Убийство медсестры Шерри Расмуссен не могли раскрыть долгое время. Ни мотивов, ни улик, ничего такого, что помогло бы вычислить преступника. Однако через 25 лет виновник оказался на скамье подсудимых.
Кто был виноват в гибели молодой женщины?
Что случилось?
4 февраля 1986 года, возвращаясь домой, американец Джон Руэттен думал обнять свою жену, но не смог. Первым делом он увидел разбитую стеклянную дверь. Вещи были разбросаны по комнате, а в луже крови лежала его супруга Шерри.
Женщине было 27 лет, она работала медсестрой в адвентистском медцентре Глендейла. А буквально за несколько месяцев до своей трагической гибели она вышла замуж за Руэттена. Познакомилась пара в 1984-м, а ноябре 1985-го сыграла свадьбу.
Соседи и знакомые говорили, что Шерри была абсолютно неконфликтным человеком. Вряд ли у медсестры могли быть враги, желающие ее смерти. Однако кто-то же проник в дом и убил несчастную женщину.
24 февраля Шерри сказала мужу о плохом самочувствии и о том, что, возможно, на смену не выйдет. Когда Джон около полудня позвонил домой с работы, то ему никто не ответил. Автоответчик же не был включен. Мужчина подумал, что его жена все-таки отправилась в медцентр.
Тогда он позвонил в клинику, но коллеги Шерри ответили, что на работу она так и не вышла. Но, возможно, женщина отправилась на запланированный тренинг? Ничего не подозревая, Джон отправился домой, чтобы обнаружить свою супругу мертвой…
Это ограбление
Дело взял детектив Майер. Осмотр места преступления установил, что женщину избили, а первый удар преступник нанес вазой по голове. В Шерри трижды выстрелили в упор. Первой версией следствия стало убийство на месте ограбления. Преступники думали, что дома никого нет, но обнаружили хозяйку, которая решила дать отпор. Тем более в доме были заметны следы борьбы.
Было очевидно, что Шерри пыталась добраться до тревожной кнопки. Но так и не успела. В гараже отсутствовал автомобиль BMW, следователь предположил, что его похитили преступники.
Однако версия ограбления начала сыпаться, когда стражи порядка обнаружили, что злоумышленники даже не притронулись к ценностям. Например, никто не взял шкатулку с драгоценностями и бытовую технику. А тот самый BMW нашли припаркованным в нескольких кварталах от дома. Причем, с ключами в зажигании! Вот только свидетельство о браке пропало.
Тут явно было замешано что-то личное. К тому же детектив Майер обнаружил одеяло с отверстиями от пуль. Значит выстрелы глушили, а простые воры на такое вряд ли способны. Плюс, на внутренней стороне левого предплечья Шерри красовался след от укуса.
Полиция, конечно собрала отпечатки и образцы ДНК. Но в 80-е проанализировать их было сложно. Единых баз данных не существовало. Вся надежда была на отпечатки зубов от следов укуса.
Правда, отец Шерри, Нельс Расмуссен, считал, что убийца — бывшая девушка Джона Руэттена. И вот тут всплыл удивительный факт: экс-гёрлфренд супруга Шерри работала в полиции! Стефани Лазарус открыто конфликтовала с убитой медсестрой, однажды специально оставила Джону водные лыжи, чтобы он натер их воском. Из-за этого мужчина поссорился с женой. Но скандал удалось загасить. Руэттен заверил Шерри, что Стефани для него — просто увлечение, тем более оставшееся в прошлом.
Но Нельс Расмуссен не успокоился. Он заявил полицейским о некоем свидетеле, который видел, как Лазарус, придя к его дочери на работу, сказала: «Если я не смогу добиться Джона, то никто другой его не получит». Однако слова Нельса в расчет не приняли, заявив, что он «слишком много смотрит телевизор».
