У каждого из нас в памяти хранятся забавные яркие картинки детства, проведённого во дворах. Мы вспоминаем песочницы с крашенными многослойными «бортами», где можно было творить чудо из песка с помощью формочек, почти ржавыми турниками, старыми скрипучими качелями. Конечно, у всех были свои дворовые пространства, площадки, соответственно и воспоминания тоже разные. Я помню, как один пьяненький художник, что жил в соседнем подъезде из мокрого песка рано утром вылепил обнаженную девушку, растянувшуюся во всю песочницу по диагонали. Она настолько казалась живой, что мы, дети боялись разрушить, мальчишки смеялись, показывая на интимные части песочного тела, а девчонки стыдливо опускали глаза. На турнике взрослые пацаны крутили «солнце» по очереди, а мы тихо завидовали, не каждый так мог. Уютные тихие тенистые дворики, где на паутине бельевых веревок сушились простыни, напоминающие нам паруса. При сильном ветре представляли себя на палубе пиратского корабля. Сорванцы играли в «казаки-разбойники», лазали по всем лестницам, крышам, чердакам, мальчишки воевали дворами и не пускали чужаков. Лучшими играми стали ножички, когда мы отвоевывали друг у друга «землю». Любили и классики, рисовали мелом квадраты. Самой отличной «биткой» считалась баночка из-под гуталина для обуви. Прыгали до изнеможения. Мы дети весной ели смолу с крыш, как сейчас дети жуют жвачку, грызли зимой сосульки. Когда родители звали домой, не хотелось покидать это счастливое братство вечной игры. Каждый прибегал и просил у мамы хрустящую корку свежего хлеба, натёртую долькой чеснока и посыпанную солью. О, это было лучшим лакомством. Наш дворик был окружен высокой чугунной старинной решеткой. Часами мы бегали вокруг, держа в руке палку или лучше металлический прутик. Стучали по забору словно по струнам, создавая свою музыку. Каждый придумывал, как композитор, свой ритм и заставлял слушать остальных. Мелодий было много, и мы их помнили. Они завораживали своим металлическим звоном, как нам казалось, весёлым и радостным. Можно сказать, чудо, творение души и взлёт. Спустя десятки лет, я попала в город, где прошло моё детство, нашла дворик. К моему счастью, решетчатая ограда сохранилась. Я стояла, прижавшись к нему и тихо грустила. Потом подняла с земли прутик, случайно оказавшийся рядом, и провела по нему. Услышала только глухой стук. Тогда я побежала, ударяя по чугунному литью с завитушками этой «дирижерской» палочкой. Музыки не получилось, только металлический лязг и скрежет. Наверное, я бежала не так быстро или чугун постарел, не хотел звенеть и радовать…