– Я больше не обращаю на это внимания. Я понимаю, что не все пишет она, что ей помогают. Тем не менее, она очень много там проводит времени.
Очень давно не читаю. Если бы я не знала, кто это пишет, то, может быть, я бы ей что-то сказала – сказала бы, что она молодец. Так как пишет она не сама, то мне проще тогда позвонить другому человеку и сказать: ты молодец.
– Не кажется вам, что она выросла в этом плане и, может, уже сама пишет?
– Я не такая дурочка, чтобы не понимать. Я просто знаю обоих людей, поэтому мне тут виднее.
Очень часто бывало так, что она «напишет» (показывает пальцами кавычки), а потом ей на эту тему задают вопрос, а она, стоя перед журналистом, уже ответить не может и даже смысл понять не может, о чем идет речь.
– Может, поэтому и возник прошлогодний скандал между Вероникой и пишущими журналистами – когда она отказалась общаться. На чьей стороне вы были?
– В той ситуации я была 100% на стороне журналистов. Для меня было очень странно, что она все это написала. Писала не она. Ты прекрасно знаешь, кто это пишет. И для меня было странно, что человек, который сам журналист...
У меня были мысли, что, может, за каждое интервью с ней люди должны платить? Это единственное, что я могла бы понять в этой ситуации. То, что там было написано, что вы все чуть ли не тупые и приходится все переписывать.
Да для меня большое счастье, когда журналист пришлет то, что он хочет написать с моих слов, и у меня есть возможность это почитать – и мы вместе откорректируем. Значит, у нас есть доверие. А для них это какая-то другая история.
Лучше для наших журналистов было бы просто игнорировать человека и не подходить к ней даже в микст-зоне, ничего не спрашивать. Это самое больное и самое обидное, когда ты становишься никому не нужным.
Я не спрашивала ни у нее, ни у ее молодого человека, в чем там была проблема. Другого (кроме денег) я не вижу, зачем бы ей это было нужно. Либо он один единственный, кто умеет писать, и только ему она будет давать интервью, либо...
– Будучи крутой спортсменкой, она, выходит, такая ведомая?
– Любовь зла, – сказала Вяльбе в интервью РИА Новости.
Вероника Степанова в 22 года учит всех жизни. Но пока получается только раздражать