С появление тестов ДНК отец Шерри несколько раз попытался возобновить дело, но в 1993 году получил отказ. Аргументацией стало отсутствие денег у полиции. Тогда Нельс предложил сам оплатить тесты ДНК, но тут возник другой аргумент: нет нормальной базы данных, с которыми можно сравнить результат. А потом и вовсе образцы куда-то исчезли.
Второй заход
Дело Шерри пролежало до 2001 года, пока в полиции Лос-Анджелеса не создали отдел по расследованию нераскрытых тяжких преступлений. К этому времени стражи порядка уже обладали общенациональной базой ДНК, так что следователь Дэвид Лэмбкин дал делу ход. Однако образцы ДНК, ранее таинственно исчезнувшие, удалось найти только через несколько лет.
Криминалист Дженнифер Фрэнсис исследовала образец слюны, в базе данных совпадений не обнаружилось, но выяснилось, что биоматериал — женский. Однако детективы настаивали, что надо искать мужчин. Так что дело снова сдали в архив до 2009 года.
Новая команда следователей взялась за «висяк», сопоставив данные Фрэнсис с показаниями Нильса Расмуссена. От версии кражи со взломом и последующим убийством решили отказаться.
Действительно, многое указывало на Лазарус. Однако без прямых доказательств привлечь Стефани было нереально, суд, скорее всего, оправдал бы ее. Тогда следствие пошло на хитрость.
5 июня 2009 года детектив Дэн Харамилло попросил Стефани Лазарус помочь ему. Мол, нужно допросить подозреваемого в краже предметов искусства. Женщина по протоколу оставила свой пистолет у детектива Грега Стернса и… попала на допрос.
Харамилло и Стернс в течение часа задавали ей вопросы о ее отношениях с Джоном Руэттеном. И все это под благовидным предлогом, якобы это поможет делу. Лазарус начала путаться в показаниях.
«Боже, это было миллион лет назад. Мы встречались, я не могу сказать, что он был моим парнем. Даже не в курсе, считал ли он меня своей девушкой. Просто не получилось», — так сказала об отношениях с Джоном полицейская.
Что касается Шерри, то о ней Лазарус даже не знала. Она не помнила, видела ли супругу Джона, да и, казалось, совершенно не знает, был ли он женат. Словно у женщины внезапно отшибло память. После допроса Стефани арестовали.
Виновница найдена
Уже к моменту разговора Лазарус с детективами команда получила образцы ДНК женщины — разбитую чашку, из которой она пила. Выяснилось, что Стефани стреляла в Шерри в упор из своего пистолета Smith & Wesson 38-го калибра, который она купила после окончания полицейской академии. Однако через несколько недель после убийства Лазарус заявила, что оружие она потеряла. Скорее всего, женщина просто избавилась от него.
На суде зачитали отрывки из дневника Лазарус. Там говорилось, что она очень расстроена тем, что Джон женился на Шерри. А в августе 1985 года она написала матери Руэттена письмо: «Я действительно люблю Джона, прошедший год меня практически уничтожил. Я бы хотела, чтобы все закончилось не так, как закончилось. Я не думаю, что когда-нибудь смогу понять его решение».
Перед присяжными женщина подтвердила, что до помолвки с Шерри она с Джоном сексом не занималась. Только после состоялся «последний прощальный акт», после которого Лазарус стала преследовать мужчину.
Удивительно, но факт: за годы в полиции Лазарус дослужилась до специалиста по внутренним расследованиям и в «убойного» отдела. Все считали женщину авторитетом, ведь у нее был исключительно «чистый» послужной список. А через несколько лет после убийства Стефани вышла замуж за коллегу, пара усыновила ребенка. По инициативе Лазарус заработала программа ухода за детьми стражей порядка. На момент ареста в 2009 году она была сотрудницей достаточно престижного отдела в полиции Лос-Анджелеса — по борьбе с кражами произведений искусств.
Суд постановил, что 52-летняя Стефани Лазарус виновна в убийстве и приговорил женщину к пожизненному заключению. Только в 2039 году, когда бывшей полицейской исполнится 79 лет, она сможет попробовать подать на условно-досрочное освобождение.