Аграфёну в селе безликой кликали, а всё потому-что, когда-то далеко в детстве, не усмотрела за ней старая её прабабушка и маленькая Аграфёна перевернула на себя горячий, только из печи, чугунок со щами.
Причём получилось так, что бОльшая часть этих самых щей попало девочке на лицо и оттого образовался шрам, закрывающий его добрую половину.
Поправиться Аграфёна поправилась, но вот отметина та осталась на всю жизнь, как будто стерев половину её лица. За это и получила Аграфёна прозвище Безликая.
Маленькой, девочка своего отличия не очень-то понимала, а вот как подросла людей стала сторониться, а уж на парней и вовсе не глядела.
Да и они её не жаловали.
Смеялись, да обзывали.
Только лишь один друг был у Аграфёны, Илюша.
Парнишка тот был не от мира сего. В селе его и вовсе дурач.ком кликали, но Аграфёне с ним легко было, просто.
Илюша её уродства не замечал, а порой, глядя куда-то вдаль, поглаживал пальчиком шрам девушки и мечтально говорил.
- Свезло тебе, Аграфёнушка. Тебя Боженька отметил, ты теперь святая... А я знаешь? Я в детстве утоп, а как затаилось у меня дыхание так я Божий свет увидел. Думал, пойду туда и хорошо мне станет, но не приняли меня туда... Видать Боженьке я на этом свете нужен был... Зато знаешь, Аграфёнушка, я теперь людей по другому вижу. Вот ты, к примеру, святая, а бабка Романиха дюже злая и Полька их злая, и Семён, и мамка с папкой у них злые! Плохие они люди, Аграфёна, нехорошие! А ты... Ты хорошая. Людям помогаешь...
Аграфёна эту историю слушала не раз и всегда смеялась.
- Да чем же я им, Илюшенька, помогаю? Они меня словно чёр.т ладана боятся, стороной обходят. Да и не Бог меня вовсе пометил, а бабушка не доглядела, я же говорила тебе уже. Так что, Илюша, ошибаешься ты. Ни нужна я людям, мамке с папкой только нужна, да братьям своим... А больше никому, Илюша...
Илюша на такие слова подруги начинал злиться, топал ногами, руками размахивал да кричать начинал.
- Неправду ты говоришь, Аграфёна! Тебе Илюша сказывается, что нужна ты, значится нужна! А отметинка эта? Так это Боженька, а никакая ни бабушка! Он так сделал, чтобы счастье тебе большое дать! Не затерялась ты чтобы среди злых людей!
После таких разговоров, Аграфёна старалась отвлечь Илюшу, сделать так чтобы он забылся и переключился на что-нибудь другое.
Обычно это у неё выходило, но иногда Илюша злился до такой степени, что уходил, но совсем скоро отходил и возвращался...
Примечательно было то, что Аграфёна и Илюша родились в один год и были словно с разных планет, но при этом общий язык находили словно брат с сестрой...
Обычно Аграфёна и Илюша сидели на берегу реки, в укромном месте, подальше от людских взоров.
Сидели чаще вечером, когда Аграфёна управлялась по дому, а работы у неё было много всегда.
Нужно было помочь матери, приглядеть за младшими и вообще, делов было не перечесть, как всегда в деревне или селе...
Наверное, так бы и прожила Аграфёна с матерью да отцом, но случилась в их селе большая беда.
Сгорел целая семья, в живых остались только двое маленьких деток, которых успела вынести из дома их мать, но сама она ожогов не пережила и помер.ла на следующий день.
Отца у деток не было, сгинул когда дети были совсем маленькими, так и тянула близнят их мамка.
Родственники у них конечно были, но как случилась беда так и затихарились.
Иметь в семье два лишних рта ни кому не хотелось, а ждать когда дети подрастут и помогать в хозяйстве станут, было дорого и накладно...
Неизвестно как бы сложилась судьба деток, если бы не упала Аграфёна в колени родителям.
Они ведь тоже приходились дальними родственниками погиб.шей семье, вот и взмолилась Аграфёна, чтобы забрали мать с отцом ребятишек к ним.
Те поначалу отнекивались, но душа у них, как и у дочери, была сердобольная поэтому вскоре, малыши оказались у них дома.
Единственным условием родителей было, что Аграфёна сама будет смотреть за приёмышами, так как были те ещё очень малы.
Всего-то полутора лет от роду.
