Фильм "Д’Артаньян и три мушкетёра," бурлящий жизненной энергией и обрамлённый великолепными музыкальными композициями, сильно возбудил умы советских мальчишек в 80-х. Среди ребят стали популярны игры в мушкетёров, фехтование палками во дворе, где дети делились на мушкетёров и гвардейцев кардинала. Поскольку все хотели быть мушкетёрами, приходилось меняться и по очереди становиться презренными гвардейцами кардинала. С возрастом симпатии переклонялись в сторону рассудительного кардинала с его шармом и магнетизмом, в ущерб сумасбродным мушкетёрам.
Знаменитый романист Александр Дюма создал по-настоящему могущественный образ. Однако его кардинал Ришелье представляет собой достаточно тёмную личность. Он опутал всю Францию своими интригами, управляя королем как марионеткой, и действуя из личных, а не государственных интересов. Например, в случае с подвесками, кардинал стремился разоблачить связь королевы с герцогом Бекингемом из-за обиды, что королева отвергла его ухаживания.
Созданный автором образ соответствует тому, каким видели кардинала его современники. В глазах Франции Ришелье был зловещим кукловодом, превращающим короля в свою марионетку. Однако король Людовик XIII не был беспомощным, как его изображали в экранизациях, и не позволял никому манипулировать собой. Он приблизил Ришелье, так как их взгляды на будущее Франции полностью совпадали. Вместе они проводили жёсткую политику централизации власти в руках короля.
Усиление власти короля резко ослабило влияние феодальной знати и повлекло за собой дорогостоящие реформы, что увеличило бремя налогов для населения и создало угрозу формирования оппозиции среди знати и народных восстаний.
Чтобы сохранить чистую репутацию короля, непопулярные меры власти приписывались кардиналу, не королю. Это привело к тому, что Ришелье стал мишенью для ненависти дворян, особенно в связи с эдиктом о запрещении дуэлей. Хотя король подписал указ, все знали, что инициатором был кардинал, и именно он осуществлял наказания за дуэли. Таким образом, эдикт ассоциировался с Ришелье, привлекая неприязнь дворян, которые были чувствительны в вопросах чести.
Когда раскрыт заговор маркиза де Шале, цель которого была устранить Ришелье, король выделил кардиналу для личной охраны гвардейцев. Они стали костяком кардинальской гвардии. Изначально в кардинальской гвардии было 50 конных аркебузиров, но позднее их число выросло до 420 человек, включая легкую кавалерию и мушкетёрскую пехоту.
Королевские мушкетёры были менее многочисленными, всего 150 человек. Несмотря на их элитное положение как личной охраны короля, они получали значительно меньшее жалование, чем гвардейцы кардинала. К тому же, кардинал полностью оснащал своих гвардейцев, в то время как королевские мушкетёры получали из казны только мушкеты, коня , обмундирование и шпагу они покупали, и содержали, за свой счет.
Королевские мушкетёры в большинстве своём происходили из Гаскони. Гаскония – это гористая местность с небольшим количеством плодородных угодий, зато здесь обитала многая, хоть и бедная, но гордая и воинственная дворянская знать. Большинство же гвардейцев кардинала были из Бретани, французской провинции на северо-западе страны. Бретань была намного богаче Гасконии, и люди кардинала, ещё и получали финансовую поддержку от своих семей. В то время как гасконская знать склонялась отправлять своих средних и младших детей на военную службу, забывая о них.
Естественно, такие социальные различия отразились и на отношениях между королевскими мушкетёрами и гвардейцами кардинала. Неудивительно, что, когда члены "королевской кремовой элиты" собирались в трактире, им приходилось делить одну кружку пива на четверых, в то время как представители кардинальской гвардии могли наслаждаться бургундским вином в компании барышень и изысканных закусок. Такие различия, конечно же, вызывали неприязнь и зависть. В результате неудивительно, что между королевской и кардинальской охраной время от времени возникали стычки.