В среду у на работе был праздничный фуршет. Еды было много разнообразной, удержаться было сложно. Я поела и пиццу, и сэндвичи, и тортики. Взяла немного к рабочему месту. Позже ещё коллега угостила тортиками, так что до вечера я чувствовала тяжесть в животе. На ночь съела инжир и пару кусочков шоколада с орехами.
Ночью сильно заболел живот, по большей части справа. Никак не могла заснуть, как ни старалась. Сходила в туалет, хотя даже желания не было. Начало знобить, я надела свитер. Где-то часа в 3 ночи заснула до утра. Утром живот всё ещё болел, но не так сильно. Боль локализовалась справа от пупка. С одной стороны, уже не так сильно болело, так что можно было и на работу пойти. С другой стороны, раньше так не болело, а никаких понятных причин не было (например, признаков отравления). Я решила проконсультироваться по номеру скорой помощи. Меня связали с врачом, он расспросил про характер боли, место, продолжительность и интенсивность. Сказал попробовать выпить ношпу: если поможет, то не переживать, а если не будет эффекта в течение часа — стоит вызвать скорую помощь. Я выпила ношпу и через час вызвала скорую помощь. В скорой меня пощупали и решили, что пора мне собирать шмотки и ехать в больничку.
В больнице прошла всевозможные УЗИ, пощупывания. Вердикт — аппендицит. Ложусь в больницу и на операцию.
В 12:30 меня определили в палату, взяли кровь из вены на анализ. Оперировали только в 18. Весь день ничего нельзя было есть и пить. Предстояла лапароскопия под общим наркозом. Это операция, когда в животе делают несколько отверстий по 1 см, надувают живот воздухом и оперируют прям там по приборам. Плюс такой операции в том, что минимально приходится травмировать ткани — быстрее и проще восстановление.
В 8 вечера меня привезли в палату уже в сознании. Я даже боялась посмотреть, что у меня на животе, но сразу было понятно, что из него идёт трубка с пакетом для отвода лишней жидкости. Боли я не испытывала, но от обезболивающего укола не отказалась — понимала, что потом может начать болеть.
Ночью я просыпалась каждые два часа. Пересох рот, но я боялась пить, потому что после операции возможна рвота. Я сделала один глоток в середине ночи, а снилось мне, что я пью шампанское и ем что-то вкусное, уже не помню что.
Рано утром меня разбудила санитарка. Состояние после операции, наркоза и суточной голодовки у меня было довольно бодрое. Она предложила помочь дойти до туалета, я поняла, что надо, а то может быть за весь день я сама так и не смогу это сделать. Я села на кровать с ее помощью и поняла, что всё не так просто — в глаза потемнело, и мне пришлось посидеть пару минут, чтобы решиться встать. Меня взяла под руку санитарка, искренняя благодарность ей, я взяла свою трубку с мешком на конце и еле доплелась без обморока до унитаза, хотя на него я уже свалилась с темнотой в глазах. Оказалась, что мне это было в самом деле нужно, хоть я и не чувствовала потребности. В глаза у меня была темнота ещё несколько минут. Подошла санитарка, предложила довезти меня на инвалидном кресле, но я решилась поскорее добрести самой. Еле дошла до своей кровати, улеглась с мыслью, что больше вставать не буду. Заснула.
Через несколько часов привезли завтрак для неходячих бабушек из моей палаты. Такими были почти все, одна совсем не активная, а три с ясным сознанием. Одна могла сама ходить. Я попросила принести мне тоже еду. Кашка гречневая жиденькая, но вкусная. Я поела, и почти сразу заснула.
Пришел хирург, пощупал живот. Сказал, что все хорошо, и я успокоилась и снова заснула.
Затем была перевязка. На мне сняли трубку с живота, катетер из руки, и поменяли все повязки. Сказали полежать на животе, чтобы если там осталась жидкость, то это все покинуло мое тело. Но оказалось, что у меня в теле лишнего нет. На животе я заснула.
На обед я уже вышла сама. Вообще, в больнице мало событий, но всегда много дел. То на перевязку, то завтрак, второй завтрак, обед и так далее, то хирург приходит, то капельницы (мне не назначали), а вечером вместо конфетки укол обезболивающего. В первый вечер после операции, второй день в больнице, меня навестили мама и бойфренд. Подняться в палату можно только с разрешения лечащего врача, по слухам. Врач же сказал мне, чтобы я спускалась к пришедшим сама. На третий день в больнице снова навестил бойфренд, погулял немного со мной. На четвертый день я уже гуляла сама. В понедельник меня выписали во время обеда.
За время в больнице я набралась сил, после первого завтрака я уже ходила сама — видимо, полуобморочное состояние у меня было из-за голода частично. Мне не было положено никаких процедур, но я насмотрелась всякого. При мне одной женщине стало плохо, и у нее начались судороги. Другой делали переливание крови. В последний день перед моим отъездом привезли девушку после операции из-за разрыва селезенки.
Возле меня лежала женщина. У нее тоже был аппендицит, но гнойный. Она три дня ходила на работу с ним, а приехала с жуткой болью. Это пример того, что бывает при гнойном аппендиците. Во-первых, в четверг, когда я поступила, ей было так плохо, что она мало была похожа на интеллигентного человека. Оказалось, что умная, сдержанная женщина. Во-вторых, ей капали антибиотики не только перед операцией, но всё время, пока я была в больнице. В-третьих, её выписали позже. Так что вывод моей статьи такой — берегите себя, будьте внимательны к своему самочувствию.