Мужчина зашел в бар. Он впустил порывы холодного влажного ветра, хлопнув массивной дверью с деревянной ручкой. Поежившись, осмотрел тускло освещенное помещение, пропахшее кислым пивом. Были заняты всего два стола. В углу у стойки на круглом табурете сидела женщина. Сгорбившись, она сверлила взглядом бокал. Прядь волос упала со лба и змейкой свернулась у стеклянной ножки. Она откинула ее назад вялым, небрежным движением и вздохнула. Мужчина помедлил секунду, но затем решительным шагом направился к бару. Усевшись неподалеку от гостьи, заказал себе порцию виски у молчаливого бармена и тоже уставился на пузатый стакан. Женщина взглянула на него украдкой, но тут же отвернулась. Пили как-то невесело, нехотя. То и дело тяжело вздыхая.
- Дерьмовый день, - бросил в пустоту новопришедший.
- Да уж, и погода под стать, - усмехнулась женщина.
Они сделали по глотку, не глядя друг на друга.
- У меня сегодня годовщина свадьбы, - особенно мрачно изрек мужчина.
- Думаю, нет смысла вас поздравлять, раз вы тут один в такой день.
- В точку. Только дерьмовые мужья надираются в день светлого праздника любви, - усмехнулся он, - Одно успокаивает, дерьмовым я стал раньше, чем выпел первый глоток, - он залпом осушил стакан, и посмотрев на бармена, тот нехотя наполнил новый и поставил перед мужчиной.
- Видимо это приют для неудачников. Я так-то тоже жена не из лучших. И годовщина мне не нужна, чтобы все испортить, - резко закончила женщина и осушила бокал. Бармен взглянул на нее выжидающе, она кивнула.
- Я забыл про юбилей, - продолжил мужчина, - Вот даже не знаю, как так вышло. Пятнадцать лет - долгий срок. Сначала вы радуетесь друг другу, потом постепенно чувства затихают, становиться все как-то лень. Лень покупать цветы, говорить спасибо, обнимать, заниматься сексом, а в один из дней даже ругаться становиться лень. Все приобретает тошнотворно пресный вкус. Наверно человек ужасное существо, не созданное для моногамии.
- А может мы просто устаем стараться, надеемся на автономность? Сначала хочется быть хорошей, очаровать. Кружевное белье, макияж, косметика. Ароматные ужины в шёлковом халате. Намеки, полуулыбки, а потом лишь постоянное раздражение, чтобы он ни сделал все не так. Носки, разбросал, друзей позвал. Тошнит каждый день от рутины. Ничего не хочется, на себя смотреть не хочется.
- А потом вы начинаете обвинять друг друга, быть виноватым самому как-то стыдно. Стыдно признаться, чего хочется на самом деле.
- Ну да. Хочется то легкости. Порой перестать быть взрослым. Подурачиться, пожить в грязи.
- Никаких обязательств. Ничего не ждать друг от друга, просто, как в самом начале, получить удовольствие в моменте. Надраться в баре, заняться сексом в туалете. А не планировать месячный бюджет, таскаться по Ашану, убирать дом, звать родственников. Сидеть как куклы на праздничной машине, растянув на лицах безжизненные улыбки.
Женщина невесело засмеялась. Мужчина подсел ближе. Захмелевшим взглядом он пробежал по ее стройной фигуре. Она заметила нахальный жест и хмыкнула. Затем демонстративно встала и направилась в уборную. Собеседник поплелся за ней. Через двадцать минут они вернулись слегка встрёпанные, но довольные и повеселевшие. Он, приобняв ее, произнес:
- Марин, ну что? Может домой? Там дети ждут, и родители уже, наверное, приехали.
Женщина закатила глаза.
- Ладно, только в следующем году, мы уедим с тобой загород вдвоем, а не это вот все.
Он поцеловал ее страстно, и, обнявшись, они растворились в хмуром вечере. Бармен посмотрел им вслед и стал медленно натирать бокалы.