Алина после случайной встречи с отцом, которого не видела около двадцати семи лет, на работу больше не поехала. Не было ни желания, ни сил. В голове постоянно возникало его лицо, его нежный взгляд, направленный на Полину. В этой жизни вообще есть справедливость? Как можно любить дочь от второго брака и полностью вычеркнуть дочь от первого?
Алина вернулась домой, открыла дверь, тихо разулась, прошла на кухню и села на диван. Как будто где-то вдалеке она услышала: «Алин, привет. С тобой всё в порядке?». Алина словно проснулась или вышла из гипноза, повернула голову и только спустя пять минут сидения на одном диване с Пашей, увидела его. Она села рядом с ним и даже не заметила, все мысли были только об одном, а перед глазами отец. Паша дотронулся до её плеча и с волнением смотрел в лицо, заглядывал в глаза. Кожа у неё была бледная, глаза стеклянные. Паша переместил свою руку с плеча на запястье и уже проверял пульс, когда Алина наконец на него отреагировала.
- Привет.
- У тебя всё в порядке? Ты нормально себя чувствуешь? Что-то случилось?
- Эмммм. Да. Всё в порядке. Я сегодня случайно встретила отца. Ты представляешь проводила показ квартиры одной девушке, пришёл её папа, чтобы тоже всё проверить… И ты представляешь это был он… Мой папа. Не только её.
- Ты уверена?
Алина скривила лицо.
- У нас одна фамилия, его зовут Анатолий. И это лицо я узнаю из миллиарда людей.
Паша кивнул. Да. Он периодически наблюдал как Алина в трудные или грустные моменты открывает книгу и смотрит на фотографию с отцом, которая там лежала. Она не переместила эту фотографию в фоторамку или фотоальбом, а держала её в книге, как что-то тайное, личное. Алина могла долго её разглядывать, как будто искала ответы на свои вопросы, но никогда не находила.
- И что ты ему сказала?
Алину ухмыльнулась. А что она могла сказать человеку, который её бросил и никогда не вспоминал, кажется, даже не узнал.
- «Я вам пришлю список документов, который необходим для проведения сделки. Рада знакомству и что вы нашли то, что искали».
Паша от удивления выдвинул голову и плечи немного вперед и раскрыл ещё шире глаза, одним только этим жестом как бы спрашивая: «Чего?». Алина покачала головой.
- А что я могла ему ещё сказать? «Привет, а я кстати тоже твоя дочь. Помнишь меня?».
- Проведу сделку и забуду о них. Жила же я без него как-то раньше.
- Не хочешь у него что-нибудь спросить, раз появилась такая возможность?
- Нет. Чтобы он ни сказал, разве этому есть оправдание? Что он ответит? «Я создал другую семью, у меня всё прекрасно. Мою жизнь ничего не омрачало до встречи с тобой. И зачем ты только появилась?». Если человек не искал встречи со мной зачем навязываться?
Алина встала с дивана и глубоко задышала. Надо прийти в себя и не придавать произошедшему значения. Обычная квартира, обычные покупатели. Она, пытаясь отвлечься, открыла холодильник, достала продукты и сменила тему.
- Что скажешь на счёт плова? О! Или я могу приготовить лапшу, как в Rapido. Курица, свинина, лук, перец, морковь, яичная лапша и посыпать всё кунжутными семечками.
Паша кивнул, понимая, что пытаться продолжать разговор бесполезно. Алина всегда так делала, когда ей было больно. Хоронила боль в глубине души, закапывая поглубже и не давая никому добраться до сути, до истинных эмоций, даже самой себе.
- Лучше лапшу. Давай помогу.
Паша мыл овощи, Алина обжаривала мясо. Через сорок минут лапша как из ресторана была готова. Паша зажмуривал глаза от удовольствия.
- И почему ты так редко готовишь? Это же шедевр.
Алина поцеловала его в щёку в благодарность за комплимент.
- Потому что я постоянно на работе.
Когда на тарелке осталась ровно половина, на телефон Алины раздался звонок. Восемь вечера, но она уже давно привыкла к подобным звонкам. Многие клиенты звонили в удобное для них время, считая, что риелтор не спит, не отдыхает, а постоянно бдит, ждёт пока они позвонят, радуется, когда это происходит, полный энтузиазма. К незнакомым номерам она так же привыкла, периодически приходилось наталкиваться на спам, но что с этим можно поделать?
