- Анька, доча, скорее сдавай свою сессию и к нам на каникулы! А то совсем городская стала, ишь, носа даже не кажешь в родные края – Людмила Петровна, стояла посреди огорода в двадцать четыре сотки и, опираясь на тяпку, разговаривала с дочерью по телефону.
- Мам, я хотела на каникулах подзаработать… - несмело промычала в трубку Аня.
- Вот тут и поработаешь! Или ты думаешь, что работы на тебя не найдется? Огород поднимать будем, вон отец три гектара буряков взял на прополку, сарайку почистим от навоза, силос в ямы закидать нужно, чтоб забродил к зиме. Курей резать будем в августе да козлят выхаживать, Милка то брюхатая опять, в общем найдем, чем тебя занять.
- Мам, я имела в виду денег заработать, а не работу, как таковую…
- Ишь ты, зачем тебе деньги?! Тебе что, питаться нечем? Мы ж с Кондратьевым, тебе две недели назад сумку с тормозком передавали, не довез, гад? Ополовинил? – Людмила Петровна аж захлебнулась от возмущения.
- Мам, довез все Кондратьев, не переживай! Сало с мясом даже разморозиться не успело! Спасибо большое! Но мне деньги не на еду нужны, я хотела пальто красивое на осень купить или сапоги на зиму, опять же в клуб с девчонками сгонять, а для этого деньги нужны… - Аня запнулась, сообразив, что сболтнула лишнего.
- Чего это? Какой такой клуб? С кем это ты собралась? Клубы – это ж такие, в подвалах, которые… Там еще полуголые девицы на шестах танцуют? Да поза углам обжимаются пары нетрезвые? Ты с ума сошла, дочь? – мать отбросила тяпку и схватилась за сердце!
- Мам, ты что? Поза углам обжимаются нетрезвые – это наши деревенские после покоса! Каждый вечер наблюдаем, как только день заменьше ночи становится. – Аня то ли успокаивала, то ли укоряла маму – а еще я хотела, в августе, на недельку поехать на море посмотреть, я ж ни разу не была на море…
- Зачем тебе на море? У нас река имеется! Широка да глубока, как в песне, или ты чего задумала? Курортный роман, небось на уме?- Людмила Петровна прищурилась, как от солнца.
- Мам, я просто хочу увидеть море, вдохнуть свежести морской. Позагорать, приобрести шоколадный загар, отдохнуть перед учебой.
- Так тут и отдохнешь! Приезжай доча! С Зойкой, одноклассницей своей, на крыше позагораете, у нее, как раз отпуск будет, она ж к нам на ферму устроилась подсобницей, после того как из института отчислилась, я тебе рассказывала? Не смогла, говорит, жить в райцентре, разврат там один, испугалась, что испортят ею там. Одним днем отчислилась! Представляешь, вот чистая душа!
- Ага… Просто зимнюю сессию не осилила, недоучка она, мама. Вот свиньям пусть теперь хвосты крутит, разврат её пугает, ой, не могу – Аня заливисто рассмеялась в трубку – а на крыше голяка загорать – не развратно ей?
- Так она ж в трусах, вроде… - замялась Людмила Петровна и попутно оправдала бывшую одноклассницу дочери – зато загар ровно ложится! И роман у неё вот-вот завертится, не хуже курортного, да-да! Юрку помнишь?
- Это того, который боится закрытых помещений? Из параллельного? – Аня напрягла память
- Ага, того самого! Клаустрофобия у него, доча. Даже официальный диагноз имеется. Он даже в клозет с открытой дверью ходит… - Задумчиво произнесла Людмила Петровна – О чем это я! Так вот он за Зойкой и ухлестывать начал, кабачки с материного огорода таскает и пионы тырит, да под окна ей складывает.
- А Зойка чо? – заинтересовалась Аня
- А чо? А ничо! Хвостом крутит, титьками кверху загорает, аккурат напротив окон Юркиных или огород пропалывает *опой к егошному забору. А тот хоть и болезный, но мужик нормальный, руками не трогает, любуется только. Он же даже не пьет, представь! Но на Зойку пока только реагирует, что пионы с кабачками таскает.
- Ну дела? – удивилась дочка
- Ато, тут страсти, похлеще Дома два, шо по телеку! Приезжай доча! А коли курортного романа захочешь, так тут подберешь себе кого, охотных много серед молодежи, обрюхатят – опомнится не успеешь! – Людмила Петровна захохотала в трубку.
- Мама!
- Шучу, конечно! Короче, шо там у тебя осталось? Философия? Ну так сдавайся и дуй на автостанцию, отдохнешь – по самое не балуйся – это мы тебе с отцом гарантируем! – Людмила Петровна отложила телефон, подгребла подол халата, чтоб ноги загорали, и продолжила пропалывать участок, пока сорняк молодой да податливый.
