожиться тот факт, что радар зафиксировал запуск лишь с одной базы – при ракетном нападении так не бывает. Но система «Око» не подавала признаков сбоя, и это смущало. И он запросил информацию у «визуальщиков» – солдат, которые отслеживают воздушное и космическое пространство на экранах видеоконтрольных устройств в темных комнатах. Ответ пришел отрицательный.
«Я не имел права использовать эту информацию, я ее все-таки использовал. Все-таки я немного нарушил инструкцию, – делился впоследствии Петров в интервью ТАСС. – 50 на 50 было уверенности. Мелькала мысль, а стоит ли? Надеялся на второй эшелон… А если что-то начнется, то не я буду зачинщиком Третьей мировой войны, вот и все».
Подтверждает эту версию и ученый, заслуженный деятель науки РФ, доктор технических наук и генерал-майор Владимир Дворкин: «...такое решение могло быть принято исключительно на основании информации от второго эшелона СПРН, то есть данных наземных радиолокаторов (РЛС), определяющих масштаб, траектории ракет и цели, по которым и формируется сигнал «Ракетное нападение». И если бы даже Верховный Главнокомандующий сидел на «ядерном чемоданчике», он никогда не принимал бы катастрофических решений по информации «Старт ракет» от космического эшелона».
Неожиданный финал
Сразу же после инцидента собралась государственная комиссия. Однако почему система дала сбой, установили только через полгода – солнечные лучи определенным образом отразились от облаков и засветили спутник. А тогда вину возложили как раз на Станислава Петрова. Он должен был записывать все свои команды в боевой журнал, а в ночь на 26 сентября время шло на секунды, отвлекаться было некогда, и в журнале остались пропуски. Комиссия, естественно, к этому придралась, и уже в следующем году Петров ушел в отставку.
Из-за военной секретности и по политическим соображениям действия Станислава Евграфовича долгое время не афишировали. Общественность узнала о большом подвиге маленького человека только в 1991 году из очерка журналиста Дмитрия Лиханова в еженедельнике «Совершенно секретно». Информацию о Петрове предоставил генерал-полковник Ю.В. Вотинцев, бывший командующий войсками противоракетной и противокосмической обороны ПВО МО СССР. И 19 января 2006 года в Нью-Йорке в Штаб-квартире ООН Станиславу Петрову была вручена специальная награда «Ассоциации граждан мира» – хрустальная статуэтка с выгравированной на ней надписью «Человеку, который предотвратил ядерную войну».