Когда я рассказывала историю об обретении кошки-Фисеки, я обещала читателям повесть о втором герое моего романа - собаковине Михаиле, и о том, как упрямство способно сотворить чудо исцеления, причем решительно и бесповоротно, хоть и без применения сверхспособностей.
Речь сегодня пойдет о чёрном джентльмене, благородно служащим периной для юной кошки.
Год 2019, конец января, я обитаю в своем подмосковном домишке, возвращаясь со страшно престижной и столь же остокомарившей работы таким поздним вечером, что даже любители всяческих безобразий к этому часу уже расходятся по домам или ищут приключений в гораздо более теплых местах. Ночь, мороз, сугробы, пустая электричка и одинокая я, двигающаяся среди белого безмолвия в сторону дома.
Безмолвие оказалось обманчивым, ибо, заслышав мои шаги, в сугробе кто-то принялся надрывно плакать. Прямо плакать-плакать-плакать, а таких звуков не переношу настолько, что несусь прямо на звук по сугробам, забыв, что в одной руке у меня "приличная" сумка "а-ля деловая леди", а в другой - сумища с провиантом. А нечто плачущее черное по сугробам же пытается уползти от меня, потому что скриплю снегом я страшно и дышу при этом громко, сквозь зубы произнося словосочетания, характеризующие мою любовь к приключениям и их причинам гораздо сильнее, чем сами приключения.
Сумки в сторону, бросок мангуста, и... в руках у меня оказывается совсем мелкий щен, размер и состояние правой передней лапы которого даже при недостаточном освещении рождают во мне подозрение, что плач щенка не только одиночеством и холодом вызван. Поэтому добыча отправляется в сумищу к продуктам, и я, уже много бодрее, рысирую к дому.
Дома выясняется, что сын собаки побывал в руках человека, не заслуживающего ни этого звания, ни наличия рук вообще.
Собакину с неизвестной целью пытались отрезать стопу, но взяли выше сустава, повредили ткани и сухожилия до кости и лапа уже опухла, превосходя толщиной мою руку, а посему я приступила к срочной санобработке, надеясь, что в наступающую субботу я добегу поутру до ветклиники, а там уж специалисты помогут окончательно.
Бульон с курицей, утешение от котов и гостеприимство старших собак сделали своё дело - мелкий поел, и затих, похныкивая во сне. А вот суббота меня не порадовала, потому что в ветеринарке мне сказали, что найденыша надо усыпить "чтоб не мучался". Пожелав эскулапам "всего хорошего" (и нехорошего гораздо обильнее) я пошла в аптеку.
Начался второй этап операции, под названием "сам себе ветеринар".
С понедельника по пятницу встать в 4 утра, промыть, обезболить, перебинтовать, уколоть антибиотик, покормить, убраться за всеми, кто в доме.
И двигать на работу.
Вечером - та же песня, поэтому сплю 4 часа, но без сновидений. Опухоль начинает постепенно спадать, рана затягивается, щен пытается опираться на лапу, и на вторую неделю совместной жизни я обнаруживаю этого сына собаки вместе с котом у себя на голове (кто кого подсаживал, не ясно, но кровать высокая).
Через три недели дети заподозрили неладное, потому что при сеансах видеосвязи я в открытую клевала носом, ну и нога, а так же жизнестойкость обретенной животины уже не вызывали мыслей о печальном финале, так что я "раскололась".
Теперь это уже взрослый собак, любитель котов (правда, и погонять их может, но любя и исключительно для променада обеих сторон), и он страшно не любит всех представителей мужского пола, в особенности - гостей из Средней Азии. Нога осталась кривой, т. к. зашивать сухожилия я не умею, а ветеринара, который рассказал, что это, в принципе, возможно и даже не слишком дорого я встретила слишком поздно.
Шкода, обжора и чудовище, но зато он умеет выкапывать ямы и открывать двери, ловко орудуя этой своею "криво отфотошпленной" лапою. А еще Миша умеет приобретать друзей, вынуждая меня заводить этих самых друзей, беря их в дом и на содержание, но это уже совсем другая история.
НепоДзензурное традиционно тут:
https://vk.com/public199851025
или тут
https://old-venefica.livejournal.com/
Сарказм в уксусе, йад с перцем, окололитературные изыскания и прочие деликатесы, взращенные на отечественных реалиях.