Аграфёна за это дело взялась с великой радостью, особенно нравилось ей нянчиться с Машей, девчушкой из двойни, тем более, что Мирон, второй малыш, очень хорошо сошёлся с братьями Аграфёны и теперь целые дни проводил с ними...
С Машенькой Аграфёна возилась целый день, каждую свободную минутку посвящая малышке.
Она ей была даже больше чем сестрёнка, скорее Аграфёне Машенька стала дочерью, которую она уже и не чаяла иметь.
Впрочем, Мирошу она тоже очень любила.
Порой, с малышами ей помогал сидеть Илюша.
Играл с детками, веселился, ловил вместе с ними кузнечиков, а потом строил им дома.
В общем, всегда находил занятия которые были интересны детям...
С появлением детей жизнь у Аграфёны изменилась полностью.
Она стала видеть красоту в том, в чём раньше не замечала и теперь даже самый обычный воробей вызывал у неё какое-то странное чувство, такое кое раньше ей было недоступно...
Время шло, вместе с ним росли малыши и приносили в жизнь Аграфёны новые, раньше не изведанные ощущения...
Аграфёна, впервые за долгие годы, чувствовала себя счастливой и мечтала, что так будет всегда, но жизнь штука непредсказуемая и она решила устроить женщине ещё одно испытание.
Как то утром, во двор к Аграфёне забежал Илюша.
Был он взбудоражен и поначалу Аграфёна ничего не могла понять из его спутанного рассказа, а когда поняла то побледнела и схватившись за сердце, опустилась на скамью.
Оказалось, что рано утром в село вернулся отец Машеньки и Мирона, но на месте своего дома застал только пустое место.
Естественно, что люди рассказали Матвею, всё что случилось и теперь он направлялся к дому Аграфёны для того, чтобы забрать своих детей и покинуть село, где его больше ничего не держало.
Илюша только закончил рассказ, а Матвей уже входил во двор.
Аграфёна, как увидела его, так и кинулась к нему в ноги, умоляя не забирать ребятишек.
Матвей опешил, а потом поспешил помочь женщине подняться.
Он видел, что отношение Аграфёны к его детям искреннее, а дети?
Дети его забыли и он сам был виноват в этом. Хотел найти лучшей жизни для своей семьи, но не вышло.
Заигрался...
Решил тогда Матвей, что пока оставит детей у Аграфёны. Мол, пусть попривыкнут, но попросил её разрешение навещать их.
Аграфёна естественно согласилась. Больше ей ничего не оставалось...
Матвей приходил часто.
Играл с детьми, нередко помогал отцу Аграфёны в мужских делах, а ещё стал он поглядывать на Аграфёну.
Посматривать, как мужчина смотрит на женщину.
Та этого не понимала. Вернее даже не могла предположить, что такое может быть...
Год ходил Матвей в дом Аграфёны, а потом, неожиданно для всех, попросил у её отца позволения взять его дочь в жёны.
Аграфёна, как узнала то, плакала. Думала, что из-за детей берёт её Матвей, но даже если так, то она была готова на всё.
Только бы не потерять Машеньку и Мирона ...
Матвей, Аграфёна и дети стали жить вместе и совсем скоро женщина поняла, что Матвей действительно относится к ней как к женщине, а не только как к няньке своих детей.
Только одно не понимала Аграфёна. Как может Матвей жить с ней? С Безликой?
И однажды она напрямую спросила об этом у Матвея.
Тот рассмеялся, обнял женщину и сказал, что совершенно не замечает её шрамов, потому-как душа её светится и не даёт рассматривать её отметины...
Матвей и Аграфёна прожили долгую жизнь.
Отстроили свой дом, род.или ещё двоих ребятишек и никогда Матвей не попрекнул жену ни словом, ни делом.
Как и пророчил Илюша, Аграфёна прожила хорошую, счастливую жизнь.
А что же сам Илюша?
Он ходил в дом к Матвею и Аграфёне довольно долго, а однажды не пришёл.
Оказалось, что по.мер он.
Помер на том самом месте где любили они с Аграфёной раньше сижевать.
Тихо ушёл Илюша, никого не беспокоя.
Счастливый ушёл...
Его так и нашли. С улыбкой на губах...
Словно нашёл Илюша, наконец-то свой берег. Нашёл, как нашла его Аграфёна.
Всем спасибо за внимание, комментарии, подписки и лайки.
Благодарю от всей души!