Два года назад в это время я жила в Москве в комнате съемной двушки. Двушки, далекой от совершенства, как бы мы с соседками ни старались ее обуютить. Всё как у многих понаехавших: тараканы, старая мебель, доисторический холодильник, рваные по плинтусу обои.
Я привыкла, конечно, потому что на большее не было денег. И параллельно клевала себя, что как же охота иметь своё жилье, как охота что-то изменить в жизни, потому что и работа уже стала удаленной — работала я из комнаты, и всякие путешествия стали то ли менее возможными, то ли менее желанными. И с отношениями не заладилось. Я дожила до того, что ходила гулять по своему району до магазина. И всё. И зачем тогда это всё здесь, в Москве, городе возможностей, когда сама ты из себя полная невозможность и вялость?
Конкретно скуксилась.
И не сразу, но в итоге приняла решение уехать на родину в станицу. Не решалась, потому что это казалось мне шагом назад, проигрышем. Но оставаться было еще хуже. И я уехала.
Я конечно тогда еще не знала,