Русский писатель Юрий Мамлеев является классиком мировой литературы. Его произведения переведены на многие языки мира. В конце этого 2023 года, например, ожидается выход романа “Шатуны” на японском! В Японии этот роман, как и сам автор, считается культовым и его перевод там давно ждали.
Творчество Мамлеева поистине уникально и многогранно. И чтобы с ним познакомиться, нужен правильный подход. Если вы с ним ещё не знакомы, попробуйте читать его в следующем порядке.
Московский гамбит
Хронологически этот роман второй в творчестве Мамлеева. Он родился в эмиграции. Работа над ним началась в 1981 году в США и окончилась в 1985 году в Париже.
Сюжет романа представляет собой квинтэссенцию процесса, известного сегодня как Южинский круг. Все, что в романе происходит буквально в течение одного года, в реальности заняло более 10 лет, с начала 60-х и вплоть до отъезда Мамлеева в эмиграцию в 1974 году. Вообще, все творчество Мамлеева так или иначе связано с этим историческим периодом.
В основе романа лежит идея поиска бессмертия.
Разумеется, речь идет не о физическом бессмертии. Главные герои далеки от стремления навечно сохранить свои физические тела. Каждый из них находит свой собственный подход к решению этой проблемы. В этом отношении ясно прослеживаются три основные “партии”.
Молодой писатель Валя Муромцев ищет бессмертия в творчестве. Он стремится увековечить своё имя в своих произведениях. Эти его стремления разделяют многие представители творческой интеллигенции, портреты которых выведены в романе весьма реалистично. Художники, поэты, бродячие философы — все они так или иначе помышляют о том, чтобы самореализоваться и обрести бессмертие в своих творениях.
Иначе решает эту проблему Катя Корнилова. Всё её существо переполнено необходимостью любить и отдавать. Она стремиться спасти весь мир. Все страждущие становятся объектом её помощи и участия. Смерть для неё не существует, ибо она ощущает внутри себя бесконечный, неуничтожимый источник самобытия, который наполняет её, даёт ей силы и радость отдавать, отдавать, отдавать всё, саму себя во имя любви и вечной жизни.
Наиболее загадочный персонаж романа, Саша Трепетов, ищет бессмертие в оккультизме. Его знакомство с представителями древней духовной традиции делает его адептом высшего знания. Он понимает, что земное бытие есть лишь миг в чреде бесконечного процесса самореализации. Ему открывается метафизическая бездна внебытия, в которой он обнаруживает достойный своего высокого духа вызов для дальнейшего поиска.
Проблематика сюжета кажется нам сегодня чем-то очень сложным и малопонятным. Многим трудно поверить, что люди могут всерьёз задаваться подобного рода проблемами, тем более — в недрах материалистического совдепа, где разворачивается действие романа. И тем не менее необходимо подчеркнуть, что все герои романа, события и диалоги в буквальном смысле написаны “с натуры”. Разумеется, тут не обошлось без некоторой творческой доработки, однако, это отнюдь не вымысел. Роман можно в некотором смысле считать документальным срезом эпохи.
Шатуны
Это первый роман Мамлеева, написанный им в 1966 и 1968 годах в России. На эти годы приходится расцвет Южинского “движения”, эпицентром которого является сам Мамлеев и его творчество. Весь этот процесс, самозародившийся в недрах совдепа, был отражением неудержимого стремления замученной рамками социальных ограничений души к свободе.
Роман Шатуны — это роман о свободе.
Главные герои романа — “метафизические” — Падов, Извицкий, Рёмин, Барская — люди необыкновенные. Их не волнует мирская суета. Их социальный статус неопределим. Эти люди исследуют окружающую их реальность подобно патолого-анатомам. Единственно значимым для них является особое внутреннее состояние, к которому каждый из них пришёл самостоятельно. Именно это глубоко субъективное, потайное переживание сближает их. Они познали своё Высшее Я, открыли в себе изначальный свет Абсолюта, неуничтожимый, неизбывный.
Так для них открывается возможность безусловной внутренней свободы.
Это свобода мыслить и действовать не вступая в противоречия со своей собственной изначальной сутью, своим Высшим Я. Это по сути единственный критерий настоящей жизни. Все, что не принадлежит в сфере Высшего Я — шелуха, наносное, бесполезное и потому скучное.
Клану “метафизических” противостоит серийный убийца Федор Соннов. Он тоже по-своему свободен. Он убивает людей из сострадания. Он убеждён, что таким образом освобождает души своих жертв, отпускает их на волю.
Встреча с “метафизическими” заставляет Соннова взглянуть на мир иначе, вызывает в нём удивление и любопытство, а затем и зависть. Он обнаруживает людей, которые принципиально превосходят его степенью своей внутренней свободы — потому что они нашли источник её внутри самих себя.
Федор решает разделаться с ними, чтобы посмеяться и посрамить их.
Ряд персонажей второго плана задаёт мрачновато-гротескный фон происходящего и служит пародией на ситуацию “среднего” человека с его привычной болезненной привязанностью к бытовым вещам. Обитатели дома в Лебедином равно как и различные друзья метафизических в духовном плане ничего особенного из себя не представляют. Автор едко иронизирует над их бессмысленной погружённостью в мир своих собственных страхов и одержимостей.
Роман Шатуны следует воспринимать как одну большую аллегорию. Свобода — это внутреннее состояние человека, доступное каждому всегда и везде, здесь и сейчас. Никто и никогда не может сделать человека свободным до тех пор, пока сам он не обнаружит в недрах собственного существа искру Абсолюта, своё Высшее Я.
