Общепринятое мнение гласит, что потомки крепостных достигли значительных успехов, став основателями самых богатых и успешных родов в России. Это утверждение основано на фактах, однако существуют и серьезные претензии. До 1861 года практически все крестьяне не имели фамилий, а использовали только отчества. Кто ты - сын или дочь Петрова, или сын Ивана - Иванов? Широко распространена была практика присваивания фамилий в зависимости от рода деятельности или внешности. Именно так появились фамилии Кузнецов, Малов, Добронравов.
Кто откуда произошел
Выделить аристократический признак гораздо проще - Оболенские, Волынские, Волконские, не были крепостными. Однако и здесь есть исключения. Необходимо изучить генеалогическое древо конкретного человека с благородной фамилией. В свое время была мода давать крепостным фамилии помещиков.
Потомки крепостных крестьян проживают в России неравномерно. Кто-то давно уехал на тысячи километров от своих родных мест. Например, на казачьем Дону практически не было крепостных, так как здесь была вольница. Однако и по сей день в хуторах под Новочеркасском живут потомки крепостных, которые работали на имении и землях Ивана Платова. Это не характерно для данной местности. Существует записанная история о том, как люди прибыли сюда.
Император даровал Ивану Платову усадьбу, в которую были переселены крестьяне из отдаленных деревень, причем в виде семейных групп. Так появились местные крепостные фамилии.
От низов к вершинам
Многие ведущие политики страны имеют в роду прямых или косвенных предков из крепостных. Их находили у Брежнева, Хрущева и Ленина. Даже Владимир Владимирович Путин по одной из линий восходит к крепостной фамилии XVII века из Тверской губернии. Они были в прямом владении у Романовых, а затем подарены княжескому роду Апраксиных.
Богатейшие династии страны зачастую имеют крепостные корни. Видный ученый, Ирина Супоницкая подробно исследовала этот момент. Еще до отмены крепостного права, примерно 40% крестьян платили лишь оброк в товарной или денежной форме. Крепостной имел определенную степень свободы, никто не лез в его дела, была возможность организовать свое дело. Главная задача — своевременно платить оброк. Предприниматели, купцы и богачи выросли именно из оброчников.
Инновации в промышленности дали шанс практически каждому. Например, знаменитые ткацкие мастерские Иваново были основаны крепостными, которые платили оброк Шереметевым. Известный путешественник из Франции – Астольд де Кюстин, описывает свое видение России и крепостных. Они были настоящими рабами-миллионерами. На нижегородской ярмарке он знакомился с крепостными-предпринимателями. Они плохо ориентировались в законах, едва могли читать и писать, но их сметливость, прогрессивное мышление становились залогом успеха предприятия.
С возможностью выкупа по вольной, многие платившие оброк крестьяне стали известными на всю страну купцами. Журнал Forbes поместил в 1914 году род Морозовых на 6-ю строчку рейтинга финансовых состояний Российской империи. Удивительно, но менее 200 лет назад, в 1821 году Савва Васильевич Морозов (основатель рода и дед известного нам мецената Саввы Тимофеевича Морозова) выкупил себя и семью из крепостных. Известный каждому бренд Smirnoff также уходит корнями в эпоху крепостничества. Петр Смирнов выкупился в 1857 году, а затем стал водочным королем всей Империи.
Впрочем, неверно считать, что большинство зажиточных и купеческих родов вышли из крепостных. Нет точной статистики, однако можно примерно оценить масштабы используя «Десятую перепись крепостного населения от 1861 года». Согласно собранным данным насчитывалось 23 069 631 крепостная душа из 67 081 167 человек, населявших Империю. Большая часть крестьян проживала на европейской части, в губерниях: Смоленской, Калужской, Тульской.
Статистически наибольшие шансы были у крепостных из европейских территорий России. Тут наибольшая концентрация люда, различные программы поддержки новых дел и начинаний, которые давали больше шансов преуспеть откупившемуся крестьянину. Минимальные возможности существовали в средней Азии, Сибири и на Дальнем востоке. Любые начинания там, как правило, терпели крах или становились добычей богатых промышленников и купцов.
В целом, практически у каждого россиянина наверняка найдется крепостной предок. Лишь малые народы страны, а также латыши и эсты избавлены от этого. Боевой генерал и главный жандарм Империи Бенкендорф говорил в сердцах – «На всю Россию лишь народ победивший Чудовище (Наполеона), русский народ, крестьянство все еще находятся в состоянии рабства».