Старые фундаменты в высокой траве: что осталось от деревни Хандрово?

Война пришла сюда в сентябре 1941 года, почти одновременно с началом блокады Ленинграда. Житель деревни Виктор Хуссу вспоминал: «День за днем все больше чувствовалось дыхание войны, хотя снаряды у нас еще не рвались, но бомбовые удары по движущимся по железной дороге составам были почти ежедневно… Теперь раздумывать нечего было, надо было быстрее перебраться в лес. Взяли с собой самое необходимое, а все добро закопали в землю. Внутри хлева вырыли огромную яму и туда опустили чан емкостью пятьдесят ведер — это все полнос­тью наполнили одеждой и обувью. Сверху прикрыли брезентом, чтобы вода не попала, и закидали навозом. Замаскировали так, что никаких признаков со стороны не заметно…».

12 сентября 1941 года у деревни Хандрово произошел танковый бой, сыгравший немалую роль в битве за Ленинград. К тому времени 54‑я армия, пытавшаяся пробиться к Ленинграду со стороны Большой земли, уже понесла немалые потери: накануне был разгромлен штаб 286‑й дивизии, погибли комдив и дивизионный комиссар. Дивизия с трудом отступила и заняла новую линию обороны на левом фланге.

Неспокойно было и на правом фланге, в районе Гайтолова. Немцы, прорвавшись к Хандрову, прижимали наши войска, шансы попасть в окружение стремительно росли. Нужно было собрать силы и дать противнику отпор.

К пяти часам вечера на передний край прибыл командующий 54‑й армией маршал Григорий Кулик. Уже через час части 1‑й горнострелковой бригады и 286‑й стрелковой дивизии при поддержке танков 122‑й танковой бригады устремились в наступление. Бой продолжался порядка полутора часов. Некоторые машины противника наши танкисты буквально брали тараном. Разбитой немецкой техникой было усеяно все поле, захватчики потеряли 22 танка.

Этот бой не стал легендой, но недооценивать его нельзя: враг был вынужден отойти, не имея больше возможности наступать на восток.

Памятника бою в Хандрове до сих пор нет. Поисковики из объединения «Урочище Вороново» поставили на месте бывшей деревни информационный стенд — возле ручья, пересекающего старую дорогу. От самой деревни в ходе ожесточенных боев практически ничего не осталось.

«Однажды братья Иван и Александр решили пробраться ночью до деревни, открыть яму и взять кое‑какие вещи и доставить в лес, — вспоминал Виктор Хуссу. — Это была уже настоящая зима, земля была покрыта толстым слоем снега. По выходу из леса они своим глазам не поверили, перед ними была открытая равнина, деревня не уцелела. А ведь в ней было сто двадцать дворов — все сгорели. Долго они искали то место, где были закопаны вещи, все было напрасно, трудно было определить расположение родного дома. Так ни с чем и вернулись, усталые, намоченные и расстроенные».

Такие «клады» разного объема порой находят поисковики — кухонная утварь в них почти всегда целая…

Сегодня, находясь на месте Хандрова, испытываешь странные чувства. Слышишь гул железной дороги, смот­ришь на очертания бывшей деревни (на спутниковом снимке до сих пор хорошо видны внутренние дороги), закрываешь глаза, и воображение сразу рисует жизнь такой, какой она была здесь сто лет назад и даже меньше. Стук копыт, скрип колодезного ворота, густой печной дым, разговоры людей, детский смех. Можно представить, как выглядела бы деревня, сохранись она до наших дней. Но побывать здесь хотя бы один раз стоит, особенно весной, пока старые фундаменты еще не скрыла высокая трава.