- Алло.
На том конце трубки несколько секунд молчали и Алина уже хотела повторить, но вдруг раздался голос, который с сегодняшнего дня успел запасть в душу.
- Добрый вечер, Алина. Это Анатолий Геннадьевич мы сегодня с дочерью… С Полиной… смотрели квартиру.
- Да. Я помню. Передумали покупать или какая-то проблема с документами?
- Нет. Я бы хотел встретиться и поговорить с вами лично.
- Хорошо. Давайте назначим встречу на завтра, в два вам будет удобно?
- Эммм. Не сочтите за наглость, но я хочу увидеться сегодня.
Хм. Что за срочность? Если бы не любопытство, Алина бы отказалась. Но сейчас ей и самой хотелось с ним встретиться и узнать о причине. Хотелось бы чтобы это было личное, но она боялась в это верить. Вдруг она придёт, а он станет уговаривать придумать причину и отказать его дочери в проведении сделки по какой-то причине. Не хотелось бы снова разочаровываться.
- Хорошо.
- Я за вами заеду. Напишите адрес.
- Хорошо.
Алина сбросила адрес и застыла над тарелкой. Паша, который успел всё умять и собирался за добавкой поинтересовался.
- Опять клиенты?
- Да. Я выйду ненадолго.
Паша, привыкший, что Алина может сорваться в любой момент и броситься показывать объекты недвижимости потенциальным покупателям, кивнул.
- Ага.
Анатолий Геннадьевич был у дома Алины через тридцать минут. Алина спустилась и увидела, что он наворачивает круги у подъезда. Вышел из машины, не стал ждать в ней. Очевидно, что ему не сиделось.
- Добрый вечер. Прошу прощения за поздний визит.
- Ничего страшного. Что за срочность?
- Может поужинаем?
- Спасибо, я только что поужинала. Могу просто составить вам компанию, если разговор предвещает быть долгим. Или мы можем обсудить все волнующие вас вопросы на месте.
Анатолий Геннадьевич кивнул много раз как болванчик.
- Когда у вас День Рождения?
Ну, не совсем то, что ожидаешь услышать от клиента, но неплохой вопрос от отца, который тебя не видел много лет и теперь сомневается ты ли это.
- Первого марта.
После ответа Анатолий Геннадьевич застыл.
- А маму зовут Жанна?
Алина вздохнула, собираясь мыслями, пытаясь понять, что чувствует. Радость? Нет. Злость. А что ещё можно чувствовать к этому человеку?
- Если ты пытаешься понять твоя ли я дочь. То да. Это очевидно, у нас одна фамилия, у меня твоё отчество (хоть что-то оставил после себя кроме фотографии), и мы чертовски похожи. Да что-то там. Я просто твоя копия, но в женском обличии.
Анатолий Геннадьевич заулыбался.
- Да. Я когда тебя увидел, чуть не упал. Просто невероятно. Я сразу понял, что это ты. Просто решил проверить. Вдруг пристану: «я твой отец», а всё окажется злым совпадением.
Алина слушала его и молчала. А что можно ответить на его тираду? Что он вообще хочет, зачем пришёл? Анатолий Геннадьевич, не получив ответа, продолжил чуть менее радостно.
- Я сегодня бы не смог заснуть, если бы тебя не увидел и не выяснил это. Как у тебя дела?
Алина злилась ещё больше. Что всё так просто? Двадцать семь лет вообще не появлялся на горизонте, не подавал признаков своего существования, а теперь: «как дела?».
- Какая разница? Столько лет не интересовался, мог бы столько же лет продолжать делать тоже самое. Мог бы сделать вид, что не узнал и ничего не понял. Было бы проще.
Она ухмыльнулась.
- У тебя кстати с фантазией большие проблемы. Старшая и неугодная дочь Алина, а вторая Полина… Мог бы вообще её назвать «Алина – улучшенный вариант. Нормальный образец. Не выбрасывать из жизни, как предыдущую».
