Я люблю подглядывать в окна. Ехать в такси по вечернему городу и смотреть в светящиеся окна домов.
Окно на втором этаже. Бело-серые стены, абстрактные картины, черная лаконичная мебель. Современная кухня с техникой, поблескивающей сталью и хромом. И живет там девушка, такая же модная и стильная, как обстановка. Приходит по вечерам, скидывает туфли на шпильках, наливает бокал вина из декантра и включает джаз. Модный джаз, который она не понимает и не любит, но так принято в их кругу. Кстати, туфли на шпильках она дико ненавидит и устает от юбок-карандашей, но dress code. Она сделала себя сама, она самодостаточная современная женщина, которая строит карьеру...А потом ревет по бабьи, в полный голос, от тоски и одиночества. На работе сама Мисс "Стальные нервы и профессионализм", а дома никто не ждет. И года бегут, и все одноклассницы уже по второму кругу выкладывают в соцсетях фотографии из роддома и первого купания, а у нее работа, туфли на шпильках и декантр. Утром вытрет слезы, нарисует дежурное лицо, встанет на шпильки и вперед, покорять Москву.
А вот окна на пятом этаже. Смешные занавески, рассада и бумажные снежинки, которые не убрали с Нового года. Суетится-копошится у плиты полная женщина в застиранном халате, а в комнате мужчина с прокуренными усами чинит детский трактор сынишке, который в нетерпении пританцовывает рядом. И скоро старшая дочь прибежит от подружки и усядутся все за стол. А за ужином он расскажет что опять Петрович вычудил в гараже и что меняют ему маршрут, а она пожалуется на старшую медсестру, которая поставила ей смену на праздник, а дочь будет торопиться и есть быстрее, чтобы убежать в комнату и переписывать с темноглазым Валеркой из параллельного класса. И разливается по дому запах счастья смешанный с котлетами.
А вот окна на первом этаже, а там в маленькой однокомнатной квартире шестеро мужчин. спят на полу, на разложенных матрацах и вся квартирка пропахла запахом пота и доширака. Приходят вечером, уходят утром и так каждый день. Гости столицы, как говорят. И зимой и летом на стройке, а потом бегут в банк и судорожно высчитывая процент, отправляют домой все заработанное. А как иначе, ведь пару-тройку лет на холодной стройке под крики "Эй, рукожопый, сюда ходи" и ненавистную одноразовую лапшу и домик с садом, в котором и виноград, и слива, и урюк, а беседка с коврами и столиком, и тандыр во дворе, станет своим. А ради такого домика можно и зиму и ругательства прораба потерпеть. И сны им не снятся, лишь изредка один из них увидит мельком родную Шахнозу, сынишку, услышит шум базара Чорсу и ощутит вкус плова. Но лишь на мгновение.
А в окне на четвертом этаже мягко светит зеленая лампа, висящая над круглым столом. А за столом сидит аккуратная старушка в мягком теплом халате и вязанных валеночках и перебирает открытки и письма, которые бережно хранит в жестяной коробке из под печенья. Это письмо Митенька написал в 43 году, когда она в ухаживала за его мамой, обезноженной после фашисткой бомбардировке. "Нюсенька моя, ты жди меня, мы победим гадину и я вернусь к тебе. Береги маму..."
И он вернулся и счастливо прожили пятьдесят два года, а потом лег спать ее Митенька и не проснулся. Дети взрослые, вот дочь на фото улыбается, обнимая внучка, а за спиной у нее Атлантический океан, а тут сын, серьезный и такой же красивый, как Митя, поблескивая очками где-то в Китае. А она здесь совсем одна, только собачка Фиса в подружках. И некому есть ее фирменный пирог с рыбой, и не для кого достать трофейный немецкий сервиз Мадонна и стол накрыть по всем правилам этикета. Пьет она свой остывший чай и перебирает старые письма, а в ногах тихо сопит Фиса.
А в окне с торца дома за столом сидят мужчина с женщиной и кидают друг другу в лицо страшные обидные колючие слова. Пять лет назад они были счастливы, пять лет назад они встретились и вот пришел момент расстаться. И она давно не любит его, а живет по привычке, да и он уже как год встретил другую. Но ипотека, но чашки-ложки, но мебель, за которую только выплатили кредит держат их вместе, как цепи арестантов. И делят они добро и каждый не хочет уступить. Каждый вечер на кухне фонтан боли и злобы, а потом она убегает рыдать в спальню, а он, хлопнув дверью, уходит во двор и сидит под детским грибком, куря одну сигарету за другой. А дом у них уже мертвый, и холод лезет отовсюду, но они продолжают каждый вечер медленно убивать себя. А если бы она была не так упряма и не требовала всего и сразу, а он был чуть внимательнее и нежнее, то и жили бы сейчас, как пять лет назад.
А вот окно на седьмом этаже, а там счастливая невеста и завтра свадьба. Она постоянно побегает к висящему белому пышному платью и поправляет его, натирает бусины, расправляет юбку. Она готова кричать на весь мир от счастья. И свадьба будет на зависть всем, и много фоток в инстаграмм, а потом и свадебное путешествие. Носится по дому, не зная куда себя деть, а на кухне родители, считают сколько лет они будут платить кредит. а как иначе, ведь дочь одна, крошечка-милашечка, и надо всем нос утереть и показать что живут не хуже других. А что кредит? Да выплатят, работа есть. Ну, подумаешь, немного урежут себя во всем, зато девочка их будет самая красивая и самая счастливая. Только ни невеста, ни родители и не догадываются, что бросит он ее уже через год с маленьким ребенком на руках и уйдет к успешной и чуть постарше, уйдет как лот с торгов за машину и возможность жить красиво. А она так и не окончит университет, и будет злой, уставшей продавщицей в Торговом центре, которая растягивает зарплату от получки до аванса и пытается торговаться на рынке, покупая кроссовки сыну. А по пятницам они с такими же девахами будут ходить в недорогие кафе, нарядившись во все лучшее в надежде, что там они встретят и свое счастье. А счастье обойдет стороной. Но это будет завтра.
А я еду в аэропорт и смотрю на горящие окна, а в каждом окне своя жизнь, своя радость, своя боль. И у меня будет свое горящее окно и все, что сама захочу. Но не сейчас...