Здравствуйте, дорогие мои!
Это я, Обожайчик. Тот самый: прославленный исследователь, мыслитель и, конечно же, страдатель. Можно сказать, страстотерпец. А что делать? С людями жить — воз обид тащить. Нет, я не хочу сказать, что эти двуногие создания прямо-таки исчадия ада.
То есть, сказать-то я это хочу, но стремление к истине и научный склад ума не позволяют. Большинство людей не желают котикам особого зла, а всего лишь легкомысленны и безответственны. ВСЕГО... ЛИШЬ! Из-за этого "всего" и "лишь" я чуть жизни не лишился, дорогие мои!
А дело было так. Как вы все хорошо знаете, сейчас осень. А что такое осень? Холод и сырость. И даже мокрость, то есть атмосферные осадки. Частые и затяжные. Короче, совсем не то, что в песне поётся. А что нужно делать, чтобы избежать холода и сырости?
Правильно, сидеть дома и топить печку. К печке, ясен пень, нужны дрова. Которые надо заготовлять летом. И вот тут-то и разгуливается человеческое легкомыслие! Дрова-то мои людишки (Мам и Макс) запасли, а поколоть на чурки — ни фига. Потому что легкомыслие душит души прекрасные порывы.
Итак, дело было так. Холодно. И на улице, и в доме, то есть в даче, потому что мы с моими людями дачники. И пошёл противный дождик. Час идёт, второй, третий. А потом к-а-а-а-к ливанёт... и конца-краю природному явлению нету. Короче, ужас как надо топить печку, дорогие мои!
А как топить, когда дрова — толстенные поленья толщиной с двух меня, и в топку не влезают? Колоть надо. А как колоть, если дождик? Деревяшки намочатся, и гореть не будут... Ну, люди, они такие... изобретательные. Макс на ворчание (и даже почти что проклятия) со стороны Мам крепко призадумался.
И родилась в его башке мысля. Мысля не особо умная (жаль, что сперва это было не очевидно): поколоть дрова в моём прогулочном вольере. На один день нужно не особо много, а на другой дождик, глядишь, и кончится. Можно будет наколоть где положено.
Ну и вот, притащил он из сарайчика штуки три полена, орудие труда под названием топор, и толстое короткое бревно. Заметьте, я наблюдал за всем этим безобразием (не думал я тогда, что — безобразием) из первых рядов. То есть со своей личной мебели, в вольере установленной.
Ну и вот, поставил Макс полено на бревно, крякнул, махнул топором — раз, два... поставил другое полено, повторил. Вскоре получилась целая горка чурок. Макс схватил охапку, и быстренько вкатился внутрь дачи, чтобы затопить печку. А, главное, чтобы Мам побыстрее успокоилась.
Про меня, конечно, никто и не думал. А я... Решил исследовать махательно-колющую систему: бревно и всаженный в него топор. Обошёл вокруг. Хм... интересненько! И я запрыгнул на бревно, чтобы как следует всё обнюхать.
Запрыгнул я аккуратно (клык даю), да вот только топор держался в бревне на честном слове. А если точнее — на соплях. В общем, бревно качнулось под воздействием силы прыжка, завалилось на бок, а топор выскочил. И звезданул меня по кончику хвоста!
И хорошо ещё, что по кончику хвоста, а не по спинке или голове. И хорошо ещё, что обухом, а не остриём... Людишки, хоть и глуховаты, а звук падения услышали. Выкатились в вольер. Видят — топор валяется, а я в полном шоке трясусь в углу... Что было! Гранд-скандаль, дорогие мои!
В первом действии Мам орала на Макса, а Макс орал... вообще. Во втором действии они изловили меня, осмотрели, убедились, что этот разрушительный инструмент ничего мне не отрубил, и помирились на том, что я (Я!) полный дурак.
Ну... полное враньё! Прежде всего, я не полный, а худой! Вернее, атлетический. Что же касается дурака... категорически не согласен, и негодую! Третье (оно же последнее) действие представляло собой обычный осенний вечер.
Это был ужин, пяление в телек и телефон — по очереди, чтобы не обидеть ни то, ни другое чудо инженерной мысли. Ну и декорацией шла, ясен пень, топка печки (процесс, как-никак, длительный). Вы ждёте упоминания о сочувствии моему ужасному состоянию и болезненным ощущениям? Наивные вы мои...
Ничего подобного не было! Я вам больше скажу: мои людишки растрезвонили о случае с бревном всем, кто только согласился послушать. Конечно, полностью и безоговорочно оправдывая себя и сравнивая меня с какой-то Варварой.
Переврали событие ну просто до невозможности, дорогие мои!