Улыбка исчезла с лица отца. Он не ожидал подобную негативную реакцию, в квартире Алина показалась очень спокойной.
- Ну, зачем ты так?
- А как надо? Броситься к тебе с распростёртыми объятиями? Извини, но я не буду. Очень хорошо, что мы всё-таки встретились, потому что я наконец-то могу сказать, как сильно тебя ненавижу. Ты отвратительный человек.
Анатолий Геннадьевич молчал, Алина развернулась и собралась уходить, думая, что завтра передаст этот объект Лиле.
- Постой. Я отвратительный человек? Ты же сама не хотела видеться.
Алина замерла на месте.
- Что?
- Твоя мама сказала, что ты не хочешь меня видеть.
- И ты поверил? Мне было три с половиной, когда вы развелись! Как я могла такое сказать?
- Не знаю. Она сказала, что ты переживаешь, для тебя удар мой поступок, что для тебя будет лучше со мной не общаться и не получать новые травмы.
- Понятно. Ты получил повод, больше не заботиться о ребёнке, завёл новую семью и жил припеваючи все эти годы. Ничего тебя не смущало.
- Нет. В первое время я пытался тебя увидеть, но меня не пускали. Твоя мама постоянно находила новые причины. А потом у тебя появился отчим, она сказала, что ты его любишь, называешь папой, и чтобы я не лез. И я подумал, что раз дела обстоят подобным образом то действительно лучше самоустраниться. Но я все эти годы думал о тебе.
Алина была в шоке. И её охватил какой-то ужас от лжи и поступка матери.
- Отчима папой? Да, он запретил мне это делать! Я его называю исключительно по имени, как совершенно постороннего человека, каким он по сути мне и является. Да, я по отношению к себе от него ни одного хорошего слова не слышала, только подзатыльники получала и удары покрепче. Я в собственном доме была как в тюрьме и чувствовала себя лишней и нелюбимой, особенно в сравнении с Ниной. Мне всю жизнь приходилось всё отвоёвывать, ничего не доставалась легко и просто так.
Алина остановилась и закрыла лицо руками. А Анатолий Геннадьевич застыл в ужасе от услышанного. Он жил и представлял, что у дочери всё хорошо, но как же он заблуждался. Почему он поверил первой жене? Алина как будто ответила на его мысли. Она покачала головой и не стала смотреть с большей нежностью.
- Даже если она так сказала, это не снимает с тебя ответственности. Ты мог был ждать меня у садика, посмотреть на реакцию, поговорить. Мог бы попробовать встретиться в более взрослом возрасте. Обратиться в суд наконец! А ты не сделал ничего! Может для Полины ты и папочка, но лично для меня ты отвратительный отец и ужасный, бесчувственный человек.
Анатолий Геннадьевич кивнул. После услышанного он был с этим согласен. А потом с надеждой спросил.
- А подарки от меня ты получала?
- Какие?
- Ну, домик для кукол, заколки, платьица всякие, а потом, когда тебе восемь было я привёз и оставил твоей маме на работе велосипед с гудком и корзиной спереди.
Алина готова была разрыдаться.
- У меня никогда в жизни не было велика, но я очень о нём мечтала…
Да. Мама Алины переплюнула всех гадюк в жизни дочери. Была самой главной. Лгала отцу, препятствовала встречам и даже не передавала подарки. Куда она дела велосипед? Продала? Отдала? Выбросила? Могла бы хотя бы сказать, что это от неё и отдать дочери, ведь она знала, как сильно Алина о нём мечтает… А ещё она прекрасно знала, что та скучает по папе, но просто запретила о нём говорить и даже просто произносить его имя.
Алина не смогла сдержаться и разрыдалась, а папа подошёл и просто обнял её. На секунду Алина почувствовала себя маленькой девочкой, которая находится в безопасности и что её любят. Даже несмотря на то, что она только что наговорила много неприятных вещей. Безусловно.
💖Если у вас есть желание поддержать меня как автора, моё творчество, статьи подарили приятные эмоции, вы можете перечислить чаевые на карту 5469 3800 5350 3479 Оксана Алексеевна Л. Всех возможных и невозможных вам благ и хорошего настроения. Спасибо.😊
Предыдущая статья, связанная с этой.