Судьба бытия
Это философский трактат, работа над которым заняла более 10 лет. Первая его глава, “Метафизика Я”, была написана еще в Москве до отъезда в эмиграцию. В ней изложена философская основа мировоззрения автора и его ближайших друзей по Южинскому кругу, которая лежит в основе сюжетных линий и формирует метафизическую интригу двух его первых, а затем и всех последующих романов. Центральной, основополагающей концепцией Метафизики Я служит представление о Высшем Я, которое являясь неотъемлемой частицей Бога, Абсолюта, в то же время составляет основание каждого отдельного человека, служит залогом и первопричиной его индивидуального бытия.
Вторая часть работы, в которой подробно раскрывается проблема богореализации, была написана в США. В конце 1970-х Юрий Мамлеев познакомился с представителями индийской метафизики, Адвайта-Веданты, которая оказалась внутренне близка и понятна автору. Её творческое переосмысление служит своего рода философским фундаментом для его интуитивных прозрений.
В заключительной главе, “Последние отношения”, Юрий Витальевич открывает нам Бездну за пределами Абсолюта. Сама эта идея выходит за рамки мировой традиции, ничего подобного нет ни в одной философской системе мира. Это Бездна того, чего нет и не может быть, но однако, она непостижимым образом оказывает влияние на весь наш мир. Эта та самая Бездна, поисками которой одержим Трепетов (”Московский гамбит”), и которая разверзается перед “метафизическими” из “Шатунов” в последнем акте драмы в лице Фёдора Соннова.
Две эти идеи, Высшее Я и Бездна, задают главную ось, вокруг которой строится все творческое наследие Юрия Мамлеева. Без проникновения в эти темы понимание его романов, рассказов, стихов теряет свой метафизический смысл.
А без метафизики нет Мамлеева. Именно по этой причине некоторые читатели склонны зачислять Юрия Витальевича в разряд “мракобесов” — они не понимают, а может быть даже и не могут понять всей глубины его творческого мировоззрения.
Россия Вечная
Есть однако ещё одна тема, которая проходит красной нитью через всё творчество нашего автора. Это тема России.
Особую актуальность она обрела для него в годы эмиграции, вдали от Родины, расставание с которой Юрий Мамлеев переживал остро и болезненно. В США он глубоко погрузился в исследование русской литературы, которую преподавал на факультете славистики в Корнеллском Университете.
Этот порыв души нашёл своё творческое выражение в работе “Философия русской патриотической лирики”, впервые опубликованной в Париже в 1989 году в книге “Новый град Китеж”. Развитие основных идей, представленных в этой работе, в контексте самобытного метафизического мировоззрения автора, впоследствии составило основание второго и, пожалуй, главного философского труда Юрия Витальевича Мамлеева — “Россия Вечная”.
В этом труде автор рассматривает Россию как метафизическую сферу бытия, непостижимую в своей полноте. Та Россия, которая проявлена на нашей планете Земля — это лишь одна из многочисленных проекций этой космологической реальности, так же точно она может быть явлена и в иных мирах, и при этом повсюду сохраняется её изначальное предназначение.
Русские души несут в себе частицу Вечной России. Собственно именно через души людей Россия и проявляется на планетарном плане бытия. Русскость таким образом — это больше, чем национальность, это акт высшей метафизической причастности к Вечной России, а посему быть русским может любое существо независимо от собственной генеалогии.
Не случайно Россия — это тайна для всего мира, даже и для самих русских людей. “Умом Россию не понять” — пишет Тютчев, — “в Россию можно только верить”. Но если для других народов, населяющих нашу планету, Россия — это тайна ”внешняя”, для самих русских это тайна, которая составляет самую основу их личного бытия, они живут этим от рождения, стремясь познать её и свое собственное предназначение.
PS. За эту работу Юрий Мамлеев был удостоен Премии Правительства РФ в 2011 году.
И напоследок
Для тех, кто “первый раз”, данные четыре работы я рекомендую читать именно в таком вот порядке: сначала “Московский гамбит”, потом “Шатуны”, дальше “Судьбу бытия и “Россию Вечную”. Читать внимательно, не отвлекаясь на всякие бытовые детали контекста романов и не придираясь к словам. И затем уже переходить к остальным произведениям, прежде всего — к рассказам, но также и к романам, и к стихам.
Для тех, кто уже успел приобщиться, настоятельно рекомендую изучать “Судьбу бытия”. Именно в ней ключи к пониманию всего творчества Юрия Витальевича.
Мамлеев поразительно искренен во всех своих произведениях. В них очень мало пошлости, но очень много духовной глубины. К ним следует подходить без ажиотажа и без грязи. Эти работы нужно изучать тщательно, доверительно, вдумчиво.
Большая удача, что у нас есть Мамлеев: это наше общее великое достояние. Его творчество уже вписано в сокровищницу мирового литературного и философского наследия, подобно творчеству Достоевского и Толстого, Блока и Есенина. Его вклад в русскую культуру невозможно переоценить.
Впрочем, творчество это может быть недоступно пониманию среднего обывателя. Поэтому работы Мамлеева никогда не были достоянием широкого круга читателей. И между тем, сегодня они находят всё больший отклик среди мыслящих читателей, среди молодого поколения.
И это не удивительно. Русский человек никогда не останавливается в постижении той великой тайны бытия, которая лежит в основе самого его существа. Чтение трудов Мамлеева пусть не раскрывает эту тайну до конца (что и невозможно), но оно приближает к самостоятельному интуитивному проникновению в неё, которое совершается без свидетелей в медитативной тишине своего внутреннего мира.
—
Тимофей Решетов