Послезавтра у неё д/р. Из нашей ТВ-беседы. Наш разговор с Наталией Аринбасаровой совсем не случайно начался с вопроса о Казахстане, ведь именно в Средней Азии прошли детство и юность актрисы.
— Наталия Утевлевна, скажите, могло ли прийти в голову в 60-х годах, что когда-нибудь Казахстан станет заграницей для живущих в Москве?
— Нет, конечно, не могло. И для меня это большая потеря по жизни, что наши страны разъединились. Хотя я горжусь Казахстаном, это очень красивая страна. И кино там есть прекрасное, и много музыкантов. Казахи — талантливый и очень музыкальный народ. Когда распался Союз, для меня это было ужасно, потому что я снималась в основном в Казахстане, а потом со съемками стало сложнее.
— Почему?
— Ну… Все дороже стало, понимаете? Тем не менее меня приглашали. Вот, например, была первая копродукция Франция — Казахстан, фильм «Слабое сердце» (лента отмечена специальным призом жюри на кинофестивале в Сан-Себастьяне 1994 года. — Е.Д.). Как раз менялись деньги в Казахстане, вводили тенге. И мы фильм снимали, в общем-то, бесплатно. Нам даже министр выдавал деньги из своего кармана на бензин, чтобы мы могли выехать на съемку.
— Вы переживаете по поводу недавней ситуации в стране?
— Конечно. Хотя я выросла на русской культуре и литературе и русский язык для меня родной, я свои азиатские корни тоже чувствую.
— В чём вы себя азиаткой ощущаете, в каких качествах характера это проявляется?
— Ну, наверное, прежде всего в таком качестве, как сдержанность. Азиатским женщинам она свойственна. Я не говорю про современных, сейчас многое поменялось... А вообще, казашки никогда паранджи не носили. И всегда голос жены имел большую силу. В казахских женщинах какое-то особое достоинство, сила и мудрость. Я это в себе чувствую. (Смеется.)
— Когда последний раз были в Казахстане?
— По-моему, летом 2019-го. Отмечалось столетие ВГИКа, и у нас была чудная поездка в Астану, потом в Алма-Ату. Нас очень хорошо принимали!
Конечно, я люблю Казахстан и желаю, чтобы это была одна из самых лучших стран в мире, потому что там живёт мой народ.
— Про «ваш народ» хотел бы уточнить. Знаете, обычно в биографиях пишут типа «отец — режиссер, мать — циркачка». У вас написано: отец — казах, мать — полька. Кем был-то отец-казах?
— Мой папа был военный, пошел офицером на войну, защищал Москву, Ленинград, на Синявинских высотах, подо Ржевом воевал. И после каждого сражения попадал в госпиталь. Потом его отправили учиться в Академию Фрунзе, и во время войны они с мамой познакомились на одной из московских улиц.
— А что полька Мария Конецпольская делала в Москве?
— А мама моя — из беженцев, в Первую мировую войну целая семья сюда приехала: мой прадедушка Франц, прабабушка Мальвина с пятью детьми... Здесь родилась и мама моя.