Если вы или ваши знакомые носят фамилию Кудашов, Любимов, Кутяев или Парушкин, то не стоит исключать, что среди далеких предков непременно отыщется представитель древнего финно-угорского племени.
От отца-язычника
Большинство мордовских фамилий образовано по образцу русских – путем добавления характерных окончаний -ов, -ев, -ин или -кин. Происходило это во время христианизации примерно до середины XVIII века, когда русские священники при крещении записывали младенца по имени отца-язычника, прибавляя русскую «метку» христианина. Так, сын язычника Кирдяша становился христианином Кирдяшовым (Кирдяшкиным), сына Кудаша записывали как Кудашов (Кудашкин), а сына Кочемаса – Кочемасовым (Кочемаскиным).
Основу большого количества современных мордовских фамилий составляют те, что были образованы от самобытных по происхождению русских имен, появившихся еще во времена язычества. От Несмеяна пошел род Несмеяновых, от Любима – Любимовых, от Ждана – Ждановых, от Дурая – Дураевых.
А вот Нехотов, Трохимов, Ходдев и многие другие русские фамилии – трансформация мордвинских имен, которые в свою очередь образовались от видоизмененных русских имен собственных. Несмотря на перемену облика и адаптацию под особенности мордвинского языка, к таких фамилиях русские корни легко угадываются. Нехотов – от мордвинского Нехот (русское Мефодий), Трохимов – от Трохим (русский Трофим), Ходеев – от Ходдей (русский Фадей).
С родительского благословения
На происхождение имени общего предка мордовского рода указывало значение основы. В одних случаях с помощью семантики описывали характер новорожденного. Если роды проходили сложно, то малыш получал нехристианское русское имя Кежай (от кежей – злой). Если еще в утробе постоянно беспокоил мать, то его называли Кутяй (от кутявица – щекотливый).
Того, кто не мог спокойно лежать в колыбели и норовил ежеминутно из нее вывалиться, кликали Веляем (от велиця – вертлявый). А если малыш оказывался спокойным и не доставлял хлопот родителям, то он получал имя Паруш (от паро – хороший). Так появились русские фамилии с мордовскими корнями – Кежаев, Кутяев, Веляев, Парушкин.
Русское языческое имя могло не только описывать характер младенца, но и выражать отношение родителей к малышу. Безгранично любимого и обожаемого называли Вечкан (от вечкемс – любить), а если появления наследника долго ждали, то выбирали среди таких популярных дохристианских имен, как Алтыш (от алтамс – обещать), Учват (от учемс – ждать) или Казей (от казнемс – подарить). Эти мордовские имена легки в основу таких русских фамилий, как Вечканов, Алтышов, Учватов и Казеин.
Место и время
Часто родителям не приходилось долго мучиться над выбором имени, из которого затем все потомки получали фамилию. Определяющим становилось место или время. Родился малыш в доме, будет Кудашом (от кудо – дом). Мать разрешилась от бремени в поле, значит, на свет появился Паксют (от пакся – поле), а если в лесу, то Виряй или Вирдян (от вирь – лес). Так что все Кудашовы, Паксютовы и Вирдяновы могут больше не гадать над этимологией своих фамилий.
Разгадывать загадки своего происхождения не придется и Видяевым с Нуятовыми и Пивцаевыми. Эти русские фамилии появились от мордовских имен, которые ребенок получил в зависимости от времени рождения. И большинство имен семантически связано с периодом сельскохозяйственных работ. Видяй был рожден в начале пахоты и засева полей (от видемс – сеять), а Нуят и Пивцай – во время сбора урожая (от нуемс – жать и от пивцемс – молотить).
Люди-птицы
Древние мордвины верили, что некогда на земле обитали люди-птицы, люди-рыбы, люди-пчелы, люди-медведи. Именно зооморфные предки и дали начало зарождению различных родов.
Мокши-язычники считали, что человек был сотворен из дерева, поэтому ничего удивительно нет в том, что мальчика называли Пичай (от пиче – сосна) или Тумай (от тумо – дуб). Распространенными именами были Киляй (подобный березе), Лаймарь (черемуховый) или Чевгин (подобный калине). А потомки «деревянных людей» стали носить русские фамилии Пичаев, Тумаев, Лаймарин или Чевгинов.
Древние верования язычников объясняют и другой лингвистический факт: в основе многих мокшанских имен лежит «птичья» семантика: Сюлга (чайка), Мече (голубь), Туртас (дрозд), Кавал (коршун), Шякшата (дятел). Поэтому несложно разгадать, «птицами какого полета» являются современные Туртасовы, Шекшеевы или Каваловы.